друг с другом. Вы получите все инструкции, необходимые для завершения каждого этапа. Ничего в них не добавляйте и не убирайте, также не читайте и не ищите там того, чего там нет.
Инструкторы не будут вам помогать, также нельзя помогать друг другу или принимать какую-либо помощь извне. Это индивидуальная работа. Умышленное несоблюдение инструкций приведет к отчислению с курса. Несоблюдение требований отбора также приведет к отчислению с курса.
Всегда и везде, в любое время, делайте все, что в ваших силах и вы можете счесть это достаточным.
Он закончил свою презентацию, а затем еще раз оглядел нас, прежде чем передать нас в руки другому инструктору и молча уйти.
Затем нам было приказано через тридцать минут выйти с сорокафунтовым рюкзаком, с уложенным в него аварийным комплектом, компасом и одним сухпайком. На построении каждому из нас выдали цветной номер в качестве наших индивидуальных идентификационных знаков и лист топокарты Форт-Брэгга.
Нас распределили по грузовикам по цветам и номерам, причем в распределении я не смог найти никакой закономерности. Обычный армейский подход состоял бы в том, чтобы посадить всех «красных» на один грузовик, всех «синих» на другой, всех «зеленых» на третий и так далее. Или, по крайней мере, при смешивании «цветных» групп числа шли бы последовательно. Однако такое произвольное распределение было сделано явно целенаправленно, и по причине, которую я не мог объяснить, мне это нравилось.
Наша колонна грузовиков выехала из расположения и, как только мы выехали на дорогу, рассеялась во всех направлениях. Кто-то повернул налево, кто-то направо; один двинулся прямо через шоссе и остановился. По мере того как наша группа продолжала движение, грузовик сворачивал то здесь, то там, пока мы тоже не свернули на песчаную тропу и в конце концов не остановились в удушливых миазмах пыли.
Водитель откинул задний борт, и инструктор приказал нам спешиться, но оставаться по другую сторону грузовика, пока он не вызовет нас вперед, по четыре за раз, и каждый раз людей с другим цветом.
Я оказался в первой группе, вызванной вперед, и когда мы подошли, он указал людям с разными цветами свои места и сообщил, что там, на листах бумаги, мы найдем свои инструкции.
Подойдя к указанному им месту, — большому дереву виргинской хурмы, стоявшему примерно в двадцати метрах от меня, — я нашел лист бумаги в целлофановом пакете, прикрепленный к основанию дерева. Лист был помечен моим цветом и в нем были указаны прямоугольные координаты текущего местоположения.
В нем также было сказано: «Ваша следующая точка находится в…» и давались восьмизначные прямоугольные координаты этой точки. Ниже было напечатано контрольное время задержки текущего дня.
Я сел на свой рюкзак и нанес координаты обоих точек на карту, отметил на ней каждое местоположение и записал КВЗ в зеленый армейский блокнот, который я обычно носил в кармане рубашки. Потом вытащил компас, сориентировал карту и как раз изучал возможные маршруты и рассчитывал расстояния, когда меня вызвал к себе инструктор.
— Откройте свою карту, покажите мне, где вы находитесь, и покажите мне, куда вы идете, — произнес он ровным, будничным тоном.
Я поднял с земли веточку и, используя ее как указатель, сказал:
— Я нахожусь здесь и иду туда, — указывая веточкой по очереди на каждое место.
— Хорошо, — ответил он и посмотрел мне в глаза невозмутимым взглядом. — Всего хорошего.
Я ничего не ответил, просто кивнул, взвалил на плечо рюкзак, взял начальный ориентир по компасу и сделал первые шаги в неизвестность.
Я выбрал темп, который, учитывая рельеф местности и отклонения от моего маршрута, мог бы привести меня к месту назначения со скоростью около пяти километров в час. Такой темп позволял достаточно хорошо идти по местности, покрывая расстояние, и в то же время я мог поддерживать его в течение долгого, долгого времени с грузом, который нес за плечами. Мне нужно было двигаться быстро, но не перегореть, потому что я понятия не имел, когда закончу.
Этот начальный отрезок составлял около шести километров. По пути я встретил одного или двух других парней, снующих по разным маршрутам. Мы старательно проигнорировали друг друга и продолжили идти своими путями.
День был теплым, но не жарким, и воздух был сухим. Когда я пересекал вершины пологих невысоких холмов, подул даже легкий ветерок. Рюкзак удобно устроился у меня на спине, и вскоре я изрядно вспотел.
Не было никаких мин. Никто не вел по мне артиллерийского или пулеметного огня. Мне не о ком было беспокоиться, кроме как только о себе. Я был здоров, силен и хорошо продвигался в новом приключении. В общем, это был чертовски хороший день.
Я приближался к пункту встречи. Это место я отметил на небольшом изгибе песчаной тропы, которая проходила примерно на полпути к небольшому холму. Точку я увидел, когда оказался примерно в двадцати пяти метрах от нее. Когда я приблизился к ней, проверяющий, сидевший там, увидел меня и крикнул:
— Цвет и номер?
Я ответил своим цветовым кодом на этот день, и инструктор ответил:
— Принято, Зеленый шесть. Ваши инструкции вон там, — и указал на один из листов, приколотых неподалеку. — Вода находится кузове грузовика. Подойдете ко мне, когда будете готовы, — добавил он, записывая что-то в блокнот.
Я кивнул в знак признательности и пошел к своему листу с инструкциями. Все, что на нем было, это: «ЗЕЛЕНЫЙ: Ваша следующая точка находится в…» и давались восьмизначные прямоугольные координаты нового местоположения.
Я нанес это место на карту и доложил проверяющему.
— Покажите мне, где вы находитесь, и куда вы идете, — приказал он.
Я так и сделал, и, получив неизбежное: «Всего хорошего!» — бодро двинулся по новому маршруту.
Остаток дня прошел почти так же. Отрезки пути между точками были протяженностью от четырех до семи километров. Местность оставалась почти такой же, за исключением одного большого ручья, который мне пришлось перейти вброд. Иногда мой маршрут пересекался с другими кандидатами, но в остальном я оставался один. Это была хорошая тренировка, энергичная, но не слишком требовательная.
Моим единственным опасением было легкое беспокойство по поводу того, достаточно ли быстро я двигаюсь. Но я знал, что держал хороший темп. Я быстро преодолевал местность, и точно ориентировался. При необходимости я мог бы двигаться быстрее, но это повышало риск получить травму или переутомиться, а мое ориентирование ухудшилось бы.
На свою шестую контрольную точку я прибыл ближе к вечеру и назвал свой цвет и номер,
