идти до конца. Даже на секунду не задумался перед тем как поцеловать меня.
Захар отрывается от моих губ и я вижу перед собой его подбородок. Отстраняюсь, выдавливаю улыбку, но у самой слегка подрагивает внутри. Я была не готова к этому.
Для меня поцелуй это серьезный шаг. И в свое время я не раздавала свои поцелуи направо и налево. Старалась целовать только тех, кто мне был симпатичен и с кем я была в отношениях.
Хотя, о чем это я? Так-то мы женаты с Захаром. Я смущенно прокашливаюсь.
— Не привыкла на людях чувства показывать, — пытается объяснить мою реакцию Захар.
— Правда? — с участием спрашивает регистратор и смотрит на Воскресенского. — Нынче так мало скромных девушек.
— Мне безумно повезло с женой, — Захар же выглядит так, словно этот поцелуй у нас не первый и все происходящее в порядке вещей.
Ладно. Я пока готова это проглотить, но потом нужно будет этот момент обговорить. Избежать дальнейшей самодеятельности со стороны супруга.
— Мне потребуется несколько минут, чтобы оформить документы. Можете подождать на диванчике в коридоре, — она взмахивает рукой в сторону двери, как будто мы бы сами не сообразили.
Захар снова переплетает наши пальцы, только теперь я ощущаю вес кольца на безымянном. Выводит меня из кабинета. Я слегка отталкиваю Воскресенского подальше от дверей, за которыми остается регистратор.
Захар вопросительно выгибает бровь.
— Это что сейчас было? — приходится приподняться на носочки, чтобы оказаться поближе к муженьку. — Что за нежности без моего согласия?
— А что ты предлагаешь?
— Я вообще-то пыталась нас отмазать от этих предварительных ласк, — во мне бушует возмущение. — А ты все испортил.
— И что ты хотел сделать? — насмешливо приподнимает бровь Захар.
— Сказала бы что у меня больное горло и я беспокоюсь о твоем здоровье, как любящая вторая половина.
— Милая, в нашей паре я мужчина, и я буду решать как и что делать.
— Мы так не договаривались, — цежу сквозь стиснутые зубы.
Кажется, что Захару абсолютно плевать на мое недовольство. Он аккуратно приобнимает меня за талию и прижимает к груди, параллельно кому-то улыбаясь. И только после его улыбки я слышу как за нами раздается стук каблуков.
Я не вырываюсь, замираю в объятиях Захара и слушаю, пока в коридоре снова не станет тихо.
— Нам нужно, чтобы все вокруг нам верили, Арина, — прислоняется к моему уху Захар и еле слышно отвечает на вопрос. — Прости, что прежде чем поцеловать свою жену, не спросил у неё разрешения.
— Такими темпами мы и до постели доберемся, — недовольно шиплю я. — Чтобы все вокруг поверили.
Тело Захара каменеет. Он ощутимо напрягается и переводит на меня острый взгляд.
— Не доберемся. Можешь не переживать. Уж год без секса я продержусь, у меня две руки на месте.
Вспыхиваю словно гребаный ред-флаг, когда смысл его слов доходит до моего подсознания.
— Боже мой, давай без подробностей твоей будущей сексуальной жизни.
Захар запрокидывает голову и впервые при мне громко и от души хохочет. Я аж позволяю себе залюбоваться им.
— Ты такая милая, когда краснеешь. Как будто у тебя никогда не было парней, зайка.
Ладонь Воскресенского все ещё прижата к моей пояснице и со стороны мы выглядим как вполне себе влюбленная парочка. Кладу ладошку на его плечо и прижимаюсь теснее.
— Как хорошо, что тебе это не предстоит выяснять, правда?
За моей спиной откашливаются. Мы разлепляемся и я оборачиваюсь к регистратору. Она с улыбкой вручает нам документы и ещё раз поздравляет.
Захар забирает свидетельство о браке и мы, наконец-то, покидаем свою персональную сцену. Я делаю глубокий вдох, когда оказываюсь на свежем воздухе и кошусь в сторону своего мужа.
С ума сойти. Планировала и хотела выйти замуж за Макса, а в итоге оказалась женой его старшего брата.
— Кольцо большое, — поднимаю правую руку и демонстрирую Захару обручальное, которое слегка болтается. — Боюсь, потерять.
— Не проблема, заедем и выберем нужный размер.
Я смотрю на него с удивлением.
— А нам обязательно их носить?
Воскресенский сжимает губы и шумно выдыхает.
— Обязательно, Арина, иначе, как все вокруг узнают, что мы женаты? Не буду же я с собой носить свидетельство или паспорт.
Я сдуваюсь и уголки губ едут вниз.
— Справедливо.
— Рад, что ты это понимаешь. Можем поехать прямо сейчас в один из моих салонов. Выберешь какое тебе понравится кольцо.
В ответ пожимаю плечами. Мне все равно, сейчас или попозже, пусть эти момент решает муж. Раз уж ему так важно показать свое альфачество.
Но как только мы подходим к машине, к нам подъезжает авто, которое мне прекрасно знакомо.
Глава 17
А он что тут делает? И как он узнал, что мы тут?
Я смотрю во все глаза как к нам медленно крадется машина Максима. Смотрю на Захара, но на его лице ничего невозможно увидеть. Стоит, словно каменное изваяние и следит за братом.
— Что он тут делает? — перехожу на шепот.
Мне хочется спрятаться за спиной Воскресенского, но я понимаю, что мне это не поможет. Макс меня уже увидел.
— Заехал поздравить? — спокойно отвечает мой теперь уже муж.
Я нервно кручу кольцо на пальце и оглядываюсь. Почему-то во мне растет уверенность в том, что Максим сейчас может устроить скандал на виду у всех.
— Это ты ему позвонил и сказал про то, что мы женимся, Захар?
Серые глаза слегка расширяются. Брат бывшего, а так же мой муж смотрит на меня как на глупышку.
— И зачем бы я это делал?
— Да откуда мне это знать? Может, ты решил его побесить и показать, что я за тебя замуж вышла.
Пока мы разбираемся, Максим тормозит чуть ли не уткнувшись в меня. Я отшатываюсь. Захар берет меня за руку и заводит за спину. Как будто он прочитал мысли и теперь пытается оградить меня от своего младшего брата. Во рту от волнения начинает активно выделяться слюна. Которую мне приходится постоянно сглатывать, чтобы не захлебнуться.
А ещё появляется тошнота.
Дверь со стороны Максима открывается и мой бывший неторопливо вылезает из салона. Поправляет пиджак и встречается с братом взглядами, а потом медленно переводит глаза на меня. Я слегка выглядываю из-за высокой фигуры своего мужа и слежу за Максимом.
Не нравится мне его лицо. Злое и в глазах полыхает огонь.
— Брат, какая встреча, — знакомый голос вызывает дрожь.
Совсем недавно я считала этого парня своей судьбой и собиралась за него замуж, а сейчас он смотрит на меня с ненавистью, которую не пытается скрыть.
— И я рад
