и ни для кого не записывался. Через полгода я пошел к Бобби Диджиталу и сказал ему, что хотел бы сделать альбом, но он был занят с Сиззлой. Потом Саки, менеджер Black Uhuru, сказал мне, что Король Джемми хочет меня видеть, и когда я пошел к Джемми, я сказал ему: “Я не собираюсь выпускать мешок сорокопяток. Я уже начал делать альбомы, и именно так хочу сохранить свой профиль”. И мы сделали альбом Total Commitment с некоторыми сокрушительными мелодиями, такими как Worries and Problems и Fire Bun A Weak Heart».
Бушмен попал в лагерь Джемми в то время, когда в студию влилась новая кровь, в частности в лице звукоинженера Андре «Сукуса» Грея; Грей, ключевая фигура на студии тех лет, входил также в состав дэнсхолл-рэп-группы Ward 21, сформированной с другими молодыми дарованиями. В результате альбом Total Commitment имел оглушительный успех, а Fire Bun a Weak Heart, где Бушмен говорит о несправедливости музыкальной индустрии, стала одним из его самых выдающихся треков (песня была положена на жесткую переработку риддима Hypocrites, ранее использовавшегося для хита Пол-Пинты 1983 года Mr Landlord). Заглавная песня, повествующая об уязвимых сторонах растамана, погнала волну по всему Восточному побережью Карибского моря, медитативная Worries and Problems была еще одной тонко отшлифованной жемчужиной, а такие песни, как Mr Gunis, представляли не самые приглядные стороны жизни.
«Как юноша, который приехал в большой город из провинции, я прекрасно вижу, как устроен город, – говорит Бушмен. – Просто пиф-паф – и нет человека, и когда полиция приходит что-то расследовать, они никаких концов не найдут; политики имеют дело с кровью, деньгами и оружием, распространяя оружие по общинам. Кто-то едет за границу работать на ферме или продает наркотики, заработав хорошие деньги, такой человек говорит, что он теперь на районе Барон, оружие и кокаин всегда при нем. Политики и бароны манипулируют молодежью. Это одна из самых больших проблем на Ямайке сегодня».
Следующий альбом Бушмена для Джемми – Higher Ground — также принес отличные песни, например Fire Pon A Deadas, представлявшая айталическое мировоззрение, но сила альбома частично была разрушена A Better Place — сам певец говорит, что она была слишком поспешно озвучена в Лондоне для лейбла Stingray по совету его тогдашнего менеджера.
В любом случае, с тех пор как Бушмен покинул Джемми, его продуктивность начала сходить на нет. После обвинения в хранении оружия в 2002-м он временно выпал из общей картины, но продолжал сам продюсировать свой материал. Заметный альбом Signs был выпущен с продюсером Айли Дредом. Нельзя не отметить, что его вдохновенные выступления всегда были востребованы за рубежом.
* * *
Как показано в этой главе, большинство будущих исполнителей дэнсхолла искали популярности в первую очередь на саунд-системах, и важной частью этого процесса были эксклюзивные выпуски даб-плейтов. Напротив, группа Morgan Heritage, одна из самых нестандартных в истории регги, шла к славе совсем другим путем.
Она была создана в 1994 году в США пятью детьми регги-артиста Денроя Моргана, то есть это своего рода «семейное предприятие». Морган, ямайский иммигрант, в начале 1980-х сделал большой хит в стиле кроссовер I Will Do Anything For You. Подписав контракт с MCA на дебютный альбом Miracles (1994), Morgan Heritage не добилась заметных успехов в Штатах, но все изменилось, когда в следующем году они переехали на Ямайку, где нашли подходящую среду, в которой можно было полностью выразить себя, не оглядываясь на ограничения американского лейбла.
«В Morgan Heritage вы слышите корневой регги с роковыми шероховатостями и звуком ритм-н-блюза, потому что мы вот такие, – говорит вокалист и клавишник группы Рой «Грэмпс» Морган во время перерыва на записи у Бобби Диджитала. – Я вырос на таких группах, как Duran Duran, Tears For Fears, Asia, Van Halen, и мы учились петь у ритм-н-блюзовых вокалистов, таких как Стиви Уандер, Донни Хатауэй, Сэм Кук, Майкл Джексон, Джеймс Ингрэм, Гай, New Edition, Уитни Хьюстон и Sade, плюс, конечно, The Wailers и Фрэнки Пол».
Неуклюжая фигура Грэмпса и гнусавый выговор янки позволяют легко предположить, что он – звезда американского футбола из средней школы, но как только группа начинает взаимодействовать с Бобби и его командой, ямайская патва в его речи постепенно берет верх. В то время как остальная часть группы концентрируется на наложении перкуссии, Грэмпс рассказывает сложную историю, которая, наконец, привела их к крупному прорыву на регги-сцене в середине 1990-х годов.
«Все мы родились в Нью-Йорке и все выросли в Спрингфилде, штат Массачусетс, однако ездили туда и обратно в студию нашего отца в Бруклин, – начинает он. – Мой отец родился в Кларендоне и отправился в Америку в 1960-х годах; он был одним из первых, кто играл оригинальную музыку регги в Нью-Йорке в 1970-х годах, с группой под названием The Black Eagles, а позже он вместе с Бертом Ридом придумал I’ll Do Anything For You, песню, которая разошлась тиражом более миллиона экземпляров. Нашим первым влиянием была его группа: репетиции проходили у нас дома, и мы возились с разными инструментами. Когда нам было лет по пятнадцать, мы сделали много подготовительной работы с группой Twelve Tribes Of Israel, играя на поддержке у таких исполнителей, как Джуди Mоватт и Сестра Кэрол [Кэрол Тереза Ист]. Большинство из нас самоучки, но в какой-то момент нам нужно было вывести все на новый уровень, и отец привел к нам учителей, таких как Джеки Митту, Телониус Монк Младший и Юджин Грей, который был музыкальным директором в его группе».
Грэмпс говорит, что все у них случилось после успешного ямайского дебюта. «В 1992-м мы играли на Reggae Bash в Очо-Риос, и Ли Яффе из MCA увидел наше выступление. На следующий день он сказал, чтобы люди из MCA садились в самолет, летели сюда и смотрели, как мы выступаем на Reggae Sunsplash. В итоге они подписали с нами контракт прямо на сцене».
Сначала в составе Morgan Heritage было восемь человек, но неутешительный результат дебютного альбома заставил трех участников уйти. «Мы сделали Miracle, и оставались с MCA в течение двух лет, и я думаю, что это красивый альбом, потому что он был намного более продвинутым по сравнению с тем, что происходило на регги-сцене в то время. Они привели к нам авторов, которые работали еще с Рэем Чарльзом, и парней, которые писали рекламные ролики для Майкла Джордана, все это было по-настоящему корпоративно. Но в финале получился продукт, который они не смогли продать; они не могли заставить, чтобы эти записи исполнялись по радио в Америке, поэтому мы вернулись в студию
