class="p1">Оглянувшись на Владу, Андрей схватил ее за руку:
— Ты как?
— Да ничего, — девчонка неожиданно улыбнулась — испуганной она не выглядела, может, еще не осознала грозящей опасности. — Соус только на шорты пролился. Не знаю, как теперь и отстирать.
— Ничего, милая, — на бегу прокричал Громов. — Не надо стирать — новые шорты купим.
Над головами беглецов снова что-то просвистело — пущенное ядро (или чем они там стреляли) угодило прямиком в расположенную напротив кафе парковку, покорежив пару машин. Кто-то громко закричал, стайка подростков с серфинговыми досками под мышками тут же прибавила ходу.
— Все, пожалуй, — Петро остановился у железной дороги, тянувшейся параллельно пляжу. — Сюда-то им зачем палить? Ни людей, ни машин нету, разве что поезд пройдет.
— Надо бы полицию вызвать, — пригладив растрепавшиеся волосы, тихо сказала Наталия.
Петро нервно потеребил подбородок:
— Думаю, уже вызвали. О! Смотрите-ка — шлюпка! Случайно, не с корабля?
— Не думаю, — всматриваясь, покачал головой Андрей. — Какой им смысл? Им бы сейчас самое время смываться, если это, конечно, с корабля такой переполох устроили.
— Ну ты ж видел! С него и палили!
— Хм… — Громов потер руки, прикидывая расстояние. — Сколько до него? Метров четыреста, вряд ли меньше.
— Да, где-то так.
— Для прицельного выстрела из двеннадцати- или двадцатичетырехфунтовых орудий — далековато будет. Нет, ядра-то долетят — в белый свет, как в копеечку.
— Ты уж и скажешь — ядра! — дернул шеей Петро. — Из гранатомета били или из подствольников. А дым, пушки — это так, для блезиру. Ишь, затихли.
— Верно, ждут, когда дым развеется.
— Ой, мальчики! — Влада неожиданно вскрикнула. — А велики-то наши — там. За них нам теперь что — платить?
— Так позже заберем, — успокоил, насколько сумел, Андрей. — Подождем, пока все тут успокоится, полиция приедет — и заберем.
Девушка напряженно прислушалась:
— Да успокоилось все уже. Вон, и корабль разворачивается и… слышите, сирены! Полиция! Наконец-то явились. Ну что стоим-то? Пошли! Петя, Наталия — вы в отель?
— Да, пожалуй. Или полицию подождем, поглядим, что тут.
— А мы поедем, — решительно заявила Влада. — А с вами давайте завтра встретимся? Съездим куда-нибудь.
— Со всем нашим удовольствием! — Петро крепко пожал руку Громову и ухмыльнулся. — Ну и дела тут! Будет о чем дома порассказать.
— Ой! Лучше уж без подобных рассказов.
Сказав так, Влада потянула Андрея за руку:
— Ну пошли уже скорей.
Кафе, насколько мог судить Громов, пострадало не сильно: лишь разбитая терраса да столики… да темная лужа на полу. Того убитого старика уже убрали — ну да, вон и полицейская машина, и «скорая». Успели уже.
— Что это — кровь? — с дрожью в голосе воскликнула девушка.
Андрей поспешно успокоил подругу:
— Идем, идем. Вон наши велики. Целые!
— А к нам полиция не привяжется? Будут расспрашивать, что да как. Сколько времени потеряем! — осмотревшись вокруг, резонно заметила Влада. — Милый, давай по-тихому свалим, а? Не по дороге поедем, а по пляжу, по песку велики проведем, а у переезда — свернем на дорогу.
— А может, показания лучше дать? — осторожно возразил молодой человек.
Девчонка сразу же отмахнулась:
— Ой! Да там и без нас народу хватит — глянь!
Действительно, народу у полицейских машин хватало. Свидетели.
— А корабль-то паруса поднимает! — Влада посмотрела на море. — Уходить собрался, ага.
— Ничего, — мстительно прищурился Громов. — Далеко не уйдет: сейчас и полицейский катер, и вертолет… Странно, что еще нету.
Они шли по пустынному пляжу, катили велосипеды, вполглаза посматривая на красный корабль… Прав официант — и в самом деле проклятый, приносящий несчастье. Зачем они стреляли? Причем попали-то в кафе чисто случайно… если там и вправду не гранатомет.
— Ой, мочи нет больше терпеть! — вдруг заявила Влада. — С вина этого да с пива… Сейчас описаюсь!
Андрей улыбнулся:
— Так вон кусточки — беги.
— Я про них и подумала. Держи велик. Жди.
Бросив велосипед Громову, девчонка быстро побежала к кустам — видать, и впрямь припекло. Проводив ее взглядом, молодой человек посмотрел на корабль. С якоря тот, похоже, уже снялся, но уходить вовсе не спешил — лег в дрейф. Ну полные отморозки — ведь полиция же! Или надеются отмазаться? Денег, судя по всему, хватит… В России — выгорело бы дело, но здесь, в Испании — кто знает? Никакие это не террористы — богатые молодые мерзавцы, и выстрелы все — просто от скуки. Перепились, обкурились — и пошло-поехало: а слабо по берегу пальнуть? Допалились, блин, гады. Старика-то — убило, а многих и ранило, да еще машины… впрочем, что машины — утиль. Людей жалко.
Андрею вдруг остро захотелось закурить, хоть два года назад и бросил да с тех пор держался. А сейчас вот захотелось, прямо хоть у Влады сигареты бери — та-то покуривала, нечасто правда, но только исключительно дорогое курево. Ах, черт, как припекло-то!
Где у нее рюкзачок-то? С собой взяла, что ли? Забыла снять… И что-то она долго там.
— Эй, эй! — повернувшись к кустам, на всякий случай прокричал Громов. — Ты там уснула, что ли?
Никакого ответа не последовало — ну ясно. Однако из-за кустов вдруг вынырнула шлюпка, махнула веслами, взяв курс в открытое море. Андрей насторожился: что там, за кустарником — бухточка? Похоже, что так. А Влада где?
— Эй, эй! — молодой человек еще раз прокричал и замер.
Показалось вдруг, будто в шлюпке мелькнула знакомая клетчатая рубашечка. Показалось? Андрей всмотрелся внимательней. Да нет! Вон она, Влада — там! Ее схватили, сволочи!
— Вла-да-а-а!!!
— Андре-е-ей! Помоги-и-и-и!!!
Громов больше не думал — бросился следом за шлюпкой, нырнул, ничего не соображая — лишь бы не упустить, догнать, отбить. Хотя, наверное, благоразумнее было бы сейчас обратиться в полицию, но чувства затмили разум. Сидевшие в шлюпке люди, впрочем, не реагировали на пловца никак, а вот веслами работали споро — нагоняли корабль, у борта которого оказались намного раньше Андрея.
Загребая, Громов поднял голову, глядя, как с корабля спустили веревочную лестницу — трап. Черт! Клетчатая рубашка! Владу уже на борт втянули. И разрифили паруса. Теперь догнать бы! Догнать!
Шлюпку не стали втаскивать на борт, оставив за кормою на привязи. Громов перевалился через борт, отдышался, осмотрелся — похоже, его так никто и не заметил. Резная корма корабля нависала над молодым человеком Монбланом, высоченной горою, под огромным кормовым фонарем горели позолотою буквы — «Барон Рохо» — «Красные Барон».
Что ж, раз уж все так пошло… Передернув плечами, Андрей ухватился за шлюпочный канат и быстро полез на корму. К его удивлению, сделать это оказалось не столь уж и трудно: не прошло и половины минуты, как молодой человек оказался
