начал приезжать в дом Загревских, ни разу не видел, чтобы они общались.
Водителя на территории нет – значит, кто-то из дам, возможно, в городе. Дверь открывает новенькая горничная и сообщает, что Римма Эдуардовна отсутствует, а Ангелина в тренажёрном зале. Пригласить её ко мне, как раньше, не предлагает. Я беспрепятственно прохожу дальше.
В тренажёрке Ангелины нет, но я замечаю силуэт в бассейне. Уверенно рассекая водную гладь взмахами рук, она плывёт к бортику, отталкивается от него и снова скользит по поверхности. На мгновение подвисаю.
– О! Миша! – удивлённо вскрикивает она. – Привет!
Не ждала? Забыла о том, что я обещал приехать? Машу в ответ.
Она вылазит из бассейна. Стараюсь не пялиться – вернее, не палиться. Но капли, стекающие по её телу, забирают всё внимание. Не оставляют и шанса мыслям пробиться в голову, чтобы выдать что-то вразумительное. Я стою и смотрю на неё, и она, без сомнений, это замечает.
Глава 16
Ангелина
– Привет, – повторяю я, подходя к Мише. Наклоняюсь, чтобы взять полотенце с шезлонга.
Да, я знаю, что симпатичная. Красивое лицо, светлые волосы и зелёные глаза – насыщенные и глубокие. Не обычная блондинка с голубыми глазами, а с изумрудными, и это мне безумно нравится. Фигура тоже в порядке: есть и попа, и грудь – всё своё, натуральное. Внимание парней мне знакомо, несмотря на то что школу я не посещала. Зато ходила в кружки и секции, которые с лихвой компенсировали нехватку общения и друзей, поэтому, как динамить парней, я знаю.
Но интереса со стороны Миши я никогда не замечала… Может, и сейчас просто привиделось? Он всегда казался угрюмым парнем с печальными глазами, которому вменили в обязанность выполнять поручения нашей семьи.
Он меня не смущает – и уж точно не пугает, ведь мы давно знакомы. После двадцати дорожек из меня словно вырывается пламя. Жара внутри заставляет каждую клетку пылать, тело горит, дыхание сбилось, а сердце колотится. Но такое ощущение, что причина этого состояния – вовсе не выполненная программа заплыва, а обращённый на меня взгляд. По коже пробегают мурашки, вызывая странные, незнакомые вибрации. Я не шевелюсь и смотрю в голубые глаза напротив.
– Прохладно?.. Накинь. – Миша первым нарушает молчание и подаёт мне халат. Наверное, заметил мою «гусиную кожу». А я и сама не понимаю – то ли мне холодно, то ли жарко.
Хмыкнув, молча забираю халат и, держась, как обычно, надменно, отворачиваюсь, чтобы завязать пояс.
– Спасибо, не стоило, – тихо произношу я, имея в виду его заботу.
– Извини. Горничная сказала, что ты в тренажёрном зале.
– Я была там. Всё в порядке.
Ему что, неудобно? Или думает, что поставил меня в неловкое положение? Я вообще-то замужняя девушка, если кто-то не помнит!
Ах да, совсем забыла упомянуть про самое действенное «оружие» против назойливых поклонников – кольцо с бриллиантом на безымянном пальце правой руки. Не обручальное, конечно, обычное. Ну и в моём случае это ведь законно?
Вытянув перед собой правую руку, пару раз перекручиваю колечко, ловя камнем солнечные лучи. Теперь мне хочется и Мише продемонстрировать свой статус. Мгновение любуюсь своим главным украшением, а потом ухожу.
Быстро привожу себя в порядок в комнате, пока Миша ждёт в гостиной. Вспоминаю, что он не раз видел меня в купальнике – забирал нас с девочками с пляжа и здесь бывал. Наверное, просто показалось. Ничего особенного ведь не произошло?
Какая же я безответственная – сама настояла на встрече, а утром и не вспомнила об этом. Ничего, главное – он приехал, сейчас разберёмся и с собеседованием, и с охраной. Натягиваю шорты-юбку и короткий топ. Смотрюсь в зеркало – чёрт, соски видно через тонкую ткань. Надеваю топ с поролоновыми вставками. Так гораздо лучше!
Спускаюсь вниз. Горничная включила пылесос, и стало шумно. Вечно она не вовремя!
Нахожу Мишу на улице.
– Давай посидим на веранде? – предлагаю я, чувствуя, как кожу обжигает солнце. – Только возьму что-нибудь прохладительное.
– Как скажешь, – привычно соглашается он.
Возвращаюсь с графином воды со льдом, лимонными дольками и мятой. Наполняю стаканы и протягиваю один Мише. Мы молча пьём.
Вдруг на веранду залетает пчела и начинает назойливо кружить над столом.
– Эй, улетай! Здесь нет ничего сладкого, – говорю я серьёзно, словно она понимает меня.
Пчела садится на край графина и начинает деловито потирать лапки. Я отодвигаюсь, а Миша берёт графин и идёт к окну. Распахивает его и просто взмахом руки отправляет пчелу на волю.
– О, спасибо.
– Не за что, – отвечает он и, вернувшись, опускается не на свой стул, а на тот, что ближе ко мне. Смотрит так, будто я ещё в купальнике.
Я, недолго думая, откидываюсь на спинку стула и, всем своим видом излучая равнодушие, лениво закидываю ногу на ногу и обмахиваюсь веером – наверное, мама оставила. Меня ничуть не смущают его взгляды – с чего бы? Устало вздыхаю и перебираю в голове всё, что хотела спросить у него.
Но то ли расслабленность играет со мной злую шутку, то ли сказывается утомлённость тренировкой – я начинаю зевать. Вот чёрт! Сажусь ровно и прикрываю ладонью рот. «Ах, Ангелина, какая нетактичность!» – сказала бы мама, увидев меня сейчас. Как хорошо, что её нет. Если бы не вспомнила о ней, то и не смутилась бы. Смеюсь про себя, обмахиваюсь веером активнее, прогоняя сонливость.
– Не выспалась? Чем вчера занималась? – серьёзно спрашивает Миша.
– Да так… Брат Николь открыл кальянную. Вчера была небольшая вечеринка в честь этого, – быстро отвечаю я, а потом задумываюсь над тоном, которым он задал свой вопрос, и чувствую, будто меня в чём-то заподозрили.
– Хм, понятно.
Что ему понятно, интересно? Миша вряд ли ходит на подобные мероприятия в такие заведения. А вот брат Николь молодец: хорошо вложился, думаю, в этот раз у него есть все шансы на успех. До этого все попытки открыть что-то развлекательное в нашем городе были неудачными.
Или Миша решил, что я постоянно до утра пропадаю на вечеринках? Никогда такого не было. Вчера было исключение. Да даже если это и не так, почему я должна объяснять что-то?!
Недовольно смотрю на Мишу и снова чувствую, что к щекам приливает жар, но не отвожу взгляда. Целую секунду
