Тайлер, от усердия высунув кончик языка, точными движениями острого ножика вспарывал живот сома. Папа наказал быть очень внимательным, чтоб не порезать желчный пузырь, иначе пролившаяся желчь испортит вкус мяса. Вот он почти добрался до головы. Вот большая бурая печень. А вот и пузырь, мутно зеленый, противный, как осенние сопли. Еще чуть-чуть. Готово. Ногой подвинув глиняный горшок ближе к столу, двумя руками потянул он скользкие внутренности. Кишки легко вышли из пуза рыбины. Хорошо, что Тайлер заранее подставил емкость: склизкая масса норовила вывалиться, просачиваясь сквозь пальцы. Она мерзко шмякнула о дно горшка, насторожив Тайлера неожиданным металлическим призвуком. Сунув руку в противное месиво, Тайлер принялся перебирать скользкую массу.
Он рассматривал серебряный кругляшек, так похожий на шиллинг. Но Тайлер был взрослый и знал, как выглядят монеты Англии под правлением его величества Якова I. Очистив жестянку от слизи, Тайлер заметил бугорок с отверстием. «Амулет», — сразу понял мальчик, вспомнив сказку, которую мама часто рассказывала ему в детстве перед сном.
В той сказке злая ведьма околдовала жителей деревни, заставив делать все, что ей пожелается. И только один маленький мальчик не поддался чарам. У него был волшебный медальон, который он носил в мешочке на шее. Храбрый паренек притворился одурманенным ее черным волшебством, и, когда выдался удобный случай, мальчик столкнул старую ведьму с обрыва в океан, освободив от ее чар всех людей.
Тайлер, воодушевившись сказкой, тоже сделал себе такой мешочек. Сунув в него серебряный пенни, подаренный папой, уже не первый год носил он кожаный кисет на шее. Вот и сегодня, обнаружив в желудке сома необычную кругляшку, Тайлер не сказав никому ни слова, положил медальон в нагрудный тайник, где помимо пенни, были припрятаны сушеная голова летучей мыши и найденное им золотое кольцо, которое он непременно вручит своей будущей жене.
Юго-Восточный Китай
— Эй Тайлер! С днем рождения! — пьяно проорал Энтони, выплескивая вонючую байцзю из маленькой чашечки.
— Да пошел ты! — еле ворочая языком, развалившись на диване среди цветных подушек, прохрипел Тайлер.
После осады Кантона прошло три года. Англия закрепилась в Китае, налаживая торговлю морем. Великий шелковый путь изжил себя. Монгольской империя, распавшись на множество враждующих племен, досаждала грабежами и разбоем купеческих караванов, заставляя европейцев искать иные пути связи с востоком. Тайлер, шедший по стопам отца, долго не думал, когда ему предложили отправиться к черту на кулички. Двадцать лет стажа на различных кораблях, включая становление Ост-Индийской компании, сделали из юноши настоящего моряка, бесстрашного, решительного, не ломающего голову, когда предлагают хорошие деньги.
Сегодня ему тридцать шесть. Желтокожие проститутки писклявыми голосами щебетали из всех концов портового борделя, выманивая деньги пьяных моряков. Тайлер не скупился. Он умел и любил гулять на широкую ногу. Злаковая водка лилась рекой. Стол ломился от закусок. Друзья то и дело выхватывали узкоглазых девок, отлучаясь ненадолго в верхние комнаты. Тайлеру же было на них наплевать. Он вторую неделю ходил сюда каждый вечер, чтоб увидеть ее. Он ее покупал, он был с ней, но не обладал ею. Ее улыбка и отрешенный взгляд пленили душу моряка. Она почти не говорила, да и как можно разговаривать, не зная языка друг друга! Но что-то в ней влекло. Загадочное смирение, покорность и в тоже время холодный огонь темных глаз зачаровывали, маня к себе снова и снова.
Его судно было готово к отправке. Всю неделю грузили товары: пряности, шелк, фарфор, бумагу, порох. Трюмы забили до отказа. Сегодня последняя ночь, завтра в обратный путь. Тайлер не хотел терять время. Пошатываясь, он встал из-за стола и, расталкивая обмякшие тела товарищей, направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Он знал, она пойдет за ним.
Все случилось как обычно. Погружаясь в сон, Тайлер слышал, как она, соскользнув с подстилки, скрылось за ширмой. Он знал, за ширмой прячется ее маленькая дочь. Он слышал, как они тихонько шепчутся, думая, что Тайлер спит пьяным забытьем.
Ему снилось детство. Вот они с папой затемно идут на реку, порыбачить и провести время вместе. Он так счастлив. Он скоро станет юнгой. Папа обещал взять к себе на корабль. Вот его первый шторм. Несколько человек смывает в море, а Тайлеру чудом удается спастись: он цепляется шнурком, висящим на шее, за выступ фальшборта, как висельник, болтаясь и синея от удушья. Вот его невеста. Он ее не любит, но так решили родные. Она хилая и некрасивая, при первых же родах умирает, оставляя миру двух прекрасных малышек, в точности похожих на Тайлера. Вот стареющие родители. Сначала уходит мама. Через год, быстро сгорев от потери любимой, умирает отец. Вот его жизнь катится без смысла. Он прозябает в морях и борделях, напоминая себе о былом беззаботном счастье маленьким мешочком с детскими вещицами, подвешенным на шее кожаным шнурком.
Рассвет, пробиваясь сквозь оконные ставни, скользнул лучом по лицу Тайлера. Жмурясь от солнца, Тайлер открыл глаза. Инстинкт сработал мгновенно. Наученный сотнями стычек, он перехватил рукоятку ножа и наотмашь полоснул в сторону, где должен был стоять нападавший. Он угадал. Лезвие приятно замедлило движение, тягуче рассекая вязкую плоть. Кто-то тонко пискнул, и с шумом упав, быстро застучал коленками по полу, удаляясь от него. Тайлер вскочил на ноги. В сумерках комнаты, он увидел девчушку. Забившись в угол, она сидела, поджав коленки к подбородку. Глубокий порез рассек наискось детское лицо, лишив малышку глаза. Он попятился назад. Он испугался. Выбежав из спящего борделя, Тайлер поспешил на корабль, спьяну так и не поняв, что девчушка украла талисман, срезав ножиком шнурок с его шеи.
Корабль отчалил в полдень. Пьяное похмелье отпустило Тайлера ближе к вечеру. Как и всегда после попойки, Тайлер пообещал себе завязать с пьянством. Он не верил своим обещаниям, но в этот раз ему выпало сдержать свое слово. Через сутки налетевший шторм, разбил судно о скалы, поглотив заморские товары вместе со всей командой и Тайлером, лишившимся своего детского оберега.
Спустя пятнадцать лет, китайский чиновник среднего звена Чжан, проявив милосердие от радости по случаю рождения долгожданного сына, купит услуги одноглазой девушки со шрамом, вручив ей обязанности нянчиться с малышом Веньяном, будущим военачальником и грозой Джунгаров.
Так медальон попадет к Сян, переданный ей в дар сгорбившейся, морщинистой служанкой,
