некогда лишившейся глаза от руки английского моряка Тайлера.
Глава 17
Приэльбрусье, высокогорное озеро Сылтранкель
Август 1942 года
— Савелий, ты это, давай пока ничего не трогай. Глядишь, пригодится. Ихним же оружием и бабахнем если что. Рапорт подготовь, товарищ подполковник сам решит, как быть, — пожевывая самокрутку, отдавал распоряжение старший лейтенант Сидоренко, командир отряда диверсантов.
— Есть, — согласно субординации, но не слишком официально интонируя, ответил сержант Савелий Максимов, специалист по минированию и подрывному делу.
— Значит, тоннель, говоришь, прорубили? — посмотрев на немца, сплюнул под ноги Максимов.
Этот год был жарким. Горное озеро наполнилось талой водой до самого выступа, перетекая через него быстрой речкой. Левее от озера, где скальный хребет создает естественную плотину, зияла черная дыра диаметром полтора метра. Тоннель уходил в направлении водоема. Стены проема с острыми зазубринами необработанного после подрывных работ камня цепляли одежду, норовя продырявить и без того латаную униформу солдат.
Подсвечивая дорогу фонариком, через пятьдесят шагов Максимов вошел в грот. Небольшая ниша вдоль стен от пола до потолка был уставлена ящиками с взрывчаткой. Тротиловые брикеты, завернутые в бумагу, ждали своего часа, чтобы снести перегородку из камня, освобождая сокрушительную массу воды.
— Херовы гномы! — выругался Савелий. — Ничего, скоро под вашим сраным Рейхстагом, побольше-то тротильчика заложим, в космос полетите, — шептал Максимов, отсоединяя проводку детонаторов.
— Готово, товарищ Старший лейтенант. — спустя час, доложил Максимов, поднимаясь к поляне, где отдыхали бойцы. — Все оставил как есть, только детонаторы убрал. Без них не рванет. Пещера сухая, взрывчатка хоть сто лет пролежит, ничего с ней не будет. Умеют все-таки фрицы делать.
— Молодец, Савелий! Бери пленных. Заложите камнями проход. Так сказать, на всякий случай, от посторонних глаз. Оставлять мы здесь никого не станем. Пусть подполковник присылает своих людей. Нам и без того есть чем заняться. После обеда выдвигаемся, — устало сказал Сидоренко, получив задание срочно прибыть в пункт сбора. Он еще не догадывался, что через пять месяцев станет участником штурма самой высокой горы европейской части континента, на вершине которой позорно падет знамя Третьего Рейха, и гордо водрузиться флаг Страны Советов.
Глава 18
Кабардино-Балкарская республика, поселок Эльбрус
Лето 2022 года
По телеку показывали «Брата два». Мысли хаотично путались в голове Антона, никак не желая складываться воедино.
— Данила, в чем сила? — задумчиво произнес Антон.
— Что? — спросила Дина, нежась на накрахмаленных простынях большой кровати гостиничного номера.
Их одежда, как в приторных музыкальных клипах, валялась на полу. Нажравшийся вусмерть, Юрьич недоглядел-таки за своей Диночкой, которая весь вечер строила глазки Антону.
— Да это я так, сам с собой, — ответил Антон.
— Интересно, Бодров, какой он был? Похож на своего киногероя? — романтично уставившись в потолок, томно пропела Дина. — Настоящая рок-звезда, наверное. Жил ярко, умер молодым… Я бы с ним замутила. А кстати, че с ним случилось-то? Наркотики небось?
— Сель сошел на съемках.
— Кто сошел?
— Диночка, это как лавина, только вместо снега поток грязи вперемешку с камнями…
Антон запнулся на полуслове. Решение пришло моментально, выстрелив точно в цель, соединив пазлы головоломки в единое целое.
— Давай, малышка, собирайся. Поздно уже, твой папик расстроится, если проснется, а тебя нет, — вставая с постели, сказал Антон.
— Я еще хотела, — надула губки Дина.
— Давай-давай, мне надо поработать, — Антон собрал чулки и платье и протянул их хозяйке, поторапливая её.
Диана оделась и, цокая каблуками, направилась к выходу.
— Ну и козел ты, — огрызнулась девушка.
— Мне тоже было хорошо. Пока-пока, — он захлопнул дверь.
Антон присел на край кровати, оценивая задуманное.
Лет семь назад, как только начали появляться первые серьезные деньги, пришла и тревога, спутница любого нажитого богатства. А вместе с ней понимание, что бизнес — это опасная игра, требующая иметь пути отступления: несколько счетов в иностранных банках; сумка с наличными, документами и симками, спрятанная в гараже, оформленном на какого-то забулдыгу. Все как в фильмах про шпионов. Только это не кино, а обычная реальность, где в любой момент всего можно лишиться, попав в поле заинтересованности бандитов, силовиков, а зачастую и тех, и других в одном лице. Наташку с детьми он, конечно, заберет. Только позже, после того как пыль немного уляжется. Да, первое время ей придется несладко, но она сильная. Простит.
* * *
То лето, когда Антон встретил Аню, выдалось аномально жарким. Пульсация стихла, и на душе было легко, как и всегда после приступа. Так он это называл. Приступ. Прогуливаясь вокруг озера, Антон фальшиво насвистывал Коржа. Еще издалека его опытный взгляд альпиниста заметил камни, слишком правильно сложенные друг к другу.
В теневой части склона, куда не доставали лучи солнца, прогретый теплый воздух и обильные осадки, принесенные грозовым фронтом, растопили корку снежного наста. Тоннель, десятилетиями скрытый от глаз альпинистов, зиял черным провалом ввалившегося прохода.
Сначала молодого человека воодушевило открытие. Он представил, как дает интервью телевидению и газетам, как репортеры осаждают озеро, как военные оцепляют все вокруг и проводят поисковые работы, как водолазы… Стоп! Водолазы. Вот этого точно не нужно. На дне озера покоился его секрет — милая, наивная студентка Аня. Секрет, который может обойтись слишком дорого, потешь Антон свое тщеславие. К тому времени труп не успеет скрыть следы насильственной смерти, и следователи начнут задавать вопросы. Вопросы приводят к догадкам, а он во всей этой истории находится слишком близко и вряд ли сумеет избежать пристального внимания.
Антону пришлось усердно потрудиться. Он завалил вход булыжником так, чтоб со стороны стало невозможно отличить проделанную работу от ландшафта каменной осыпи. А спустя неделю, холодные ветра принесли снег, укрыв тоннель от посторонних глаз.
Антон догадался, что именно лежит в ящиках грота, и с какой целью создан лаз в скале.
Но для него так и осталось загадкой, почему тоннель не разминировали после войны. Откуда Антону было знать, что рапорт, поданный старшим лейтенантом Сидоренко
