давит бабочку и всему приходит конец. Нам удаётся спасти только тебя. Чтобы взять кудель и вновь начать наматывать на веретено нить судьбы.
Она подняла с земли большую, чёрную от сажи палку и переворошила угли. Мира наблюдала за её неторопливыми размеренными движениями. В голове тяжёлым металлическим шаром перекатывалось: «Я умирала триста восемьдесят шесть раз. Триста восемьдесят шесть раз падала с моста, знакомилась с Гаем, влюблялась в него, участвовала в турнире, боролась, страдала и... начинала все сначала! Меня перезагружают словно программу... Кажется, я опять схожу с ума!»
— И что вы... Ты... Мы каждый раз так встречаемся и ты мне об этом рассказываешь? — глухо спросила она.
Женщина бросила на неё взгляд:
— Нет, это наша первая встреча.
— Почему раньше не было?
— Есть теория, что нельзя встречаться с собой в прошлом, — женщина вновь поворошила угли в костре.
— А, да, читала у фантастов, — признала Мира.
— Не поверишь, я тоже, — заметила собеседница с полуулыбкой, которую Мира так часто видела в зеркале.
— Что поменялось теперь? Почему в моей триста восемьдесят седьмой жизни ты вдруг захотела встретиться? — спросила Мира.
— Умерла Оямото, — коротко ответила женщина. — Прежде Абрахаз не мог до неё добраться. Но причина не только в ней. В этот раз многое иначе. Я даже предугадать не могу, как всё дальше повернётся. Боюсь, что не смогу удержать Абрахаза в одиночку и он убьёт тебя.
Женщину вновь заволокло дымом и сквозь него вдруг проступили очертания сундуков и полотняной стены. Мира увидела шатёр.
«Меня возвращают! — поняла она. — Нет! Пожалуйста! Я ещё о стольком не спросила!»
— Подождите! — закричала она, обращаясь сразу ко всем. — Ещё чуть-чуть!
Вскочив на ноги, Мира бросилась к женщине, вцепилась в её ледяные мозолистые руки:
— Расскажи мне, как добраться до девочки!
Мира-старшая печально смотрела на неё.
— Я не знаю, — ответила она. — Говорю же, в этой версии всё иначе. Даже Дарины раньше не было!
Мира отступила от неё, разочарованно проронила:
— Тогда какого Вилла мы встретились? Только для того, чтобы я узнала, что помирала триста восемьдесят шесть раз? И триста восемьдесят восьмого уже не будет?
— Нет, не только, - раздражённо бросила собеседница. - Теперь ты знаешь, кто твои враги.
— Ахах! А то я раньше не знала, что не являюсь кумиром всего Азара.
Она подумала, что не справедлива к себе-старшей и угрюмо добавила:
— Прости. Я не хотела тебя обидеть. Мне просто обидно, что вы тупо запускаете меня, как программу и смотрите, что будет на этот раз.
— Не правда! - перебила женщина. — Каждый раз мы пытаемся что-то улучшить, сделать нечто, что позволит тебе в следующей жизни добраться до Абрахаза. В первых версиях не было храма и не было девочки.
Это было как-то сложно для понимания, но у Миры не осталось времени на выяснение.
— Послушай, — сказала она. — Абрахаз неизвестно где, а у меня сейчас конкретные проблемы на Больших кочках. Ты можешь хотя бы сказать, что делала Даяна, чтобы ввести мокрозяв в транс? Какое заклинание нужно прочитать? Это-то ты должна это знать!
Женщина приблизила к ней лицо, и Мира невольно отшатнулась от исходящего от неё замогильного холода.
— Тебе не нужны заклинания, — сказала женщина. — Ты сама заклинание. Слушай себя. Ты — вседержительница.
Её руки начали таять в воздухе, словно женщина была привидением.
— Будь осторожна! — донеслись до Миры её последние слова. — Помни, если ты умрёшь, запустить историю сначала больше не получится!
Голос женщины ещё звучал у Миры в голове, а сама она уже оказалась в шатре Хадара. Оглядевшись, увидела, что лежит на шкурах. Над ней склонился Гай: в глазах тревога, на переносице и лбу выступили крупные капли пота.
«Какой же он заросший», — подумала Мира, с нежностью глядя в его лицо.
Увидев, что она пришла в себя, Гай просиял от радости и сказал:
— С возвращением!
Мира села, придерживаясь за его руку. В паре шагов от неё с чашей, из которой на шкуры капала зелёная густая жидкость, стояла Дарина. Мира заметила, что рука магини, в которой та сжимала чашу, мелко подрагивает, нижняя губа была искусана до крови.
«Интересно, чего она так боялась: что я не оживу? Или наоборот?» — подумала Мира.
— Ты видела Даяну? — спросил приблизившись к ней Хадар.
Он чуть оттеснил плечом Гая. Тот на сей раз бычиться не стал и отступил. Видимо решил, что по случаю оживления Миры, Старшего агента можно к ней допустить.
— Ты видела Даяну? — повторил вопрос Хадар.
Мира вновь оставила его вопрос без ответа, тяжело поднялась. У неё закружилась голова и она едва не упала, но Гай подхватил её под руки. Мира обвела всех взглядом. Что-то в них неуловимо изменилось. Или не в них, а в ней самой. Мира ощущала, как внутри неё словно распускается некий цветок — дарующий жизнь и одновременно смертоносный.
«Тебе не нужны заклинания, — прозвучал в голове голос двойника. — Ты сама заклинание. Ты всё и ничего. Ты — вседержительница».
— Вседержительница, — прошептала Мира.
Она уже слышала это слово раньше от газилиннов. И столб в храме Оямото был исписан мантрами, прославляющими вседержительницу.
"Каждый раз мы пытаемся что-то улучшить, сделать нечто, что позволит тебе в следующей жизни добраться до Абрахаза", - сказала Мира-старшая.
Каждый раз... По крупице. В пророчество, в мир, в будущее.
— Мне нужно выйти к людям, — внятно произнесла она.
Гай с Хадаром переглянулись.
— Зачем? — спросил Гай.
Мира отмахнулась от него. Она чувствовала, что ей необходимо выйти к азарцам, тем, кто с таким нетерпением ждёт от неё чуда. Сквозь тонкие полотняные стены шатра Мира слышала, как стучат их сердца, слышала их дыхание. Выпустив руку Гая, она сделала пару шагов к выходу, но ноги оказались непослушными и подкосились. Мира наверняка упала бы, но Гай вновь подхватил её.
— Что с ней?! — рявкнул он на Дарину.
Та побледнела до серости, в испуге пролепетала:
— Это пройдёт... Не так просто вернуться к жизни.
— Помоги мне, — пропросила Мира Гая. — Я должна выйти к людям. Они ждут меня. Это очень важно, Гай! Я должна быть с ними.
Краем глаза она заметила, как Хадар подал Вишневскому знак. Мол, делай, как она просит. Обняв
