ты умеешь? Желательно подробно. Благотворительностью не страдаю, работать придется в поте лица. Рассказывай. Зефирка.
— Драться немного умею, — подумав, сообщила Сальвет. Потом пожала плечами. — Поручения, наверное, какие-то могу.
— Какие-то можешь, — повторил Паркасс. Вздохнул. — Что с Семьей не поделила?
— С чьей? С Ар Олэ? А, там мелочь.
— Тебя Айзу ко мне послала, — делая четкие ударения на каждом слове, произнес Паркасс. — Это крайний случай. Дальше просто некуда.
— На Большой Охоте залезла в колодец и отказалась добывать материалы, — решила раскрыть карты Сальвет. Если уж крайний, да и Айзу прислала, то действительно стоило рассказать честно. Вдруг поможет сури определиться.
Судя по виду Паркасса, идея попала в точку. Сури выругался в голос, не стесняясь в выражениях. Близкое присутствие девушки его в этом вопросе не смутило нисколько.
— Сальвет — это ты. Наслышан. Думал, постарше будешь. Ну и дура же ты, — закончил свою речь Паркасс, смерив взглядом девчонку на стуле. На него смотрели смеющиеся золотистые глаза. Ни капли страха, хотя приложил внизу неплохо. Ни капли расстройства сложившейся ситуацией. — Тебе это кажется смешным?
Сальвет неопределенно пожала плечами.
— Не вижу повода для слез.
— На тебе ошейник, штрафы и проблемы с работой. Если это не повод, то что тогда для тебя повод?
— Ты мне читать лекции будешь? — Сальвет поднялась со стула. — Если это все, на что ты способен, то я пойду.
— Сядь, — осадил ее голос, Сальвет даже шага сделать не успела. Пришлось садиться обратно. — Я не сказал, что не могу помочь.
— Тогда помогай без нотаций.
— Как Айзу тебя терпит? — сощурились яркие алые глаза с вертикальным зрачком.
— С трудом. И обычно общается с моим другом. Я же все время оказываюсь не в нужном месте не в нужное время, — рассмеялась Сальвет от всей души, сходу вспоминая такие случаи. Кажется, других-то и не случалось.
— Никогда бы не подумал, что она пришлет тебя за этим, — бормотание под нос заинтриговало. — Могла бы и написать. Хотя… Мне нужен ответ, сейчас и сразу. Ты согласна пойти в колодец с незнакомой группой высокого уровня?
— Академия…
— Да или нет? — оборвал ее Паркасс, не церемонясь.
Сальвет смотрела в яркие глаза. На языке так и крутились слова про академию, Харамуда, проблемы и запреты. Однако, кажется, ее собеседнику все это было не нужно, сам понимал, часть знал наверняка.
— Да, — и быстро добавила. — Но с другом. Он ходил со мной на Большую Охоту, обузой не будет.
— Хорошо, — Паркасс спрыгнул со стола. — Есть еще что-то, что я должен знать?
— Ну, — задумалась Сальвет, утыкаясь взглядом в потолок. — Наверное, нет, больше за мной косяков не было.
— Через пять дней буду ждать здесь с другом. Будет вам работа. Сейчас можешь валить к себе.
— Могу, — пробормотала под нос Сальвет, наблюдая за удаляющейся фигурой в добротных одеждах. Окликнула. — А можно у тебя пересидеть до завтра?
Мужчина остановился. Помедлил и обернулся с недоумением.
— Что ты мне еще не рассказала? — в воздухе повисло недовольство. — Сказал, нужно все, что имеет отношение к делу!
— А, так это к проблемам с Харамудом не имеет отношения. Просто колодец в Ар Олэ меня не вернет до завтра, а больше пойти некуда. Не хотелось бы гулять всю ночь под открытым небом. Дождик там, и все такое.
— Дождик, говоришь, — к ней подкрался опасный зверь и навис сверху. Сальвет продолжала сидеть на стуле, не двигаясь. — Ну? Что еще?
— Ну, — протянула Сальвет. Потом на всякий случай решила уточнить. — А ты мне группу из местных подберешь или как получится?
— Рассказывай!
— У вас тут недавно пытались сжечь одного преступника. Видел, наверное, большой костер? Так вот. Небесный владыка помиловал, но, наверное, кому-то этого может оказаться мало, — сделала предположение Сальвет и затихла.
Над головой шумно втянули воздух. Кажется, у нее прекрасно получается раздражать окружающих.
— Обожаю эту стерву, — поделился предпочтениями Паркасс. — Еще что-то есть?
— Нет, больше точно ничего, — клятвенно заверила Сальвет.
— Неужели? — секундная заминка не осталась незамеченной.
— Ничего, что могло бы помешать, — пообещала Сальвет. От нее отодвинулись, позволив выдохнуть. — Так как насчет ночевки?
— У меня не приют для бездомных солнечных. Хочешь остаться, поработаешь внизу.
Вариант вполне себе приемлем. С такими мыслями Сальвет спустилась следом за Паркассом. Солнечный свет, заливающий основную залу, составлял резкий и острый контраст с сумраком чердака. А казалось при первом взгляде с улицы, что тут сумеречно. Окна открыли!
— Сайли, — позвал Паркасс, останавливаясь у подсобки. Постучал костяшкой указательного пальца по косяку. — На этот вечер у нас новая помощница. Найди ей применение. Я на рынок, буду поздно.
— Хорошо, хозяин, — раздался из подсобки несмелый голосок.
Сальвет проводила взглядом фигуру сури, невольно задержав взгляд на ушках. С ней не попрощался, ни слова больше не сказал. Накинул плащ, висевший на ножках стула возле входа, натянул капюшон на голову и был таков.
— Моя помощь нужна? — заглянула в подсобку Сальвет. — Ух ты, сколько вас тут. Вы прячетесь от хозяина?
— Скажешь тоже, — рассмеялся один из мужчин с наголо бритой головой. Добродушная улыбка и недельная щетина делали местную охрану слишком доброй на вид. Впрочем, его товарищ без бороды и с растительностью на голове выглядел точно также безобидно. — Заходи, малышка. Ты с нами на сегодня? Чем подкупила хозяина? Длинными ножками, красивыми глазками?
— Тандух! — покраснела до кончиков ушей Сайли, которая возилась возле огромного шкафа.
Сальвет заметила там тарелки, накрытые специальной пленкой. Кажется, в заведении не готовили, а все необходимое покупали где-то на стороне. Очень удобно. В Пробитой башке в основном закуски были, и когда клиентам хотелось чего-то более сытного, приходилось отказывать.
— Хозяина такими глупостями не проймешь, — с твердой уверенностью заявила Сайли.
Мужчины за ее спиной едва не подавились смешками.
Помимо этой троицы на Паркасса работала целая орава. Но, так как открывался кабак после захода солнца, то и подтягиваться они начали к этому времени.
— Как она? — Паркасс наблюдал со второго этажа за происходящим в зале.
Девчонка солнцерожденная легко перемещалась между столиками. Вот вломила кому-то подносом без зазрения
