папе руку, поцеловал маму в щеку и взял небольшую сумку из ее рук. Бабушка накрывала на стол. Я равнодушно смотрела на еду, пока все обедали, аппетита не было совершенно.
– Ева, немедленно поешь, – сокрушалась бабушка. – На тебя смотреть больно. На лице одни глаза остались.
Я вяло ковыряла вилкой в тарелке. Понимала, что надо продолжать жить, но меня поглотило чувство вины и липкая тоска в груди, от которой хотелось лезть на стену. Но я каждый день заставляла себя встать с кровати, бегала в парке до изнеможения, а потом уходила в зал к Семену Никитичу, помогала тренировать детей. Всерьез подумывала устроиться работать тренером, для этого нужно было получить специальное образование, что я и собиралась сделать. Павел в зале не появлялся.
Костя устроился в крупную фирму юристом, дела у него шли очень хорошо. Что же касается следствия и Родиона, то тут все зашло в тупик. Доказательств как таковых не было. Однако нам удалось раздуть большой скандал в местной прессе с помощью Яны, а еще мое заявление о побоях и похищении было принято. Хотя бы так. Начальник охраны Демина так и не сдал своего босса, что было ожидаемо.
– Не расстраивайся, дочь, – внезапно сказал папа, сидевший во главе стола. – Я этого гада за тебя в порошок сотру. Зря он с Бодровыми связался.
Я открыла рот от удивления и попыталась подавить подступавшие слезы. Сразу почувствовала себя маленькой беззащитной девочкой.
– Спасибо, пап.
Марк Бодров, мой папа, был первоклассным адвокатом, хорошо известным в столице. Все-таки не зря родители посвятили себя карьере. Мама тоже была успешным юристом. Костик пошел по их стопам, а я… Карьеристка из меня не получилась.
– У вас отпуск? – спросила я, когда родители пили чай с тортом.
Папа с Костей переглянулись, а мама ответила:
– Ну это как посмотреть. Демин сухим из воды не выйдет, это я тебе обещаю, а значит надо над этим хорошо поработать. А папе твоему ему еще Павла спасать, так что…
– Кого спасать? – ахнула я, переводя взгляд с отца на брата.
Костик сел рядом со мной на диван и положил ладонь на мое плечо.
– Пашка просил никому не говорить. Но… Короче, ему помощь нужна. Он не может справиться с зависимостью. Те придурки обкололи его наркотой, Пашку ломает, он пару раз срывался, но просил тебе не говорить… Я его в таком состоянии находил, что самому страшно стало.
– О, боже, – испугалась я. – Ему нужно к врачу.
– Значит так, дочь, – хлопнул папа по столу ладонью. – Я в курсе всей ситуации, Костя рассказал. Пашка твой хороший парень, а то, что помощи попросил, о многом говорит. Значит, хочет выкарабкаться, хочет жить. Мы его с Костей увезем в одно местечко. Я туда на охоту ездил. Деревенька в часе езды от города. Там лес, природа, никакой наркоты – красота.
– Пап, ты что, серьезно? – возмутилась я. – Ему в клинику надо!
– Отставить!
– Папа! Ты что его там год держать будешь? – я вскочила на ноги.
– Едем на месяц, потом посмотрим.
– Ева, успокойся, – подошла ко мне мама. – Отец знает, что делает.
– Я за Павла твоего молюсь каждый день, – внезапно сказала бабушка, а мы все уставились на нее. – И ты молись.
Ситуация казалась мне абсурдом, но в тот же вечер папа, отобрав у меня «Дастер», уехал вместе с Костей. Я не выдержала и разревелась, чем напугала бабушку, а маме пришлось всех успокаивать. Безумно хотелось увидеть Пашку, обнять и забрать себе все его мучения, но он, похоже, не хотел меня видеть. Как я и боялась, он не захотел быть со мной после всего, что произошло. Но я продолжала отчаянно его любить и не знала, что можно сделать, чтобы избавиться от этого чувства. Если честно, избавиться хотелось, потому что оно выжигало меня изнутри, не находя выхода.
Я все еще была безработной, поэтому утром съездила в Пашкину мастерскую, зная, что его там нет. Николай очень мне обрадовался, а на мой вопрос, требуется ли им какая-то помощь на время отсутствия начальника, интенсивно закивал. Не знаю, на что рассчитывал Павел, бросая своих подчиненных, похоже, ему действительно так плохо, что не позаботился о делах…
Мастерскую я помогла отремонтировать на деньги, полученные от продажи картины. На деньги Родиона. Он все уничтожил, но его же средства пошли на восстановление бизнеса Павла.
Следующий месяц прошел как в тумане. Я по мере сил помогала ребятам в мастерской с договорами и организацией доставок, папа как увез Павла в неизвестном направлении, так и не появлялся. Иногда к ним ездил Костик, но у брата было много работы, поэтому находиться там постоянно он не мог. Вскоре я с удивлением узнала, что Семен Никитич принимает непосредственное участие в судьбе Пашки, тоже наведывается в деревню к ним с папой. Никто не сообщал мне никаких подробностей, но я периодически спрашивала, как у них дела.
Мама тем временем развила бурную деятельность по уничтожению Родиона Демина. Как-то так вышло, что мажор даже не знал, кто мои родители. Но открытие оказалось для него неприятным, ведь теперь замять дело не получалось, а значит, Родион должен быть привлечен к ответу. Конечно, реальный срок ему не светил, но представители органов правопорядка начали тщательно его проверять, наверняка что-то да накопают, к тому же, в городе только и говорили, что о Родионе, и ничего хорошего в этих речах не было.
Глава 16
Ева
Папа вернулся из деревни, я тут же бросилась к нему с вопросами. Но сначала он долго принимал душ, утверждая, что почти за месяц успел ужасно соскучиться по благам цивилизации.
– В норме Пашка твой, – попивая чай на бабулиной кухне говорил папа. – Крепкий парень. В этом деле важно что?
– Что?
– Искреннее желание и осознанность. Ну так Павел правда не хочет становиться зависимым. Поэтому выкарабкается.
– И долго ему там сидеть? – угрюмо спросила я.
– Нет, надо бы его возвращать, рано или поздно он вернется к своей привычной жизни, в которой есть соблазны. От этого не спрятаться, а нужно осознанно отказываться.
– Он сейчас там один? – спросила я, обхватив кружку руками.
– Семен Никитич с ним, но через два дня ему надо быть на работе, – ответил папа, потом внимательно посмотрел на меня. Я опустила взгляд. – Поедешь к нему?
Я молча кивнула. Папа легонько похлопал меня по руке.
– Он много про тебя спрашивал, – вдруг признался папа. – Знаешь, мне кажется, что он очень в тебя влюблен… Ладно, сами разберетесь.
Я не стала давить на папу и выспрашивать подробности. Действительно, нам с Павлом лучше поговорить наедине, если он вообще захочет что-то мне говорить.
Спустя два дня я ехала по разбитой дороге в сторону маленькой деревеньки, в окрестности которой папа часто ездил на охоту. Я открыла окна и радовалась
