причин подозревать, что я пострадаю, не было, но перспектива все равно пугала.
Замечая новый рубец или синяк на его теле, я не могла заставить себя отвести глаза. Но никогда не поднимала эту тему. Иногда я встречала Уэста вне работы: в университетской столовой, или на лужайке у фонтана, или в продуктовом магазине, но всякий раз мы просто кивали друг другу и отводили глаза.
Через две с половиной недели, после того как мы с Уэстом начали вместе работать, моя жизнь рассыпалась в прах самым поразительным образом, напомнив, что нормальное существование мне просто не суждено.
Стоял поздний вечер. Внезапная ночная смена после Уэстиваля (Фестиваля Уэста) за последние несколько недель. За два города от нас проходила весенняя ярмарка, и все жители Шеридана и их матери решили извлечь выгоду из этого мероприятия и поехали в Футхилл на родео, чтобы отведать пресного попкорна, сахарной ваты, покататься на карусели и полюбоваться цветением голубого люпина.
За темными желтыми дюнами гремел фейерверк. Мы с Уэстом с детским восторгом смотрели за ним из окошка фургона, стоя плечом к плечу. В кармане моей толстовки зазвонил телефон. Я посмотрела на экран. Марла. Я ответила, зная, что она не из тех, кто будет беспокоить меня на работе по пустякам. Отвернувшись от салюта, я неторопливо вернулась в фургон, прижав к уху палец, чтобы расслышать ее сквозь залпы.
– Привет, Марла.
– Милая, не хотела тебя беспокоить, но я не могу найти эту старую ведьму. Уже десять минут ищу, но, по-моему, ее нет дома.
Марла говорила о бабуле с искренним презрением, к которому я в итоге привыкла.
У меня перехватило дыхание. Я прислонилась к холодильнику, чувствуя, что тревога, как маленькие муравьишки, ползет от пальчиков на ногах вверх.
– Когда ты ее видела в последний раз, сознание у нее было ясным?
– Она весь день провела в своей комнате и наряжалась. Я думала, может, хочет пойти на ярмарку, поэтому оставила ее и пошла убирать на кухне, дожидаясь, когда она спустится. Радио работало, а ты знаешь, какой у нее слух. Видимо, я проморгала, когда она открыла входную дверь. Моя машина стоит в гараже, так что далеко уйти она не могла. Я сейчас пойду ее искать. Просто хотела держать тебя в курсе.
– Спасибо, – дрогнувшим голосом поблагодарила я. На меня накатила такая паника, что кровь застыла в жилах. – Держи меня в курсе и дальше, пожалуйста.
Я отключилась и, опустив голову, швырнула телефон на стойку. Мне хотелось заорать. Сломать что-нибудь. Выплеснуть эмоции.
Неужели опять, бабушка? Мы уже тысячу раз это проходили.
Меня бесконечно изматывал заведенный порядок: я всюду ее ищу, нахожу в соседском доме или в центре города, где она бессвязно с кем-то болтает, насильно увожу ее домой и от всей души прошу прощения.
Я чувствовала спиной пристальный взгляд Уэста. Он ничего не сказал, но я знала, что он за мной наблюдает. Подошла пара покупателей и попросила тако, начос и коктейль, и Уэст обслужил их за нас обоих без лишних слов.
Снова опустив взгляд на телефон, я написала Марле.
Где она может быть?
Проверишь в сарае?
Сейчас позвоню шерифу Джонсу. Вдруг он что-то слышал.
Вышагивая туда-сюда, я набрала номер шерифа Джонса.
– Грейс? – судя по шуму на заднем фоне, он находился на ярмарке вместе с семьей.
– Шериф Джонс? Извините, что звоню так поздно. Бабушка Савви снова пропала.
– Давно?
– Эм, несколько часов. – Наверное, меньше, но я знала, что он отнесется к происшедшему не всерьез. Бабуля частенько пропадала, и всегда ее находили в паре километров от дома.
– Я позвоню своим ребятам, Грейс. – Он замолчал и вздохнул. – Постарайся особо не волноваться. Ведь это часто случается, да? Мы сегодня же ее найдем.
– Да, сэр. Спасибо за помощь.
Я отключилась, ощущая, как щиплет от слез глаза. Но, как и всегда, не позволила им пролиться. Ненавижу, что мне приходится просить людей о помощи. Я не винила Марлу. Бабушка и под моим присмотром частенько удирала из дома.
Я плюхнулась на стоящий вверх тормашками ящик и обхватила голову руками.
– Это кризисная ситуация «Хочу об этом поговорить» или «Не лезь не в свое чертово дело»? – пробурчал Уэст над моей головой, говоря скорее раздраженно, чем обеспокоенно.
Первое.
– Последнее.
– Слава, на хрен, богу.
– Козел.
– Предупреди, если передумаешь.
– Передумаю, что ты козел? Не дождешься.
– Не глумись над такой вероятностью. Она тебе ничего не сделала. – Косо на меня поглядывая, Уэст вытер пот краем футболки. Я для него странное, двинутое существо, с которым он не знал, что делать. Несчастная особь женского пола.
– Я не над вероятностью глумлюсь. Я глумлюсь над тобой.
– Еще и язвит. Хороший знак.
Мне нужно бежать на поиски бабушки, но все семейство Контрерас ушло на ярмарку, а когда кто-нибудь из них сможет занять мое место, смена уже закончится.
Прошло тридцать минут, а новостей о бабушке не приходило. Я совсем не находила себе места, когда внезапно Уэст положил мне на плечо свою руку. Она была тяжелой, теплой и, как ни странно, обнадеживающей. Я как будто парила в воздухе, а он вернул меня на землю.
– С меня довольно твоей угрюмой физиономии. Давай ключи. Я закрою трейлер и брошу их в твой почтовый ящик. Не знаю, какая муха тебя укусила за задницу, но лучше разберись с этим, а не трать тут время впустую.
Я покачала головой, поняв, что мне просто захотелось разрыдаться впервые после выписки из больницы, чтобы Уэст сразу просек, что у меня что-то случилось. Всем было уже насрать. В Шеридане я просто попала в статистику. Больная бабушка, мама-наркоманка. Вот почему шериф Джонс даже не стал делать вид, что уйдет с ярмарки, чтобы помочь мне в поисках.
Всем плевать.
По лицу потекли крупные горячие слезы. Я вытерла щеки рукавами, ужаснувшись тому, что реву перед Уэстом, и еще сильнее расстроившись, что наверняка размазала макияж.
Уэст глядел на меня с невозмутимым интересом. Интуиция подсказывала, что он не привык утешать женщин. Сент-Клер обычно имеет дело с теми, кто всегда в хорошем настроении и старается ему угодить.
Я покачала головой.
– Все нормально. Правда. Осталось-то всего полчаса.
– Именно, – выпалил он. – Полчаса – это ерунда. После того звонка от тебя здесь толку, как от монашки в борделе. Избавь меня от этого кислого лица и проваливай отсюда.
Я посмотрела на него, сидя на ящике. Безответственно ли будет с моей стороны рассмотреть его предложение? Я знала, что если бы Карли и миссис Контрерас были в курсе ситуации, то, без сомнения, сказали бы мне оставить
