Вадим с Андрюшкой.
Ступени из светлого мрамора, очень похожего по цвету на светлый радиальный клён. Чего-то среднего между серовато-коричневатым и кремовым. Широкие, удобные.
Толстое стеклянное ограждение не ограничивало лестницу. Оставляло ощущение воздуха и простора. Оно не было полноценными перилами, но выпасть наружу не давало и смотрелось отлично.
Проскочив первый пролёт Г-образной лестницы, я хотела подняться выше, но остановилась на площадке. Она ничем не выделялась, просто отделяла один марш от другого.
Меня остановило не желание отдохнуть, а висевшая на стене конструкция. Это была картина или что-то подобное. И она была закрыта двумя полотнищами ткани, как шторки на окнах, только внахлёст.
Я никогда не была наглой, а вот любознательной была всегда. В Эрмитаже в лоджиях Рафаэля я единственная, кто из всей группы, отогнул ткань на горизонтальных витринах и ахнула от восторга!
Там были настоящие сокровища! Старинные кружева ручной работы, оружие с наборными костяными рукоятками. Скатерти с вышивкой и крохотные зеркала с эмалевыми ободками.
Закрытую полотнищами ткани в тон лестнице я тоже не могла оставить без внимания. Дизайнер старался, надо отдать должное его таланту. Рассмотреть задумку полностью. Увидеть, как это будет смотреться без ткани.
Я аккуратно развела шторки в стороны и ахнула! На огромной, почти в человеческий рост фотографии, была я! Вернее, не вполне я. На чёрно-белом снимке спиной к зрителю сидела девушка, похожая на меня.
Её светлые волосы разметались по плечам. Лёгкое летнее платьице было таким, какое я купила на распродаже в прошлом году. С крохотными рукавчиками и глубоким, почти до лопаток, вырезом на спине.
Девушка повернула голову вправо к мальчугану лет трёх. Тот одной рукой пытался пригладить непослушные кудряшки, взъерошенные ветром. А второй рукой тянул к девушке букетик полевых цветов.
Такой же, как сегодня сорвал для меня Андрюшка!
Меня затрясло мелкой дрожью. Девушка и мальчик с фотографии были безумно на нас похоже. Только малыш на снимке был немного старше, а девушка красивее.
Портрет был прекрасным и жутким одновременно. У Артёма погибли жена и сын. Чей снимок висел сейчас на стене? Почему завешен шторками? Неужели это его семья?
Сердце бешено колотилось в груди. Я судорожно вцепилась в шторки и вглядывалась в лица на фотографии. Старалась найти в них что-то важной, ответы на свои вопросы. Словно они могли мне открыть тайну дома.
Тайну его хозяина.
Я так увлеклась всматриванием в лица людей на фотографии, что совершенно потеряла связь с реальностью. Перестала видеть и слышать всё, что происходило вокруг.
В этот момент для меня существовала только улыбающаяся девушка и её сынишка. Букетик цветов и бешеный стук собственного сердца.
Я заметила на руке у девушке браслет и склонила голову вбок, чтобы разглядеть его получше. Нитка наборных камешков с пластинкой на которой была сделана гравировка. Надпись рассмотреть не удавалось.
Я встала на цыпочки и сильнее склонила голову, когда над моим ухом раздалось громогласное: «Куда вы всё время лезете?».
Я вздрогнула. От испуга у меня стали мокрыми ладони, а ноги похолодели и перестали слушаться. Сердце было готово выпрыгнуть из груди.
Я резко отшатнулась от фотографии, выпустив из рук шторки. Сделала шаг в сторону от Артёма и потеряла равновесие.
Старалась схватиться за край перил, но пальцы соскользнули по стеклу. Я взмахнула руками, чтобы поймать равновесие, но встречала лишь пустоту. Поняв, что не смогу удержаться, зажмурила глаза и начала падать в сторону мраморных ступеней.
Будьте осторожней
Время остановилось. Оно звенело в ушах и дробно ухало в груди. Вспыхивало яркими всполохами даже за закрытыми веками. Я попробовала втянуть голову в плечи и сжаться в комок.
Неотвратимость удара о мраморные ступени приводила меня в ужас. Я успела подумать, что хорошо было бы извернуться в воздухе и упасть хотя бы на бок. Спиной у меня было мало шансов не сломать себе шею.
Страх за Андрюшку, который не нужен Вадику и останется сиротой полоснул меня острой бритвой. От этой мысли моё сердце готово было разлететься на куски ещё до столкновения со ступенями. Неужели он останется сиротой?
Я уже успела попрощаться с жизнью и пожелать счастья сыну, когда запястье пронзила резкая боль. Руку безжалостно дёрнули вперёд. Потом сгребли в районе талии. А потом жёстко приложили лицом о что-то твёрдое.
И мир снова начал существовать!
Он взорвался искрами в глазах, чернотой футболки, резкими вздохом Зуева от столкновения наших тел. Сильными руками, прижимающими меня к груди, закутавшими меня надёжным коконом.
А потом я провалилась в омут голубых глаз мне казалось, что я падаю в него. Растворялась без остатка и желания сопротивляться. Без страха или необходимости всё контролировать.
Мне просто хотелось быть!
Вдыхать приятный мужской запах с нотками чего-то хвойного. Прижиматься к крепкой груди, ощущая поддержку и надёжную опору. Смотреть в глаза. Слышать шумное дыхание у самого уха.
Я ловила его взгляд. Чувствовала как ярость Артёма переплавляется во что-то совершенно другое. Жаркое, волнующее, манящее. Как оно воспламеняет в моих венах давно забытое чувство. Ощущение себя женщиной.
У меня даже закружилась голова от манящего мужского взгляда. Ноги ослабели, и Артём сильнее прижал меня к себе.
Он сделал это с такой резкостью, словно притянул меня в постели. Моё тело моментально откликнулось. Мурашки усыпали кожу рук, спину, ноги. Спустились до самых кончиков пальцев.
Я окончательно поплыла, когда он чуть ниже склонил голову. От предвкушения поцелуя жар его рук разогрел мои дремавшие желания. Горячая волна стекла вниз живота и скрутилась там в огненную воронку.
Голову кружило ощущение близости. Внезапное спасение придало мне смелости и желания разделить своё вожделение на двоих. И особенно волновало то, что я не была одинока в своих чувствах.
Зуева трясло не меньше моего. Он пожирал меня взглядом. Вдыхал мой запах и не размыкая объятий, гладил пальцами. Он сдвигал их на крохотное расстояние, но и этих движений я вспыхивала, как пух от искры.
Мы молча смотрели друг на друга не в силах разорвать объятья. Пульсировали в едином ритме бешеного дыхания, которое на высоте вдоха больше напоминало всхлип. Ловили каждый взмах ресниц, каждый поворот головы.
Я никогда так остро не чувствовала близость мужчины. Никогда не была с ним в таком звенящем резонансе. Не ощущала себя с ним единым целым. Чем-то обнажённым до самой души.
Оголённой до кончиков нервов и бесстыдно разгорячённой. Готовой с этим мужчиной на всё и прямо сейчас. Без сомнений и промедлений. Без стыда.
Мы стояли на краю лестничной площадки без
