Если уж вести речь о роли Сталина, то не следовало третировать выступление советского руководителя 3 июля 1941 года, которым он призвал соотечественников к созданию подпольных групп и партизанских отрядов на оккупированных территориях, а также не умалять значения директивы ЦК ВКП(б) от 18 июля 1941 г. «Об организации борьбы в тылу немецких войск», нацелившей на развертывание всех форм антифашистского сопротивления и в первую голову партизанского движения. То, что кажется Чайковскому «словозаклинаниями», воспринималось советскими патриотами, как приказ Родины, о чем пишут в своих воспоминаниях Т. Новак, С. Ковпак, П. Вершигора, А. Попудренко, А. Федоров, Н. Струтинский, М. Наумов и другие прославленные подпольщики и партизаны. Многие из них включились в борьбу с врагом еще до выступления И.В. Сталина и названной директивы ЦК ВКП(б).
Что же касается «мероприятий по применению особых форм борьбы» против немецко-фашистских захватчиков, то они, как и следовало, излагались в документах четвертого Управления НКВД, специально созданном в сентябре 1941 г. «для организации и руководства истребительными батальонами, партизанскими отрядами и диверсионными группами». И поэтому язвительное замечание автора «Неизвестной войны», что об этом «ни слова» в директиве ЦК ВКП(б), мягко говоря, некорректно. В контексте серьезных и в немалой мере обоснованных обвинений по адресу Сталина и его ближайшего окружения, не подготовивших страну к отражению гитлеровской агрессии, отмеченное замечание представляется тем «довеском», в котором отразилась тенденциозность Чайковского, стоящего на антисоветских и антикоммунистических позициях. Стремление принизить значение партийного руководства — не только дань моде, но и утрата реальных ориентиров в поиске исторической правды. Сказывается это на содержании всего произведения Чайковского, прежде всего в акцентуации негатива при описании партизанского движения и в попытке обелить националистическое движение в западных областях Украины.
Слов нет, оснований негодовать, читая сообщение о провалах советских подпольщиков и партизан, о предательстве и дезертирстве слабых духом более чем достаточно. Но разве во всем этом виноваты только партийные органы, на что напирает автор «Неизвестной войны»? Разумеется, нет. И дисциплина в подполье и партизанских отрядах держалась не на страхе перед своими же товарищами, а на глубоком сознании участниками «малой войны» своего патриотического долга. Если и не всеми, то подавляющим большинством.
Чайковский хотя и отмечает, что «малая война» полностью базировалась на добровольном участии в ней сотен тысяч самых мужественных и самых храбрых людей, которые добровольно, по давнему обычаю славянских народов стали на бой с врагом за независимость Родины, но тут же объявляет их заложниками «тоталитаризма, присущего сталинскому режиму». Что имел в виду автор этой сентенции — то ли не восприятие советскими людьми националистической идеологии, то ли их бескомпромиссную борьбу с гитлеровскими захватчиками и их пособниками — понять нелегко. Ясно лишь то, что никакого тоталитаризма он не нашел на «другом берегу» — в стане украинских националистов, декларировавших в своих программах построение тоталитарного общества под безраздельным господством ОУН по образцу фашистской Италии и нацистской Германии.
Влияние фашизма на формирование идеологии украинского национализма, принявшего в 20-е годы крайнюю форму, названную интегральным национализмом, очевидно. Его отличительной чертой стал полный отказ от прежних демократических и социалистических принципов и переход на принципы националистической диктатуры, заимствованные из теоретического арсенала германского национал социализма и итальянского фашизма. Автор первых двух программ ОУН Микола Сциборский писал: «Сам фашизм — это прежде всего национализм». У них общие цели: уничтожение СССР и мирового коммунизма, построение «нового порядка» в Европе и во всем мире. Украинский национализм, по его словам, «при избрании средств освобождения украинской нации, не ограничивает себя никакими «общечеловеческими» предписаниями «справедливости, милосердия и гуманизма». Этим и объясняется та звериная жестокость, с которой оуновцы «освобождали» украинский народ средствами физического и морального террора и которой автор «Неизвестной войны» не находит объяснения.
Разумеется, понять кровавую бандеровщину, о чем лицемерно сетует Чайковский, невозможно, замалчивая ее фашистские истоки и пряча правду о самом Бандере, его тайном сотрудничестве с германской военной разведкой, о чем на Нюрнбергском судебном процессе дали показания ее бывшие ответственные сотрудники полковник Штольце и генерал Лахузен. Фарисейски обвиняя советских публицистов, которые-де «в лучшем случае скользили по поверхности и фиксировали только факты», Чайковский выстраивает свою версию «малой войны», отбирая только такие факты, которые отвечают цели «освободить» националистическое движение от «груза» коллаборационизма. Замалчивание фактов сотрудничества командования УПА и руководства германской военной разведки, обеспечившей вооруженные формирования украинских националистов офицерским составом, вооружением и снаряжением на всем протяжении войны — прямое тому доказательство. О каком «докапывании до корней» вооруженного противостояния «красных партизан» и оуновцев ведет речь Чайковский, если в его пассажах о происхождении ОУН нет даже упоминания об отказе этой эмигрантской организации от демократических и социалистических принципов и превращении ее в нацистского сателлита, если не сказано, что руководящий центр ОУН — так называемый центральный провод — находился в Берлине и беспрекословно выполнял указание нацистских властей? А он то и запрещал рядовым националистам на оккупированной территории Украины выступать против немцев и требовал вмести с ними вести борьбу только в одном направлении — «против Москвы». Не менее странно и то, что исследователь обошел вниманием материалы Нюрнберского судебного процесса по делу главных нацистских преступников, в которых высвечен коллаборационизм верховодов ОУН и УПА, прислужничество Коновальца, Мельника, Бандеры и их сообщников нацистским властям Германии.
По-моему, нет нужды доказывать, что на Украине в годы второй мировой войны оно не было национально-освободительным, так как ОУН и УПА никогда не были самостоятельной политической силой. Их деятельность направлялась и контролировалась германскими властями через их агентуру в лице верховодов ОУН и УПА. Сотрудничество украинских националистов с германскими нацистами и совершенные ими преступления против человечества, как резюмирует К. Симпсон в книге «Бловбек», изданной в США в 1986 году, обрек их на вечное отчуждение от украинского народа. Подтвердили этот вывод и события последних лет, показавшие, что национализм с его фашистским прошлым чужд украинскому народу, ставшему на путь демократических преобразований. Жаль, что этого не поняли ни А, Чайковский, ни рецензент его книги В. Клоков.
Нельзя смотреть на события военных лет зашоренными глазами
Александр ВОЙЦЕХОВСКИЙ, кандидат философских наук, член военно-исторической секции Совета ветеранских организаций Украины.
http://www.pravda.ru/windows/hotdoc/1999/mar/05/16–04–05–03-99.htm
Юстус Ляйхт
Украина — Ультраправые группы в рядах оппозиции
14 декабря 2004 г.
С энтузиазмом поддерживая украинскую оппозицию, западные масс-медиа вполне осознанно замалчивают тот факт, что в оппозиционном движении, получившем название «оранжевой революции» действуют также и ультраправые организации.
Члены этих фашистских групп, конечно же, представляют незначительное меньшинство среди сторонников оппозиции и никогда не играли ведущую роль в многотысячных демонстрациях в Киеве. Однако их участие в массовых митингах не является случайностью. Это не временные, нежелательные попутчики и не провокаторы извне, засланные режимом президента Леонида Кучмы.
Оба ведущих лидера оппозиции — бывший премьер-министр Виктор Ющенко и мультимиллионер Юлия Тимошенко, прежде занимавшая пост заместителя главы правительства — в течение ряда лет поддерживают политические контакты с организациями, выступающими с фашистских и антисемитских позиций.
Наряду с антикоммунистами, неолибералами и христианско-демократическими партиями в состав депутатской группы «Наша Украина» входит организация, называющая себя «Конгрессом украинских националистов» (КУН).
КУН был основан в 1992 году — как эмигрантская политическая организация «Организация украинских националистов — Фракция Степана Бандеры» (ОУН). Последователи Бандеры отстаивают фашистскую идеологию, яростно выступая против коммунистов, русских и поляков. Во время Второй мировой войны движение Бандеры первоначально сражалось на стороне нацистской Германии против СССР и требовало провозглашения «независимой» Украины в тех районах страны, которые были оккупированы германской армией.
