в Бруклине и с места в карьер сделали семьдесят одну запись. А пять треков, которые в итоге остались, мы про них сказали: “Вот это то, что мы хотим делать всегда”».
Важно отметить, что семье потребовалась поездка в Африку, чтобы осознать: Ямайка и есть то место, к которому они действительно принадлежат. «Нас пригласили сделать шоу в Кот-д’Ивуар в 1995 году, и это был настоящий культурный опыт, который отсылал к нашим предкам, – говорит Грэмпс. – Чувствуя эту энергию, наш отец сказал, что хочет вернуться на Ямайку, потому что он устал пытаться делать что-то в Америке, – если бы мы остались там, вся семья, вероятно, в конечном счете работала бы в Бургер Кинге, так что мы решили переехать на восточную часть острова, в Сент-Томас, один из наиболее радикальных и неразвитых округов. Когда мы взрослели в США, с нами всегда была ямайская культура, так что, приехав сюда, мы оказались как дома, правда, не сразу привыкли к укусам комаров, жаре и очень медленному темпу жизни».
Вскоре после прибытия на остров они начали тесно сотрудничать с Бобби Диджиталом и Джемми, которые взялись за продюсирование альбомов Protect Us Jah и One Calling; эти альбомы помогли группе закрепить свою репутацию в мире корневого регги, даже несмотря на то, что они просто накладывали вокалы на выстроенные ритмы, а не играли на живых инструментах. «В течение трех месяцев мы работали у Диджитала с восьми до двух часов ночи, потом шли к Королю Джемми и тоже работали до восьми, – смеется Грэмпс. – Они давали нам ритм, и мы выдавали тексты, просто так – ничего не было написано заранее».
Несмотря на качество материала One Calling, такого, например, как запоминающийся заглавный трек и гимнический призыв к объединению One Bingi Man, группа нашла свою нишу у Бобби Диджитала и с тех пор продолжала с ним тесное сотрудничество. Их партнерство дало такие популярные альбомы, как Don’t Haffi Dread с заглавной песней-гимном и волнующей спиритуальной переработкой Bend Down Low Боба Марли, получившей название Reggae Bring Back Love.
«Король Джемми был похож на отца, но Бобби Диджитал скорее на брата, – говорит Грэмпс, – потому что он молодой парень, немного более хиповый, чем Джемми, так что естественно, что у нас с ним была другая химия».
Группа также стала выпускать свою собственную, достаточно впечатляющую продукцию, делая записи с такими раста-артистами, как Буджу Бантон, Энтони Би, Джуниор Келли и Лучано. Была выпущена серия компакт-дисков Morgan Heritage Family & Friends, куда вошли великолепные Jah Jah City Кэплтона и Rastaman Chant самих Морганов.
Хотя их главным прибежищем стала студия Бобби Диджитала, они также озвучивали треки и для других продюсеров. Down By the River была сделана в сотрудничестве с Дином Фрейзером, который положил ее на цифровую переработку известного риддима The Cables – What Kind of World, и это был один из самых больших хитов 1999 года, в то время как ритм-н-блюзовая баллада She’s Still Loves Me, спродюсированная Филиппом Линтоном из Arrows, стала чартовым топером в 2002 году.
Гибрид регги, рока и ритм-н-блюза, который играли Morgan Heritage, доказал свою огромную популярность как на Ямайке, так и за рубежом, где их турне с такими панк-группами с Западного побережья, как Bad Religion и No FX, стало источником вдохновения для песни Jump Around – о танцевальных выходках панк-аудитории. Другие их младшие родственники, LMS, также оказали заметное влияние, представив регги и хип-хоп.
* * *
Комментаторы часто отмечали, что на ямайской музыкальной сцене в основном доминируют мужчины, как в плане артистизма, так и в плане продюсерства. С середины 1990-х, однако, взлет скандальной исполнительницы Леди Со[106] открыл новые места в дэнсхолле и для женщин.
Марион Холл, родившаяся в Сент-Мэри в 1968-м, получила известность своим похабным материалом. Достаточно вспомнить трек 1994 года Stab Up De Meat («Воткни в мясо») и ее шоу в стиле «нет-ничего-запретного», на которых она порой имитировала секс со зрителями. Впрочем, было бы неправильно сводить к этому все работы Пилы и мазать всё одной краской, у нее есть, например, Give Me a Reason в духе кантри, да и другие песни, свидетельствующие о способностях выдавать очень разный материал.
«Я не всегда согласна с содержанием ее песен, но я действительно люблю ее стиль, и я думаю, она очень сильная женщина, – говорит Таня Стивенс, певица, почувствовавшая в себе силы после успеха Леди Со. – Когда ямайская женщина говорит публично, как это делает Пила, вы должны аплодировать ей, даже если вам не нравится то, что она говорит. Я думаю, она действительно храбрая, и мне это нравится. У нас все еще очень шовинистическое общество, в котором женщины являются существами низшего порядка; у нас ведь как – если женщина сильна и если она делает все по-своему, как любой мужчина, то она автоматически рассматривается как стерва или лесбиянка. Женщин это оскорбляет, и это то, что нам действительно нужно менять».
Хотя их личные истории непохожи, музыкальная эволюция Тани Стивенс немного напоминает историю Леди Со. Она точно так же стремится исполнять наводящий на размышление материал, завоевать популярность, но ее карьера была гораздо более разносторонней. Сидя в кафе рядом с ночным клубом Asylum в Кингстоне, интеллектуалка Таня (Вивьен-Таня Стивенсон), рассказывает, как она попала в музыкальный бизнес. «Я родилась в 1973 году в маленьком городке Риджмон в округе Сент-Мэри, – говорит она. – Мой отец умер рано, так что меня и моих братьев и сестер вырастила мать. Нас было семеро, все разных возрастов, и она была медицинским работником при правительстве. Я переехала в Кингстон, когда мне было около семнадцати, жила в Зиади-Гарденс с одной из старших сестер и собиралась поступать в школу дизайна одежды».
У себя в городке она уже писала песни и надеялась стать исполнительницей баллад; казалось, все, что ей требуется, – найти студию звукозаписи. «Я смотрела телефонный справочник, раздел “звукозапись”, и увидела, что Penthouse разместил там большое объявление. Я позвонила, но они сказали: “Мы не берем новых артистов, может быть, вам стоит попробовать в New Name Music. Я позвонила им, Деррику Барнетту, и Ноэль Браун мне сказал, когда послушал: “У тебя есть потенциал”. Я сделала запись, мне тогда еще семнадцати не было, но они ее так и не выпустили. Это была медленная, грустная баллада… такие песни не очень приветствуются на Ямайке, если их делают ямайские артисты».
После неудачи Таня снова засела за справочник и набрала номер Grove Recording Барри О’Хары. Эта студия находилась в Очо-Риосе, и там все сложилось неплохо: дебютный альбом Тани Big Things A Gwan
