и возможностями. От тебя хотят избавиться.
— Кто?! — Мира впилась глазами в такое знакомое и одновременно незнакомое лицо.
— В первую очередь Абрахаз. Ему тоже прекрасно известно пророчество и умирать не хочется. Пока Атия не попала к нему в руки, он тебя не трогал, можно сказать, держал про запас - не исключал возможности получить девочку через тебя. Но теперь, когда Атия при нем, ты стала мишенью номер один. Так что бегай быстро и зигзагами.
— Волка прислал он? - хмуро уточнила Мира.
— Да.
Мира поёжилась.
— А мышей?
— Этих Колдун.
Мира в изумлении открыла рот.
— Говорю же, ты стала опасна для людей, наделённых властью и возможностями, — грустно улыбнулась женщина.
— Но зачем Колдуну насылать на меня мышей? — пробормотала Мира. — Перед отъездом в Лес я с ним встречалась и он сделал мне предложение войти в Орден.
Женщина горько усмехнулась, сказала самой себе:
— Какой же я была наивной!
Мира смутилась.
— Ты сильнее Колдуна, — сказала женщина. — Ему не нужна такая конкурентка. На самом деле он никогда не хотел видеть тебя в Ордене.
— Тогда почему не убил раньше?
Женщина пожала плечами:
— Может, как и Абрахаз, хотел для чего-нибудь использовать. Убить всегда успеется, но как бы не пришлось потом оживлять.
Мира вновь вспомнила летучих мышей... а также белые кости на берегу - всё, что осталось от канжди. Получается, сейчас живая она потеряла для Колдуна ценность. Она тяжело вздохнула и откинула с лица волосы. Начали "отходить" пальцы и она поморщилась от боли.
Женщина подалась вперёд, глядя на неё сквозь дым костра.
— Колдун опасен, но в сравнении с Абрахазом, он мальчик-первоклашка. Больше всего тебе нужно опасаться именно короля Отуа. Он может существовать сразу в нескольких измерениях. От прямого, так сказать, физического контакта с тобой его сдерживает только моя магия. Раньше была ещё магия Оямото, но теперь она мертва.
— Подожди...те! Была же ещё эта Праматерь, которая всех спасает! И у них там сложные тёрки с Абрахазом. Может, обратиться к ней за помощью? — воскликнула Мира, вспомнив, что однажды уже встречалась с печальной женщиной и собакой-скелетом.
Мира-старшая бросила на неё разочарованный взгляд.
— Что? — вырвалось у Миры.
— Я думала, ты догадалась, — сказала женщина.
— О чём?!
Она улыбнулась:
— Хорошо, дам ещё одну подсказку. Праматерь спасает далеко не всех. Даже так: наверняка она спасла только Гая и то для того, чтобы дать ему задание выловить тебя и стать твоим наставником.
— Нет, постой... те, - Мира не могла решить как к себе обращаться: на ты или на вы. — Мне говорили, раз в год во время казни она спасет одного из приговорённых...
— Вот только никто не вёл статистику, что с этим помилованным происходит потом, — хмыкнула женщина.
— Умирают? — неуверенно предположила Мира.
— Да. Несчастные случаи, пьяные драки и прочее другое. В Азаре выжить сложнее, чем умереть.
Женщина замолчала, со значением глядя на неё.
«Теперь-то догадалась?» — выражал её взгляд.
Мира сжала виски руками. Догадка у неё появилось, но это было слишком невероятно.
— Ну, смелее, — подбодрила женщина.
— Праматерь... — начала Мира и осеклась.
Женщина сделала жест указательным пальцем, будто вращала колесо. Мол, продолжай, продолжай.
— Праматери... не существует? - робко предположила Мира.
— Молодец! — широко улыбнулась женщина.
— Но как же так... Получается, Гая всё это время водили за нос?
— И не только его, — она помолчала и продолжила: — Кажется, ты готова услышать всю правду. Много лет назад, когда я появилась здесь впервые, Азар погиб. (Мира хотела спросить, как это, когда она появилась здесь впервые? Но не решилась прерывать). Сначала между жителями Азара началась война, затем с небес спустились люди в сверкающих одеждах и прикончили оставшихся. Здесь началась война за нетбилон.
— Что такое нетбилон? — всё же решилась перебить Мира. Она попыталась вспомнить, слышала ли такое название раньше, но ничего не припоминалось.
— Здешний минерал. Гора, на которой стоит Элсар, как раз из нетбилона. Пришельцы из других миров используют его как топливо для своих кораблей.
Она посмотрела направо вдаль, и Мира невольно проследила за ней взглядом. Почему-то появилось ощущение, что сейчас из воздуха появится та самая гора. Однако ничего подобного не произошло.
— Они уничтожили Азар, — продолжала женщина. — Это длилось не один год, но в конце концов мир развалился на куски, которые теперь носится неприкаянные в междумирье. Нам с Оямото удалось угнать один из кораблей пришельцев и найти приют в самом дальнем, фантомном мире. Он мало пригоден для жилья, но зато там мы нашли одну очень полезную штуковину, дающую возможность возвращаться в начало.
— Машину времени, — подсказала Мира.
— Что-то вроде того. Точнее - веретено, — она протянула к Мире руки, и та увидела, что пальцы женщины покрыты толстыми мозолями.
— Пока тянется нить, историю можно повторить, — сказала женщина и сложила руки в замок. — И вот девочка Мира вновь стоит на мосту с подругой Алей, к ним подходит странный мужчина с огромной жабой на плече. Жаба оказывается говорящей. «Мокрозявы не хотят кукрить», — говорит она смешные, похожие на детскую считалочку слова. А затем сбрасывает девочку Миру с моста в Реку.
— Подожди! — воскликнула Мира. — Оямото говорила, что я не первая из заброшенных в Азар, и что остальные погибли и не смогли вынырнуть. Поэтому я и есть избранная.
Женщина знакомо усмехнулась и сказала:
— Да, не первая, только все остальные — тоже ты. Раньше Оямото говорила тебе, как есть, но это оказывалось для тебя слишком тяжело. Два раза ты сошла с ума, четыре раза утопилась в Реке. Тогда мы решили что будем рассказывать тебе байку про избранность. Это принять легче, чем известие о том, что ты...
— Очередная копия, — прошептала Мира.
Она почувствовала, как её накрывает волна дремучего ужаса.
— Кажется, Оямото называла цифру триста восемьдесят два...
— Триста восемьдесят шесть — поправила женщина. — Столько раз мы пытались переписать историю и спасти Азар.
Мира молчала. Ей казалось, что она потеряла себя, разбилась на тысячи осколков и злые тролли растащили их по разным мирам.
— Мы пытаемся спасти Азар вновь и вновь, — говорила, между тем, женщина. — Но каждый раз что-то происходит, кто-то незначительный
