– А Светлана Рзаева у вас тоже няней работала? – спросила я.
– Нет, что вы! – замахала руками Кристина. – Я ее нанимала приходящей уборщицей, раз в неделю.
– А почему вы не хотите о ней вспоминать? Она плохо убиралась?
– Да нет, убиралась нормально, просто... Я не знаю, может, это вовсе и не Светка, только чувствую, что без нее не обошлось. Хотя никаких доказательств у меня нет.
– А что произошло?
Кристина тяжело вздохнула и принялась рассказывать.
Сначала домработница произвела на нее хорошее впечатление. Даже слишком хорошее. После первой уборки Света протянула хозяйке смятую купюру в сто долларов.
– Вот, за тумбочкой нашла. Пыль там, кстати, лежит клоками.
Кристина поразилась честности прислуги и поймала себя на мысли, что сама на ее месте вряд ли повела бы себя столь благородно. Ведь за уборку квартиры Рзаева получит лишь тридцать долларов! Чтобы скрыть неловкость, Кристя улыбнулась:
– Да, теперь я вижу, как убиралась моя предыдущая домработница!
С этого дня она полностью доверяла Светлане, стала беспечной...
– И Рзаева украла у вас деньги! – встряла я.
– Нет, не деньги, а информацию.
– В смысле?
– Риелтору, чтобы преуспеть, важно первым узнавать о выгодных вариантах. Например, расселение коммунальной квартиры может принести колоссальную прибыль, но при условии, во-первых, что это очень хорошая квартира, а во-вторых, что у жильцов скромные запросы. У меня как раз проклюнулся такой вариант. Квартира – сказка, в тихом центре, дом с историческим прошлым. И соседи так устали собачиться друг с другом, что были согласны уехать за Кольцевую дорогу, лишь бы в отдельное жилье. Я начала подбирать варианты, но сделка неожиданно сорвалась. Жильцы наотрез отказались разъезжаться.
– Возможно, передумали?
Кристина покачала головой:
– Им кто-то помог передумать. Через два месяца квартиру расселило другое агентство – «Московские окна», я специально уточнила у знакомых в Москомрегистрации. И это не единственная выгодная сделка, которая у меня сорвалась. Примечательно, что другие «сладкие» варианты достались тем же «Московским окнам».
– Может, у вас в конторе сидит «засланный казачок» из этих «Окон»? – предположила я.
– Может быть. Но только после того, как я уволила Светлану, утечка информации прекратилась. Я почти уверена, что она просматривала документы, которые я приносила с работы. А насчет тех ста долларов, которые она якобы нашла, думаю, Рзаева их сама же и подбросила. Хотела втереться ко мне в доверие, и ей это удалось.
– Сколько времени Рзаева у вас отработала? – спросила я.
– Около полугода.
Я не удержалась от любопытства:
– А какой вы придумали повод для увольнения?
– Ну, поскольку у меня не было претензий к ее работе, пришлось сказать, что уезжаю из Москвы на долгий срок, когда вернусь – неизвестно, так что просто не нуждаюсь в услугах домработницы.
– И как Рзаева на это отреагировала?
– Довольно спокойно. Правда, попыталась меня разжалобить, просила, чтобы я выплатила ей какую-нибудь компенсацию, но я быстренько поставила ее на место.
Я вытащила фотографию «бегемотихи»:
– Это она?
– Конечно, она.
Значит, у Кристины работала настоящая Рзаева.
– А вы видели Светлану после увольнения? – спросила я, не надеясь на положительный ответ.
– Вы знаете, видела! – неожиданно ответила Кристина. – Года через два я столкнулась с ней в клинике красоты «Мисс Нефертити». Я пришла удалять жировик, ну а она там уборщицей работала. Ведь поломойки на каждом углу требуются. Вот только не больно-то много охотников тряпкой махать, все рвутся в банкиры да бизнесмены.
Меня покоробило ее последнее замечание. Сама-то небось никогда не мечтала о карьере уборщицы? Вот и другие люди желают себе лучшей доли.
– Адрес клиники не подскажете?
– Охотно подскажу.
На улице я еще раз перечитала адрес: улица Коккинаки, дом 4. Насколько я помню, это в районе метро «Аэропорт», в двух остановках от «Войковской». Отправлюсь-ка я в клинику красоты прямо сейчас.
Дурацкое название – «Мисс Нефертити». Хотя бывают и похлеще, однажды я устроилась на работу в рекламное агентство «Фа и фу» [2 - Об этом читайте в романе Люси Лютиковой «Мальчики – налево, девочки – направо».]. А моя подруга-бухгалтер составляла годовые отчеты для фирмы «Кошкин, Мышкин и Ложкин». Впрочем, с египетской красавицей все ясно: очевидно, название «Нефертити» уже было занято другой клиникой, а иной образец красоты владельцы фирмы не смогли найти, вот и добавили к ней «мисс». А что – пипл хавает!
Клиника оказалась современным трехэтажным строением. По обе стороны от двери расположились каменные сфинксы, создававшие у посетителей впечатление, будто они входят в гробницу фараона. Я усмехнулась: интересно, что этим хотел сказать архитектор? «Желаете превратиться в мумию? Добро пожаловать к нам!»
– Чем могу помочь? – профессионально улыбнулась девушка за стойкой.
– Я хочу поговорить с вашей уборщицей.
Она оторопела.
– С кем?!
– Дело в том, что в прошлое посещение я потеряла сережку, возможно, уборщица ее нашла.
– Дорогую? – напряглась девушка.
– О нет, обыкновенная бижутерия! Просто она оригинального дизайна и дорога мне как память.
– Понятно. Идите по этому коридору, последняя дверь налево.
Пока я шла, вынула из ушей сережки, одну положила в карман, другую зажала в кулаке. На нужной мне двери висела табличка «Техперсонал». Я осторожно постучала. Дверь тут же открыла женщина в сером халате, она поспешно смахнула хлебные крошки со рта.
– Уже иду. Что вам нужно?
Я раскрыла ладонь.
– Здравствуйте, посмотрите, пожалуйста, вы такую сережку не находили?
Женщина взяла в руки сережку, внимательно рассмотрела и сказала:
– Я чего только здесь не находила, один раз даже зубной протез за батареей обнаружила. А уж сережек – не счесть! Но такой не было, это точно. А в каком кабинете вы ее потеряли?
– Не помню.
– У какого врача?
Я сделала вид, будто пытаюсь вспомнить.
– М-м-м... Фамилия совсем из головы вылетела. Мужчина, лет сорока пяти, приятный такой, с сексуальным голосом.
– Дебрянский? Юрий Сергеевич?
– Да, он.
– Я еще раз поищу в его приемной. Вы оставьте свой телефон, я позвоню, если найду.
– Да, я совсем забыла сказать, что потеряла сережку два года назад.
Уборщица посмотрела на меня, как на идиотку, однако вежливо поинтересовалась:
– Чего же только сейчас хватились?
Вдохновение пришло само собой:
– Понимаете, она ведь серебряная, особой ценности не представляет, ну я и махнула рукой. А после этого случая у меня неприятности в жизни начались. Жуть просто! Сначала квартиру ограбили, потом муж ушел к любовнице, потом его убили, а меня чуть было в тюрьму не упекли, потому что милиция решила, будто это я его укокошила. Полгода в следственном изоляторе просидела, думала – все, никогда больше неба над головой не увижу.
Женщина ахнула:
– Господи помилуй!
– Ага! – радостно подтвердила я. – А когда наконец дело закрыли, я вернулась домой, а там уже другие люди живут. Любовница мужа подделала документы на квартиру, и ее успели перепродать несколько раз, меня из квартиры выписали. Сейчас пытаюсь вернуть свою недвижимость, но суд длится год и конца процессу не видно.
Уборщица слушала с открытым ртом, а меня несло дальше:
– Скитаюсь по знакомым, живу на даче, в летнем домике. Пока нормально, но когда настанет зима, придется искать другой уголок. На работу меня без постоянной регистрации не берут – я ведь, по сути, бомж. В общем, жизнь рухнула в одночасье!
– И все из-за того, что вы сережку потеряли? – недоверчиво спросила женщина.
– Это была непростая сережка. Мне эти сережки цыганка в детстве подарила, сказала: «Береги их, это твой талисман». Я, конечно, тогда ей не поверила. Ну какой талисман? Обыкновенное серебро, вставка – дешевая бирюза. Но теперь-то знаю, что так оно и было, эти сережки меня хранили.
Я очень натурально всхлипнула и даже умудрилась пустить слезу из левого глаза. Уборщица еще раз повертела в руках сережку.
– Нет, такую я точно не находила! – наконец сказала она.
– А может, ваша сменщица нашла?
– Какая еще сменщица? Я здесь одна убираю.
– И давно вы здесь работаете?
– Уже около пяти лет.
– Ну кто-то же вас заменяет, когда вы болеете или уходите в отпуск?
– Да я уж забыла, когда болела, – улыбнулась собеседница, – здоровьем Бог не обидел, тьфу-тьфу-тьфу! А в отпуск весь персонал одновременно уходит, клиника закрывается на месяц. Так что нет у меня никакой сменщицы.
