глянул на часы:
- Валяй! Время есть. Вряд ли мы встретим внутри какое-нибудь чудище-снежище.
Толян справился за минуту. Замок щелкнул, и дверь отворилась так легко и бесшумно, словно петли недавно смазывали.
Весь склад – от пола до потолка, был забит запечатанными картонными коробками. Клим распаковал одну, другую и удивленно воскликнул:
- Автомобили!
Все посмотрели на него, как на безумца.
- Какие автомобили? – озвучила вопрос Настя.
- Игрушечные.
Максим достал маленькую коробочку. Внутри лежала оранжевая пластмассовая машинка с инерционным приводом. Совершенно новая, без единой царапины. С надписью на днище «цена семьдесят копеек».
- Ностальгия. Как-то я такую игрушку нашел у бабушки на чердаке. Много лет назад. Вот радовался…
Перед глазами, словно все произошло вчера, встала кухня в бабушкином доме в деревне. Старый газовый котел, мебель из лакированного дерева. Клетчатая скатерть. Оранжевая машинка на полу. Мать с искаженным злобой лицом топчет ее ногой. Из-под лопнувшей с хрустом кабины вываливаются колеса. Бабушка падает. Ее увозят в больницу, откуда она уже не возвращается…
- Но как машинки оказались здесь? Почему они не попали в магазины? Трудно представить, сколько детей осталось без игрушек.
Максим вздрогнул от голоса Насти, сунул коробку с машинкой в рюкзак и начал говорить занудным, менторским тоном:
- В Советском Союзе происходили странные вещи. Исчезали целые партии нужных людям товаров. Спустя много лет они всплывали в самых неожиданных местах: на складах, в подсобках магазинов и даже в подвалах школ. Да что говорить – недавно на всем известном сайте-барахолке вспыли десятки программируемых калькуляторов. В заводской упаковке.
- Ты постарался? – усмехнулся Клим.
- Нет. Мне самому стало интересно, откуда все это богатство и я написал продавцу. Оказалось, из школьных запасников. К Зоне они отношения не имеют. Идемте. И без того времени много потеряли.
Максим вышел обратно в тоннель и поплелся дальше, не оглядываясь на своих товарищей. В ушах стояли слова матери: «Совсем бабка тебя разбаловала, тварь никчемная! Ничего, ты у меня попляшешь! Я буду держать тебя в ежовых рукавицах!»
Так он и брел, пока не вывел группу в просторный прямоугольный зал с проложенными посередине рельсами. Под потолком висела покосившаяся кран-балка. У входа в тоннель замерли навсегда два грузовых электрокара и два погрузчика.
- И что это за сооружение? – Клим обвел зал рукой. – Атомный бункер?
- Наверное, перегрузочная станция. Как-то должны были товары попасть на склады.
Максим пошел по железнодорожному полотну, стараясь наступать только на шпалы.
Глава 12. Слуга искусства
Тоннель заканчивался. Далеко впереди забрезжил тусклый серый свет. Поначалу его перекрывало сияние наростов на стенах. Но по мере того, как Максим приближался к выходу, свет становился все сильнее. Наконец рельсы заблестели. В лицо дунул свежий, влажный ветер.
- Море! – авторитетно заявил Толян. – Солью пахнет.
Спорить с ним никто не стал.
Максим вышел на открытый воздух. Тоннель, как и ожидалось, привел в порт. Прямо впереди тянулись ряды складов – плоских зданий с проложенными к ним железнодорожными путями. Далеко в море выдавались серые бетонные причалы для грузовых судов. Тянули шеи портальные краны. В тупике стоял маневровый тепловоз – то ли новый, то ли только что покрашенный.
Позади морского вокзала – модернового здания из стали и небьющегося стекла, торчал нос небольшого теплохода со сложенным автоматическим трапом. Харитон, он же Хорст, он же новый, современный Харон, явился за новыми душами. Придется сегодня ему отчалить несолоно хлебавши.
- Море! – воскликнула Настя, повторив реплику Толяна. – Давайте искупаемся?
- А давай мы к воде подходить вообще не будем? Не то мне придется возвращаться одному.
- Водяные монстры?
- Гораздо хуже. Один неприятный тип, охочий до человечины. Нет, не людоед. Обойдемся без подробностей.
Справа от железнодорожных путей зеленела маленькая роща – пара десятков невысоких сосен. За ней высились башни девятиэтажек. Очевидно, там был портовый городок. К нему вела усыпанная хвоей асфальтированная дорожка.
Максим, приказав остальным двигаться следом, вышел с территории порта через открытые служебные ворота и зашагал по тропинке, то и дело оглядываясь на теплоход Хорста. Только бы шкипер ничего не заметил…
По дорожке Максим вышел в поселок и решительно направился к двухэтажному зданию, украшенному барельефом в виде раскрытой книги с закладкой между страниц. На фасаде темнела табличка с золотыми буквами: «Центральная городская библиотека имени Некрасова». Правда, название города кто-то замазал черной краской.
Толян положил Максиму на плечо руку:
- Ты не ошибся? – он спросил это спокойно, без тени раздражения.
- Нет. Нам именно сюда. Это ясно как день.
Толян только пожал плечами. Похоже, мажор из истерика превратился в уравновешенного и рассудительного человека. Это немного пугало. Кто знает, какая у него обратная сторона?
Максим хотел поскоблить краску, чтобы прочитать название поселка, но из открытого окна на первом этаже раздался молодой, почти мальчишеский голос:
- Ты это… не хулигань!
Толян повернул голову и озадаченно уставился на стену. Клим вздрогнул. Настя раскрыла рот. Лицо Бориса вытянулось от изумления. В этой немой сцене было что-то настолько комичное, что Максим не выдержал и от души рассмеялся.
- Вы тоже это слышали? - спросил он, обращаясь к своим товарищам. – Значит, нас приветствует не призрак.
- А кто же?
- Обитатель Зоны. Смирный, судя по всему, - Максим приоткрыл застекленную входную дверь. – Как вас зовут?
- Слуга искусства. Библиотекарь я. Юрьев Павел Петрович, - был ответ. – Да что вы там стоите? Заходите на чай. А то скучно. Тоска заедает иногда.
Фамилия не говорила ничего. Может быть, имя Юрьева и носила какая-нибудь библиотека, но далекий от профессиональной литературы Максим не нашел никаких зацепок в памяти. Что ж. Любая мелочь стоит внимания. На будущее надо поинтересоваться, кто такой этот Юрьев.
Зато Клим был озабочен насущными вещами
- Внутри безопасно? – спросил он.
- Более чем. Я бы вас предупредил в случае чего.
Максим осторожно проскользнул в вестибюль – просторный зал, украшенный мозаикой – сценками из книг. Вот Дубровский встречается с Машей у дерева, вот ученый кот ходит по цепи, вот дед Мазай и зайцы, а вот и Герасим со своей Муму. Венчало все это великолепие панно, на котором изможденные рабочие строили железную дорогу. Любопытный набор для библиотеки.
Все здесь было чистым, ухоженным, если не считать жухлых, давно погибших растений. Наверное, у библиотекаря не хватало ни времени, ни сил их поливать.
Открылась боковая дверь и в
