Да, Артур содрогался от боли, настолько она была невыносимой. Юноше казалось, что его горло просто исполосовали острым ножом. Порой отважный боец срывался, и слёзы катились градом по лицу. Затем боль стихла. Где-то на недели три. Или на месяц. Но вскоре всё началось вновь. Артур раньше до этого имел только маленькое представление, что значит выживать каждый Божий день. Когда минуты тянутся словно резина. Часы идут невероятно медленно, прямо-таки с черепашьей скоростью. Но и вторую часть этого испытания сильный духом юноша преодолел успешно. Следующая атака ужасной болезни заняла примерно столько же времени, что и первая, может, чуть меньше. Однажды появился намёк и на третий раз. Артур уже просто забил на эту страшную напасть. Она обиделась и ушла. Ещё на последнем приёме дантиста молодой парень обнаружил у себя целых пять больных зубов! И это в таком раннем возрасте! Слава Богу, вылечили, пломбы поставили. В основном в лечении нуждались два зуба. Но и на остальные три, видимо, тоже стоило обратить внимание.
Ах, да, о теперь о чайном пакетике в чехле из-под флэшки. Артур использовал это своё простое незамысловатое изобретение, для того чтобы спокойно проходить по коридору от лифта до новой квартиры, не ощущая столь противный запах, который там нередко обитал. А поначалу, с самого его первого дня заселения туда, где он часто ночевал отдельно от своей семьи, такого не было! Юный исследователь так и не выяснил точно, в чём причина появления столь гнусного запаха. Но он определённо знал, что виной тому – соседи. Это был запах смеси строительного мусора и жареного мяса. Скорей всего.
Да, примерно то же самое сейчас ощущал Артур, но только усиленное в несколько раз. И БЕЗ ЧАЙНОГО ПАКЕТИКА. Это было слишком. Впрочем, Артур за долгое время своих испытаний научился даже забивать на свои собственные изобретения, где-то это было совсем необходимо. Где бы сейчас ему найти чайный пакетик? Вот нет его под рукой, и всё тебе. Да, по-другому никак. Терпи, казак. Кстати, именно это сказочнику и нравилось. Просто терпеть. Он, ни много ни мало, обожал такие моменты, где можно было просто терпеть. А вот где дело касалось выбора, как изменить условия своей жизни к лучшему, или вообще ничего такого не предпринимать, а оставить всё как есть – вот это для молодого человека с большим будущим являлось настоящим мучением. Особенно когда время для решения вопроса не безгранично, ведь со всеми этими насущными проблемами приходилось справляться каждый день. Иначе говоря, если не мучение, то самая неприятная неприятность.
Да, и она сегодня встретила Артура снова с широко открытыми объятиями. Особенно у самой головы трупа. Непоколебимый юноша с лёгкостью вынул Меч.
Неожиданно стены замка неистово затряслись, и пол стал покрываться трещинами.
– Бежим! – Крикнул Грахм, сопровождавший избранника, единственного, кто способен освободить своё уникальное оружие из любых оков. Кто знает, может, героям ещё пригодится этот Меч?
Но вопрос: выживут ли сейчас двое из одиннадцати. Потайной ход, в который было бы сейчас безопасней всего бежать, как назло, оказался забаррикадированным каменными обломками. Впрочем, через центральные врата можно было выбежать на несколько секунд быстрее, но существовал риск, что одна из высоченных башен величественного сооружения обрушится прямо на беглецов.
– Впереди мост! – Прокричал Грахм на бегу. Как ни странно, даже земля под ногами героев стала опускаться. То есть, само возвышение, на котором стоял замок. Пыль повалила столбом из-под основания грандиозного здания. Оно стало проваливаться под землю. Чудом ни один камень с гигантской высоты самой высокой башни не обрушился на головы воинов. А те бежали со скоростью ланей, и стопы их едва касались земли. Грахма, как и Артура, итак могло здесь и не быть вовсе. В схватке с чудовищем с Гелефом они жестоко поплатились за два отрубленные пальца обитателя замка, что сейчас являлся главной опасностью для Грахма и Артура. Они были отброшены в тот момент мощными, непробиваемыми, как медные трубы, конечностями своего врага не менее чем на две сажени. Человек двадцать первого века вряд ли бы выжил после такого. Правда, Грахм хромал сейчас на одно колено, и благо, не на оба, а то стал бы тогда обузой для их всеобщего спасителя, притом будучи проводником, а по факту очередной головной болью для того, с кем он тикал в данный момент во всю прыть от гигантской напасти. У Артура, Слава Богу, была ныне другая помеха вместо второго хромого колена напарника – то самое оружие, которое совсем недавно принесло им всем великую победу. Поэтому Грахм и Артур, оба не полностью свободные для полёта, сейчас находились в движении наравне друг с другом. Артур за все эти дни научился так быстро бегать, как никогда. Если бы не Меч, он бы непременно обогнал своего товарища-соперника, пусть тот и был бы в идеальном состоянии здоровья со здоровым коленом, не имеющим никакой хромоты.
Но сейчас задача у двух бойцов заключалась не в том, чтобы обогнать друг друга, а в том, чтобы добежать до моста. И с этой задачей они справились. Тот натянулся уже словно пружина из-за того, что расстояние между границами ущелья увеличивалось по мере понижения уровня природной платформы, на которой возвышался замок, до неузнаваемости.
Только ступив на мост и пробежав всего несколько саженей, герои ощутили совсем скоро головокружительный полёт. Терпевшие бедствие успели ухватиться руками за боковые оградительные верви, но что толку с того? Тут два варианта: или упасть в таинственную бездну, или разбиться о скалы. И тот, и другой вариант злосчастным авантюристам был не по душе.
Издалека было отлично видно, как рушится замок.
– Артур! Грахм! Нет! – Воскликнула Адониссия и со слезами на глазах бросилась к груди своего отца.
Остальные стояли и молча плакали. У них ещё была надежда на то, что двое вернутся живыми, но всё же прошло слишком мало времени с момента их убытия от отряда. Что бы они успели совершить за столь короткое время?
У Грома это весьма захватывающее зрелище вызвало бы бурю эмоций и восторга, но только не сейчас. Хотя, ему и теперь хотелось воскликнуть: «Феноменально!», но старик почувствовал, что его могут прикончить на месте за такую не подходящую к нынешней ситуации реакцию.
Надежда умирает последней. Но есть ли смысл ей ещё обитать в сердцах героев?
А тем временем у Артура снова в который раз перед его носом возник выбор: держаться за мост или отпустить? Что лучше? Может, внизу есть ещё один неизведанный
