Какой ужас! Моё лицо, наверное, перекосилось от отвращения. Да и что я ему скажу? «Привет. Проезжала мимо, решила проведать мужа. Ах, ты занят? Окей, заскочу в другой раз». Смешно.
Сергей ни разу не говорил со мной о нашем браке. В основном за него это делала его мать. Виолетта – вот кто прочно занял место Сергея в моей жизни! Она передавала мне комплименты от него, рассказывала о его успехах в ведении нашего бизнеса. Она стала его голосом. Осознание этого медленно и мучительно въедается в мозг.
Ехать к Сергею – глупо. Понятно же, что он взрослый мужчина и не живёт как монах. У него своя жизнь. Зачем ему я, ничего не знающая о настоящих отношениях с мужчиной? Что он со мной будет делать? Я усмехаюсь. Я же видела, какие девушки ездят с ним в машине. Больно надо ему со мной возиться. Бред! Сплошной фарс!
И это поступление… Собеседование, где комиссия будет смотреть на меня, как на избалованную дурочку, за которую заплатили. Тоже фарс. Притворство и ложь! Везде одно и то же.
– Валерий Степанович, а вы знаете, где Миша живёт? – неожиданно для себя самой спрашиваю я.
– Да, Ангелина Александровна. Я бывал у него…
– Едем к нему, – уверенно объявляю я.
– Как скажете, Ангелина Александровна.
А что? После нашей встречи осталась какая-то недосказанность… Нам нужно договорить! Мне кажется, он… не воспринимает всерьёз то, что я собралась учиться. Не может же быть всё так просто с собеседованием? Ректор предупреждал маму: нужно готовиться, а я не хочу выглядеть дурой. Нужно спросить ещё раз! Да, именно так!
Погружённая в свои мысли, я не заметила, как мы удалились от центра города. Машина свернула в какой-то странный район, больше похожий на заброшенную промзону. Никогда не видела таких мест: одинаковые многоэтажки, рядом стройка и лес. Обстановка не выглядит так, будто здесь живут люди. Тем не менее, я замечаю играющих во дворах детей, прохожих с пакетами из супермаркета. Растерянно озираюсь. Неужели Миша живёт здесь?
– Приехали, – словно прочитав мои мысли, говорит Валерий Степанович, указывая на подъезд, облепленный объявлениями. – Вас проводить?
– Я сама. Спасибо.
Выйдя из машины, набираю номер Миши. Он отвечает, как всегда, после второго гудка.
– Миша, мы сегодня не договорили, – выпаливаю я напористым тоном. – Я приехала сама. Надеюсь, хоть ты не занят?
Не слишком резко? Нет, нормально? Лучшая защита – это нападение, так ведь?
В трубке тишина. Потом слышу приглушённые шаги, шорох и его резкий выдох.
– Вижу, – хрипло произносит он. – Домофон не работает. Седьмой этаж. Дверь открою.
Не доволен, да? Ну и ладно.
Я решаю не думать о том, что может остановить меня, просто иду в указанном направлении.
Глава 20
Створки лифта противно скрипят, но открываются. Я выхожу на лестничную площадку. Слышны детские голоса – то ли плач, то ли смех, – пахнет манной кашей, как в моём детстве. Слева замечаю приоткрытую дверь. Пальцы тянутся открыть, но она распахивается сама, и я чуть не врезаюсь в Мишу. Смутившись, я, наверное, глупо улыбаюсь, но быстро беру себя в руки.
– Привет, – бросает он, жестом приглашая войти.
На нём только серые спортивные штаны, низко посаженные на бёдра, и… всё. От вида его голого торса немного теряюсь. Я привыкла видеть Мишу в костюмах, ну или хотя бы в рубашке. Надо признать, кубики пресса идеальны, и он весь такой мускулистый и подкаченный. Явно занимается спортом.
Киваю в ответ на его приглашение и, держась гордой королевой, перед которой расступается свита, прохожу в тесную прихожую. Рядом дверь – наверное, в ванную. Тут же замечаю прикрученную поперёк перекладину. Турник? На вешалке, куда я пристраиваю сумочку, висят боксёрские перчатки. Как интересно. Замечаю за собой, что бесцеремонно разглядываю всё вокруг, но почему-то уверена, что Миша не будет против. Скинув сабо, прохожу в гостиную – она же, судя по всему, и кухня, и спальня. Слева – кухонные шкафчики, плита, холодильник, рядом – скромная обеденная зона. За реечной перегородкой – диван, на котором лежит раскрытая книга. На стене напротив – телевизор, транслирующий безмятежные кадры побережья, а из динамиков доносится лёгкая мелодия. Балкон открыт. Я подхожу к нему ближе, чувствуя вечернюю прохладу.
– Мило, – произношу я, обернувшись.
Я вовсе не хочу уколоть Мишу своей оценкой. У него действительно уютно, несмотря на аскетичность в интерьере и малые размеры комнаты. Никаких лишних деталей, всё ровно и чисто. Мне и правда нравится, но по едва заметной ухмылке Миши понимаю – он мне не верит.
– Хочешь чай? Или минералку? – Он достаёт бутылку из холодильника.
– Да, минералка подойдёт. Жарко. – Я слегка обмахиваюсь рукой.
– Кондиционера, увы, нет, – говорит Миша, разливая воду по стаканам.
Из окна видны деревья. Это от них тянет свежестью и приятным лесным запахом.
Я стою, сложив руки на груди, и нервно тереблю кулон на шее. С чего бы это? Это же Миша. Просто немного неловко, что так вломилась. Главное – не подавать вида.
Смотрю то на него, то на экран, где теперь пляжная вечеринка. Играет диджей, всем весело, девушки ходят в бикини. Мне это не нравится – зачем он смотрит на них? Мог бы включить что-нибудь другое. И почему он стоит передо мной с голым торсом? Невозможно не смотреть! И он не отводит взгляда. Надел бы футболку, что ли.
– Всё в порядке? – спрашивает он.
– Да…
– По телефону мне так не показалось. Что тебя расстроило, Ангелина?
Рассказать ему про звонок Сергею? Даже интересно, что Миша обо всём этом думает. Нет, спрашивать его о моём муже глупо.
– Я подумала… что этого недостаточно.
– Чего недостаточно? – Миша делает два шага ко мне, и кажется, что эта и без того крохотная комната сжимается ещё сильнее.
– Того… что ты сказал про собеседование… – Я не ощущаю ни свежего воздуха с улицы, ни аромата леса. Их вытесняют покалывающее кожу напряжение и запах его тела.
– Ты мне не доверяешь?
– Я?..
– Ты, Ангелина, ты. – Он так произносит моё имя… Он всегда так говорил?
Смотрит на меня, не моргая. Внизу живота вспыхивает жар, и хочется приложить к нему руку.
– Миша… Доверяю, конечно, но…
– Но что?
– Я просто приехала…
– Для чего?
–
