но, как он отмечает, регги во все времена угождал хардкорному элементу. «Боб Марли сделал много отличных “песен реальности”, которые нравятся всем, но он все равно вышел и сказал: “Я застрелил помощника шерифа, но не шерифа”. Это означает, что у тебя все равно должна быть мелодия, которую ты адресуешь бандитам».
Быстрые и зачастую жуткие хиты Элефанта окрашены шепелявостью и такими фразочками, как Capiche?[103] – в стиле диснеевских мультфильмов, а позже shizzle my nizzle[104], которую он позаимствовал у гангста-рэпера Снупа Догги Догга. Его причудливые сценические выходки заработали ему титул Бог Энергии; он выступает всегда в сумасшедших нарядах, в каких-то диких париках или крашеных во все цвета косичках афро, и часто на сцене имитирует секс.
«Мое живое выступление ни на что не похоже, – хвастается Элефант. – Девушки хотят прикоснуться ко мне – хотят почувствовать мою “анаконду”, – и ты должен вовлечь их во все происходящее, пусть они наслаждаются, ведь, в конце концов, они заплатили деньги».
Ко времени его второго альбома под названием Log On Человек-Слон был одним из самых горячих исполнителей дэнсхолла – и одним из самых спорных. Заглавный трек альбома, и не только он, но и еще несколько песен, были раскритикованы за рубежом за гомофобное содержание. Сам Слон считает обвинения необоснованными: «Я слышал, что по этому поводу вышел большой спор в Англии, но я ничего не вкладывал в эти песни – всего лишь танцевальные мелодии».
В ноябре 2001 года, находясь в турне в Британии, Элефант и его друг, диджей BBC Radio One, подверглись вооруженному нападению с целью ограбления, друг Элефанта был убит. «Это худшее время в моей жизни, – говорит певец с содроганием, – но Бог обо всем позаботится». С тех пор Элефант стал избегать Британии, но за это время выпустил серию еще более популярных дисков и стал сотрудничать с рядом рэп-исполнителей, в том числе Лудакрисом, Вайклефом Жаном и Фэтом Джо, а также звездами R&B, такими как Ашер, Р. Келли и Джанет Джексон. В 2007 году он подписал контракт с Bad Boy, дочерней компанией Universal, занимающейся рэпом, на альбом Let’s Get Physical.
* * *
Одни ямайские артисты находились в «сознательном» лагере, другие придерживались хардкора, но были и третьи, вобравшие в себя черты обеих жанров. Это целиком относится к фронтмену лагеря «бобо дредов» Энтони Би, чья работа в основном носила «сознательный» характер, но с дополнительной хардкорной «жестью». «Питер Тош – это человек, кем я восхищаюсь за его тексты, но и Ниндзямен – один из великих исполнителей, один из тех, кто оживляет музыку, – говорит он. – Смотреть на Ниндзямена – все равно что смотреть фильм и непременно слушать слова, которые там говорят».
Кит Энтони Блэр, родившийся в 1976 году, признается, что музыка была его мечтой с раннего возраста. «Мои родители хотели, чтобы я стал бухгалтером, но я хотел заниматься музыкой, – смеется он. – Мы жили в Кларк-тауне, это в округе Кокпит Кантри. Фактически меня вырастили бабушка и дедушка, они были простыми деревенскими людьми, а бабушка была из марунов. Когда мне исполнилось четырнадцать, меня привезли в Кингстон для дальнейшего образования. Я жил с моим дядей и его женой, он электрик, она учительница. Дом у них был в Камберленде. В те дни там было спокойно и никто никогда не запирал двери, но теперь все живут за семью замками, отгородившись от других».
Энтони Би начал выступать на звуковых системах с 1988 года, после разрушительного урагана Жилберт. «После того как по Ямайке ударил Жилберт, надо было возвращаться к жизни, и я начал выступать на звуке с пафосным названием The Greatest Show On Earth в местечке под названием Ньюлендс. Мы там делали себе имя. Шабба Рэнкс туда приходил, Супер Кот – люди, которые уже были знамениты».
Он также начал наведываться в духовную общину принца Эммануила Эдвардса, но так и не смог публично назвать себя последователем «бобо дредов». «Я не могу носить тюрбан, – объясняет Энтони Би, – даже когда я на сцене. Потому что принц Эммануил не считает музыку регги духовной музыкой раста. Он считает духовной музыку Наябинги, а про регги говорит, что это место для бизнеса».
При поддержке своих сверстников Энтони Би вскоре сделал крупный шаг вперед. «В начале 1990-х годов Буджу Бантон, Баунти Киллер и Бини Мен были моими хорошими друзьями, а потом Буджу стал суперзвездой, так что это убедило меня, что я тоже могу чего-то добиться. Мы катались на велосипеде и играли в мяч каждый день с Терри Фэйблусом, а потом Терри вдруг стал звездой. Все мои друзья, которые были на звуке The Greatest Show On Earth становились суперзвездами, Малыш Уэйн, Джоси Степпер, Реджи Степпер… и все они начали меня воодушевлять. Я пошел на конкурс Reggae Sunsplash в девяносто третьем, выиграл его и получил возможность выступить в большом шоу в первый раз в жизни. Потом я спел песню Brazil Dance, когда Бразилия выиграла чемпионат мира по футболу в 1994 году, и в декабре того же года, я получил шанс [появиться на] Sting, и вот где действительно наступил для меня прорыв – в это время как раз воевали Баунти Киллер и Бини Мен, по этому я написал песню под названием Repentance Time («Время покаяния»), чтобы таким образом покрестить Баунти и Бини, и люди стали называть меня Иоанном Крестителем в музыке».
Последующей карьере Энтони Би помог Ричард Белл, чей лейбл Star Trail был одним из самых впечатляющих в середине 1990-х. «Я пошел на студию Black Scorpio с Малышом Девоном, хорошим мотиватором, – вспоминает Энтони. – Он привел меня туда, и я познакомился с Ричардом Беллом, который уже записывал Береса Хэммонда и Гарнетта. Но в тот момент у него не было своих артистов, поэтому мы с Эвертоном Блендером заняли свое место на лейбле».
Эвертон «Блендер» Уильямс, певец с выразительным баритоном из Кларендона, выпускал спорадические синглы в начале 1980-х, но вплоть до 1990-х так и не сделал ничего такого, что заставило бы о нем говорить. Появление на саунд-системе в Манчестере принесло ему знакомство с Гарнеттом Силком, который и ввел его в круг этого лейбла в Кингстоне.
Lift Up Your Head стала одной из самых крупных мелодий 1996 года, еще одной популярной песней, созданной в партнерстве, была Piece Of The Blender, но особенно стоит выделить Fire Pon Rome, содержавшую критические выпады и запрещенную на радиостанциях Ямайки. В этой песне Энтони упрекнул премьер-министра Персиваля Паттерсона и лидера оппозиции Эдварда Сиагу в том, что «с каждым днем жить становится все труднее»;
