демонами.
Но где-то поблизости зашуршал гравий, дрожь прошла по всему телу, как по кошке, с головы до пят. Возможно, я начинала догадываться, почему меня с ней все время сравнивали.
Но времени на раздумья не было, поэтому я кувыркнулась через балку: было темно, и я паниковала. Каким-то чудом не рухнула с грохотом, кое-как выкрутилась и прилегла в низине. Свет до этого места не доставал, а я это поняла только в тот момент, когда свыклась со своим новым убежищем.
И тут – шаги в галерее. Тихие, почти глухие, вполне ясно: кто бы ни шел, планировал делать это тихо, явно крался. Кое-как извернувшись, нашла маленькую точку, чтобы увидеть хоть кусочек, но все-таки это лучше, чем мои собственные страхи. Как же мне повезло!
Шаги все ближе, я все больше нервничаю, но внезапно тень зашевелилась – ух, страху-то! – но в маленькую щелочку я вдруг увидела чье-то лицо. Укрытое сумраком, оно не показалось мне страшным. Скорее, само появление напугало. Но когда этот кто-то прошел мимо, образы в голове сопоставили варианты, и я поняла, что это был господин Этари.
На душе сразу же стало спокойно. Ведь если это господин, а не какой-нибудь хисин… Но тогда почему он крался посреди ночи? Это меня сильно заинтересовало, я подождала немного, полежала еще чуть-чуть, а затем приподнялась и огляделась. Кроме этого инцидента, вроде бы больше ничего не происходило. Не поняла, Этари ли ходил возле кухни – кто знал? Может, он тоже проголодался? – но сейчас здесь больше никого не было.
У меня был выбор: идти или бежать. Не понимала, почему мне было важно следовать за господином, но я направилась за ним. И, выбрав второй вариант, приняла настолько верное решение, что даже хвалить себя впору было.
Как только я пробежала – надеюсь, не очень громко – по галерее, как раз успела заметить, как господин Этари юркнул в тень к восточной стене, окружавшей дом Онэро. Странно, что фонари здесь совсем не горели: складывалось впечатление, что кто-то их специально погасил. Даже фонари на самом верхнем ярусе центрального здания светили ярко. Что это за островок?..
Когда из темноты внезапно появился бледный свет, я испугалась. Но поскольку выбрала слежку, все-таки не бросилась спасаться, а догадалась, что господин открыл дверь на улицу. Хм, не знала, что здесь вообще была дверь.
Но зачем ему наружу?
Вполне очевидно, что идти следом было бы глупо, но как-то же надо взглянуть на улицу, так ведь?.. Отошла чуть подальше и огляделась: единственное, что сейчас могло послужить мне, – это деревья. Я осторожно, честно!
В детстве я всегда была непоседой, поэтому часто устраивала для самой себя – или с друзьями – состязания: кто первый вскарабкается на дерево. Последние годы я навык не практиковала, но он никуда не делся, к моему счастью. Первые движения были немного неуклюжими, но после того, как я пару раз подтянулась, вспомнила свой детский восторг. Ощущение, будто покоряла неизведанную высоту. Приятно, что я все еще помнила те эмоции.
Итак, я забралась на дерево, подползла ближе к стене и перебралась на нее, улегшись на неудобной крыше. Я точно кошка, раз могла балансировать и не свалилась с нее. Хм…
Теперь нужно было осуществить задуманное: проследить за Этари. Какое-то нереальное счастье! Несмотря на то что дверь наружу находилась чуть правее, шагах в пяти, дерево росло не рядом. Но тот, с кем встречался господин, ждал именно подо мной. Повезло. Наверное.
К сожалению, было слишком высоко, прохладный ветер доносил лишь обрывки разговора.
– …этого не должно было случиться, – уловила я тихий голос Этари.
– …не моя вина, – отвечал собеседник.
И ладно бы предмет разговора был практически недоступен, меня волновало совсем не это – мужчина, с которым разговаривал Этари, был одет во все черное, на лице маска. Он выглядел почти точно так же, как те наемники, что атаковали всю процессию, когда господин возвращался в поместье.
И что это должно означать? Конечно, я не лучший друг господина Этари, но все-таки мне хотелось бы думать, что он – хороший. Он спас Арина; да, после того как Арин спас его, но все же. Будь он плохим, зачем вообще бы стал что-то делать? А Этари переживал: это было видно по его глазам, по тому, как он доверял мне благополучие Арина. Он хотел, чтобы тот выжил.
Но возможно ли такое, что нападение организовал не Рэн? Глупо ведь, зачем такое подстраивать? Этари и сам пострадал. В чем был смысл?
– …должен мне, – донеслась очередная реплика господина.
Собеседник посмеялся, слова разобрала только вначале:
– Слишком смелое заявление для того, кто…
Проклятие! Не мог говорить громче? Ничего же не слышно со стены! Как я ни пригибалась, как ни пыталась услышать что-нибудь еще, все бесполезно. Этари казался недовольным, но сумрак ночи укрывал его истинные чувства. Мужчина в черном что-то ответил, а потом они разошлись. Все.
Этари вернулся через дверцу, и судя по тому, как щелкнул засов, он ее наглухо запер. Я подождала еще немного, наблюдая теперь за галереей. Этари проплыл по ней тенью, а потом я заметила приближающийся огонек. Видимо, один из стражей проводил обход. Нужно поторопиться.
Спустившись, я уже хотела бежать к себе, но внезапно вспомнила, что за Арином я больше не приглядывала, а с госпожой Синь так и не успела обсудить, где мне теперь жить. Учитель тоже не указал, где я буду спать, а посреди ночи узнавать у кого-либо что-то было глупо было глупо и бессмысленно. Это бы сразу выдало меня и мои ночные шпионские дела.
Что мне оставалось?
Переждав, пока патрульный пройдет мимо, я припустила вдоль галереи, минуя препятствия, и добралась до лазарета. Двери в зал были открыты, раненые и больные спали, но свободная кровать для меня нашлась. На нее я и улеглась досматривать сны остатка ночи.
Проснулась я привычно рано, с чувством, будто должна что-то сделать, но упустила возможность. Конечно же, я думала об Арине и о том, что теперь за ним приглядывал кто-то другой. Я не могла вернуться, ведь если отправлюсь туда, что я увижу? Его улыбку? Услышу? Его смех? Отчего-то это стало для меня проблемой, ведь ничего плохого и не произошло, шло своим чередом, так, как должно было.
Поддаваться мрачным мыслям я не хотела, да и к тому же у меня теперь новые обязательства. Поэтому я спешно поднялась, сбегала в купальню привести себя в порядок, а затем отправилась на кухню. Было еще слишком рано и слишком холодно, но повара уже были здесь. Снова помогли приготовить завтрак, а потом я забрала поднос и
