другим диджеем, известным на Ямайке.
Проведение интервью с Баунти может быть крайне интересным опытом, поскольку некоторые девушки падают в обморок, едва завидев его, но я не девушка, так что смог продержаться. Мой собеседник обладает такой же прямотой, как и Бини. «Тренчтаун был местом, где жили мои родители, когда я родился, но в тот же год мы переехали в Ривертон-сити, и там было действительно трудно, – рассказывает он. – Моим родителям приходилось несладко: восемь детей, знаете ли… У отца была небольшая саунд-система, чтобы устраивать дискотеки для соседей, был также крохотный игорный дом для своих и магазин. Но при этом он работал сторожем, ведь нас надо было кормить. Это трудно представить, но мы все жили в одной комнате… Я перестал ходить в школу в девятом классе из-за финансовых трудностей и политических разногласий. Причем тут это? А при том, что школа, в которой я учился, была крайне политизированной, меня запросто могли убить, если я выражал “не те” взгляды».
Как и Бини Мен, Баунти Киллер начал разминать свои музыкальные мышцы на саунд-системах очень рано, и опять же отчасти благодаря семейным связям. «У отца, как я уже говорил, был звук в Ривертон-сити, и вот где началось мое музыкальное образование. Отец отходил покурить свой чалис, и я говорил в микрофон: “Привет, меня зовут Родни”, – и это было так здорово – слышать свой голос, транслируемый громкоговорителями. Потом я начал слушать диджеев, таких как Буджу Бантон, Джон Уэйн, Супер Кот, Адмирал Бейли, Шабба Рэнкс… В гетто музыка звучит везде, так что тебе не нужно идти на студию звукозаписи, чтобы оказаться под влиянием музыки, – ты просто можешь идти по дороге, слушать музыку и наслаждаться».
Вскоре таланты юного Баунти были замечены на соседнем звуке, более крупном. «Первый раз я держал микрофон уже вне семьи в 1980 году, на звуке под названием King Joe. Я спел песню Джуниора Рида Woman Make Your Waistline Roll и всех там подпалил. С тех пор я стал работать над стилями и текстами, потихонечку набирая рейтинг у себя в сооб ществе».
В течение нескольких лет Баунти ставил музыку на второй план, но все изменилось после того, как он переехал в Сивью-Гарденс, еще один не самый богатый микрорайон Западного Кингстона. Там источником вдохновения для преобладающего большинства был Шабба Рэнкс. «Вот где был настоящий международный уровень! – восклицает Баунти. – Когда Шабба подписал контракт с СBS и получил Грэмми[98], казалось, что дэнс-холл захватил все, на ушах стояла вся страна, и у кого был хотя бы небольшой навык диджея, стали пробовать себя, надеясь пробиться. У меня были друзья на небольшой звуковой системе, и однажды я подошел и взял микрофон; был человек, который приставал к своей дочери, так я спел об этом песню и попал в точку. На этот угол я приходил довольно часто, и вот однажды там появился Шабба и решил подиджеить. Понятно, что на Шаббу сбежались все вокруг, но и у нас появился шанс показать свои таланты, и я там был не из последних. Ночь была фантастическая! После этого мы стали делать даб-плейты для таких звуков, как Black Ark, King Arab, Likkle Gemini, но самое главное – мы стали известными во всем районе Кингстон-11. И вот еще что важно: когда мы ходили записывать плейты в студию, мы учились навыкам профессиональных артистов».
Прорыв Баунти произошел в студии Джемми, но сам процесс занял достаточно времени. «Я делал даб-плейты для Джемми с 1990 года, но Джемми не такой простой человек, он небожитель, и в его окружении сплошь звезды. Кто-то мне сказал: “У Джемми есть брат, который записывает голоса по субботам, может быть, тебе сходить и попробовать что-то сделать под один из его ритмов?” О’кей, я пошел и говорил с Дядюшкой Ти, и он мне велел прийти в следующую субботу, я пришел, но у него там было что-то посерьезнее, и со мной дела были отложены. На следующей неделе я опять пошел – и опять то же самое. Но я продолжал ходить и добился своего: однажды там никого не было, и это был мой счастливый день – 22 февраля 1992 года».
Баунти говорит, что его песни шли вразрез с преобладающим стилем у Джемми, но он сумел обратить всё в свою пользу. «Я озвучил некоторые гангстерские мелодии, и звукорежиссер сразу сказал, что эти тексты не пойдут, но я выкрутился. Всего-то требовалось изменить пару строчек. “Если ты любишь жизнь, опусти пистолет”, – спел я. Но тут вмешался Дядюшка Ти: “Эй, я хочу руд-байских песен”. Так что я озвучил Die He и стал артистом Дядюшки Ти, а уже потом попал к Джемми».
Хотя Баунти начал записываться у самого Короля, песня, которая изменила все для него, так и осталась в тени. «Я начал петь у Джемми, но он не был настолько заинтересован, чтобы выпустить записи. Однажды один из его режиссеров возился с родимом General [Дэннис Браун], и именно тогда я озвучил Coppershot, но Джемми, сказав, что “пушки теперь не работают”, так ее не так и выпустил. Потом как-то Колин Роуч озвучивал у нас трек на ритм Miss Goody Goody Гэлакси Пи, и они нашли мою песню на пленке. Колину Роучу она понравилась, поэтому он ее смикшировал, не зная, что Джемми ее не хочет. VP выпустил ее на обратной стороне Miss Goodie Goodie, и Джемми услышал, что Coppershot побежала, – с этой песни у меня все на самом деле и взорвалось, и тогда Королю пришлось выпустить ее отдельно. После этого они уже никогда не говорили мне, какие песни озвучивать – я озвучивал то, что хотел сам».
Для самого Баунти большой смысл имело то, что он прорвался с песней, которая рассказывала о гангстерской жизни, так как это была жизнь, которую он хорошо знал, прежде чем стать профессиональным исполнителем. «В меня стреляли в Сивью-Гарденс, и я сделал песню на основе реальной ситуации, поэтому Coppershot — это ситуация из моей жизни: парень достал пистолет, а дальше как повезет. Я не могу сказать, что я первый запел гангстерские песни, многие еще раньше меня занимались этим: Ниндзямен, Катти Ранкс, Мэд Кобра, но я считаю, что композиция моей вещи уникальна, она выдающаяся. И если посмотреть на мое творчество сейчас, у меня появилось много новых гангстерских гимнов».
Баунти Киллер оставался у Джемми весь 1995 год, уйдя в работу с музыкантом Полом «Джаззвадом» Джебуа (Paul «Jazzwad» Yebuah) над «гангстерскими» альбомами Roots Reality & Culture (он же Jamaica’s Most Wanted)
