треков на 12-дюймовых пластинках изобиловали разреженными инструментальными пассажами без вокала и чисто перкуссионными брейкдаунами, что, в свою очередь, давало удобные точки для входа при сведении со следующей пластинкой.
Если 12-дюймовая пластинка была «софтом» диджей-революции, то ее аппаратным («железным») эквивалентом стали специализированные проигрыватели, разработанные такими компаниями, как Technics. Выпущенная ими в 1979 году модель SL-1200Mk2 быстро превратилась в излюбленную вертушку профессиональных диджеев. Главными новшествами SL-1200Mk2, облегчившими жизнь диджеям, стали «питч-контроль» (ползунок, позволявший замедлять или ускорять вращение диска в пределах плюс-минус восьми процентов) и мотор с прямым приводом и высоким крутящим моментом, способный разогнать пластинку с места до полной скорости менее чем за секунду. Питч-контроль упростил синхронизацию пластинок с разным темпом. Функция быстрого старта полезна для попадания в бит при вводе нового трека; она используется в тандеме с «бэк-кьюингом» (back-cueing) — прокручиванием пластинки назад вручную и прослушиванием в наушниках до тех пор, пока не найдется тот самый удар барабана, с которого вы хотите начать.
Синхронизация и бесшовный переход между треками с разным темпом (b.p.m.) называется «сведением по битам» (beat-mixing), и это базовый навык диджея. Сведение по битам сравнимо с вождением автомобиля: при достаточной практике этому может научиться практически любой. «Это не так уж сложно, — говорит DB, один из ведущих драм-н-бейс диджеев Америки. — Но сложно делать это по-настоящему хорошо: удерживать микс в течение минуты или дольше без колебаний, чтобы бочка и малый барабан не расходились и не звучали как пьяный, падающий с лестницы».
В целом существует два разных типа сведения: плавное и резкое. Хаус и транс — стили, построенные на пульсации и ударах прямой бочки «четыре четверти», — ориентированы на «длинный микс», отмечает DB. «Пластинки устроены так, что они отлично сочетаются друг с другом. Когда один трек заканчивается, его басовая линия затихает ровно в тот момент, когда вступает бас на следующей пластинке. Барабаны естественным образом переходят в брейкдаун: в середине трека звучит полноценная ударная установка, но затем перкуссия и хай-хэты постепенно стихают, и в итоге остается одна бочка. А второй трек обычно тоже начинается с одной бочки».
Другой важный стиль сведения — это рваная, ломаная манера («кат-ап»), связанная с хип-хоп традицией брейкбитов и синкопированных басовых линий, которую впоследствии перенял джангл. Здесь кроссфейдер на микшере (устройстве, позволяющем плавно переходить или резко переключаться с одного проигрывателя на другой) используется для того, чтобы вбрасывать в микс короткие обрывки следующего трека, дразня слух и подогревая ожидания, или резко перескакивать туда-обратно между двумя дорожками. В джангле продолжительность микса — период времени, когда звучат оба трека одновременно, — обычно гораздо короче, чем в хаусе или трансе.
Если сведение по битам — это базовый навык, который под силу освоить большинству, то целая вселенная трюков на вертушках сравнима разве что с экстремальным вождением. Используя две копии одной и той же пластинки, диджеи могут запустить второй диск на один удар позже первого и переключаться туда-сюда с помощью кроссфейдера, создавая эффект заикания («статтер»), когда бит, музыкальная фраза или вокал удваиваются или даже утраиваются. Если оставить кроссфейдер ровно по центру, то две копии одной и той же пластинки, звучащие с небольшим рассинхроном, создают плывущий эффект, называемый «фейзингом» (phasing), «флэнжингом» (flanging) или «завихрением» (swirling). Существует также целый арсенал ручных трюков, связанных с непосредственным управлением скоростью вращения диска. «Это моя фишка, — говорит техно-диджей Ричи Хоутин. — Я часто раскручиваю пластинки быстрее, а затем снова их замедляю. Я могу замедлить трек примерно до половины его первоначальной скорости, потому что, когда замедляешь ритмы, из них начинают проступать новые ритмические рисунки. В каком-то смысле ты сбавляешь обороты энергии, но с другой стороны, на половинной скорости проступает больше нот и звуков, и музыка становится более интенсивной». А есть такие диджеи, как Карл Кокс и Джефф Миллз, которые используют три вертушки вместо стандартной пары; их напористые, бешеные сеты строятся на молниеносной стыковке и переплетении самых взрывных и захватывающих фрагментов из огромного количества треков.
Впрочем, такие виртуозные диджеи, как Хоутин, Кокс и Миллз, встречаются довольно редко. В большинстве случаев лучших диджеев от остальной массы отличают не столько технические навыки, сколько их художественное чутье. Если диджеинг похож на вождение автомобиля, то главное здесь — способность диджея «отправить вас в путешествие» (именно так они обычно описывают свое искусство). А это сводится к вкусу в сочетании с интуитивным пониманием того, что хотят испытать «пассажиры» (публика). Диджей превращает сырой материал из различных треков в единый мета-трек, абстрактное эмоциональное повествование с подъемами и спадами (наряду с «путешествием» другая излюбленная диджеями метафора — «рассказ истории»).
«Диджеинг — это гораздо больше, чем просто сведение двух пластинок по битам», — говорит Пол Оакенфолд, один из самых успешных диджеев в мире. «Этому может научиться любой, как и игре на гитаре. Нужно знать тональности и аранжировки, структуру и глубину. Именно это выделяет хорошего диджея». Как и многие ветераны сцены, Пол Оакенфолд ностальгирует по ушедшей золотой эпохе диджейского мастерства, которая была до того, как этот бизнес стал настолько прибыльным, что в него в поисках славы и больших денег хлынули бездушные ремесленники. Деррик Мэй, настоящий диджей-философ, столь же печально отзывается об «утраченном искусстве» построения сета и сведения. «Большая часть этой философии потеряна. Осталось очень мало парней, которые действительно следуют искусству сведения, искусству слияния. Любой может резко переключать, резать и делать все эти забавные штуки с кроссфейдером. Но мало кто действительно знает, как сводить пластинки так, чтобы они разговаривали друг с другом. Создавать музыку из музыки… Силой микса можно возвысить людей, можно заставить людей по-настоящему в тебя поверить. Сегодня большинство идет в клуб, а диджей там — как музыкальный автомат. Даже если он ставит лучшие пластинки, он играет их без каких-либо эмоций или индивидуальности».
Что вообще может означать утверждение, будто диджей, ставящий чужие пластинки — музыку, к созданию которой он не имеет ни малейшего отношения, — способен проявить индивидуальность, которая решает всё? Для диджеев выразительный элемент их работы кроется в сопоставлении этих уже готовых произведений искусства, в связях, выстраиваемых между разными треками, в переходах и контрастах настроений, в динамике подъемов и спадов сета. Сопоставляя классику, малоизвестные треки, незаслуженно забытые старые хиты и новые мелодии, лучшие диджеи выстраивают своего рода аргументацию об исторических корнях музыки и о том, куда ей следует двигаться в будущем. В этом отношении диджеи ближе к критикам, чем к традиционному представлению о художнике. И действительно, диджеи любят говорить о
