— Дрейк Слоун его сценическое имя, а Ривингтон настоящее, — улыбнулась Лаури.
Оказывается, ее новоиспеченная подруга тоже попала под влияние неотразимого обаяния Дрейка.
— Точно! Ой, я думала, что с ума сойду от радости, когда миссис Трютт сказала мне, что у меня скоро появится сосед с маленьким ребенком! А уж когда узнала, что это не кто иной, как Глен Хем… то есть Дрейк Слоун, — вообще голова пошла кругом! Это ж надо! Джим меня теперь никогда одну дома не оставит! Казалось, каждое предложение Бетти заканчивает не точкой, как обычно, а восклицательным знаком — такая уж у нее была манера говорить. Она уже сообщила Лаури, что ее муж работает на шахте, расположенной между Уиспез и Санта-Фе. Домой он приезжает только на выходные, посему Бетти страдает от недостатка общения.
Оба ее чада оказались такими же общительными, как и мать. Да и внешне — черные волосы, карие глаза — настолько напоминали Бетти, что казались ее копиями, только миниатюрными. Сэму было пять лет, а Сэлли столько же, сколько Дженифер. Дети тут же взяли девочку под свое покровительство и все вместе отправились играть в комнату Дженифер. Сэлли страшно понравились белокурые локоны новой подружки — она то и дело гладила ее по головке, как любимую куклу.
— Не хочется разочаровывать тебя, Бетти, но Дрейк в Нью-Йорке и здесь жить не будет.
— Да я знаю, но ведь он будет к вам приезжать! Как ты думаешь, он даст мне автограф? Как бы мне хотелось его иметь!
— Думаю, когда он приедет, я устрою так, чтобы ты его увидела. Если хочешь, конечно, — проворчала Лаури.
— Скажешь тоже — если я хочу… — и Бетти, заметив недовольную гримасу на лице Лаури, прыснула.
Лаури не выдержала и тоже залилась веселым смехом.
— Какая у него милая дочка, правда? — Бетти с трудом отдышалась. — Жаль только, что глухая. А ты ее учительница… Вот здорово! Прямо как Анна Сулливан из «Сотворившей чудо»[2]. И как ты только выучила этот язык жестов, уму непостижимо!
— У меня сестра глухонемая. Так что я его учила одновременно с английским.
— А есть какая-нибудь разница?
— Кое в чем, — терпеливо ответила Лаури. — Почему бы тебе и детям тоже не выучить этот язык? Я могла бы заниматься с вами каждый день.
— Нет, правда? Вот было бы здорово! Тогда ребята могли бы говорить… то есть…
— Правильно, именно говорить.
— Говорить с Дженифер.
— А твои дети спят днем?
— Если бы не спали, я бы от них с ума сошла! Лаури рассмеялась:
— Тогда, может, после дневного сна?
— Решено, Лаури! Спасибо.
Бетти живо вскочила с табуретки и, схватив поваренную книгу, пролистала ее.
— Голову даю на отсечение, ты никогда не пробовала всей этой вкуснятины! Ты такая худенькая! Как бы я хотела такой быть. Какая ты счастливая! Когда у тебя родится ребенок, уж ты-то не станешь такой бомбой, как я, наверняка даже похудеешь. Интересно, у тебя останутся после родов растяжки? Как ты думаешь? Мой врач сказал, что у меня их не будет. И когда они появились, я думала, что его убью! А у тебя, наверное, их не будет. Я и грудью детей кормила. Кто-то сказал, что от этого фигура лучше делается. Так оно и было, пока дети были маленькие. А потом — раз! — Тут Бетти сделала руками забавный жест. — И усохли! Как ты думаешь, а у тебя испортится после ребенка фигура? — с милой непосредственностью спросила она.
Лаури только диву давалась, как это Бетти умудряется тараторить с такой скоростью, перескакивая с одной темы на другую; она взирала на подругу прямо-таки с благоговением. Но, когда до нее, наконец, дошел смысл последнего вопроса, она, зардевшись, тихо проговорила:
— Боюсь, у меня никогда не будет детей…
— Да ну? А я вот не представляю, как это можно не иметь детей! Что, Дрейк не хочет?
— Что?!
Лаури была настолько поражена, что выронила из рук книгу, которую пристраивала на полку над плитой.
— Наверное, не хочет, потому что крошка Дженифер родилась глухой, — сочувственно продолжала Бетти. — Его, конечно, понять можно. Хотя, если бы ты с ним как следует поговорила, может, он и согласился бы сделать тебе ребеночка.
— Бетти… — начала было Лаури, но голос у нее сорвался, и ей потребовалось время, чтобы обрести его снова. — Я… мы… Дрейк и я… В общем, между нами ничего нет. Я просто учу Дженифер. Вот и все.
— Ты шутишь! — И без того круглые глаза Бетти округлились еще больше. — Ой, прости, ради Бога, Лаури! Вечно я ляпну что-нибудь невпопад! Я думала, что вы с Дрейком… ну, сама понимаешь. Сейчас это сплошь и рядом. Я не хотела тебя обидеть, правда!
Бетти сокрушалась так искренне, что Лаури стало ее жаль.
— Ничего, Бетти, все в порядке. Думаю, что многим в округе кажется странным, что Дрейк поселил нас здесь с Дженифер одних.
— Это показалось бы не так странно, будь ты какой-нибудь старой перечницей, а не изящным воздушным созданием.
Лаури рассмеялась, но внезапно вспомнила тот день, когда впервые увидела Дрейка. Воспоминание это больно отозвалось в ее сердце, и смех тут же замер. Когда же, наконец, она сможет выбросить его из головы? Ведь только вчера расстались, а кажется, прошла целая вечность. И когда Бетти по обыкновению завела разговор на другую тему, Лаури вздохнула с облегчением.
Шли дни, похожие друг на друга, как две капли воды. По утрам Лаури и Дженифер проводили несколько часов в классной комнате за уроками. Лаури с радостью убедилась, что малышка, как она и предполагала, отличается живым умом. Под руководством своей учительницы Дженифер все глубже познавала язык жестов, и каждый день открывал для нее новые горизонты. Лаури она считала самым замечательным человеком, не считая, конечно, Дрейка.
О нем Дженифер спрашивала ежедневно и никогда не пропускала мыльной оперы с его участием. Как только отец появлялся на экране, Дженифер издавала восторженный вопль, тыкала пальчиком в изображение и жестом называла его имя. Лаури объяснила ей, что означает слово «папа», и провела параллель между именем «Дрейк» и этим словом. Когда девочка узнала слово «мама», она задала Лаури вопрос, приходится ли она ей матерью. Лаури попыталась объяснить, что означает слово «смерть», показав двух сверчков — один был дохлый, другой еще живой. Дженифер поняла про сверчков, но Лаури не была уверена, что она уяснила главное — ее матери нет в живых. Лаури не могла найти образ, связывающий это слово с реальным человеком. «Надо будет попросить Дрейка показать ей фотографию Сьюзен», — решила она.
После уроков они долго гуляли у подножия гор, где струились бесчисленные ручейки, наполненные прозрачной водой. Лаури старалась показать Дженифер, как изображается знаком каждый предмет, Малышка обычно запоминала слово с первого раза, но потом, чтобы закрепить его в памяти, выученный жест повторялся бессчетное количество раз.
