class="p">Моих новых клиентов сложно было сравнить меж собой. Все они жили в разных частях страны, были разного возраста, разного пола и имели разные профессии. Я подумала, что начинать с такого разнообразного ассортимента будет даже хорошо. Таким образом, я смогу многому научиться.
Первым в моём списке значилось имя Люка Уэллса, девятнадцатилетнего студента, изучающего философию, политику и экономику в Оксфордском университете. Я напечатала номер дела в своём ноутбуке, не обращая внимания на непрерывный жужжащий звук, издаваемый работающим вентилятором, и просмотрела скудные детали. Там было очень мало информации — имя, дата рождения и основные факты о семье. Его родители, мистер и миссис Уэллс, жили в Лондоне в небольшом доме с террасой, хотя сам Люк родился в Оксфорде. Других подробностей об его родителях не было. Даже имён. У Люка не было ни братьев, ни сестёр, и не было никаких признаков его криминального прошлого. Любую дополнительную информацию мне придётся искать самостоятельно. Хорошо, что в своё время, когда я была феей кайфа, я работала со многими студентами университета. Многие из них посещали престижные университеты вроде Оксфорда. Я знала этот тип людей. Частное образование, куча денег и соответствующее самомнение. Этот парень, однако, происходил из рабочего класса. Судя по тому, что я смогла почерпнуть, взломав университетские архивы, его учёба шла хорошо, и он преуспевал в своих занятиях. Это могло означать только то, что его проблемы были социальными.
— Ты не чувствуешь, что вписываешься в общество, не так ли? — сказала я экрану. — Ты окружён Рупертами, Алисиями и Фигги, у каждого из которых важные фамилии, загородные поместья и умение объезжать лошадей. Ты чувствуешь себя обделённым, — я потёрла ладони. Моё первое дело оказалось таким, в которое я могла вонзить зубы. Это будет фантастично.
Я уже подметила серебристую дверь с блестящей буквой «М», расположенную рядом с лифтом. Она была идентична той, которой пользовались феи кайфа. Я осушила свою чашку и встала. Обед быстро приближался, и в животе у меня уже начинало урчать. Однако, если я смогу установить контакт с Люком до того, как куплю себе что-нибудь поесть, я докажу всем, кто наблюдает за мной, что у меня хорошая трудовая этика, даже если я на самом деле мало что знаю о тонкостях своей работы.
Я схватила свою сумку, нелепый розовый плащ и волшебную палочку, затем помахала Далиле и двинулась к выходу, по пути столкнувшись с Алисией. Я не видела, как она выходила из кабинета Директрисы. Если бы я это заметила, я бы нашла время, чтобы проверить, как она. Несмотря на прежнее недружелюбие, ухо Лидии сильно потрясло её. В любом случае, разговаривать с ней сейчас не имело смысла. Толпа других крёстных фей, включая Фигги, столпилась вокруг неё, похлопывая по плечу и выражая глубокое сочувствие. Если быть откровенной, то я больше сочувствовала безухой Лидии. Однако даже я знала, что лучше не говорить этого вслух. Я сомневалась, что Алисия одобрит моё беспокойство. Я не поднимала головы, пока не дошла до двери Метафоры, где поправила сумку, расправила плечи и нажала на дверную ручку. Восхитительное тайное волшебство разлилось по моей коже.
— Подождите! — пискнул позади меня тонкий, пронзительный голос. — Если вы собираетесь куда-нибудь пойти, вам это понадобится!
Я убрала руку с дверной ручки и обернулась. Передо мной стоял подросток, который сфотографировал меня ранее. Он протягивал мне бейджик.
— Вы должны брать это, если собираетесь куда-нибудь пойти. Если у вас его нет, Метафора не сработает.
Что ж, это явно будет раздражать. Я выругалась про себя, затем смягчить выражение своего лица. Ребёнок-практикант не виноват, что крёстные феи придерживались таких жёстких правил.
— Спасибо за это, — сказала я. — Я ценю, что вы сделали это так быстро.
Он выглядел испуганным.
— Не за что, — он попятился и чуть ли не побежал в противоположном направлении. Я задалась вопросом, это я, в частности, заставляю его нервничать, или сама комната Метафоры. Затем я взглянула на фотографию в своём новом удостоверении личности и поняла, в чём проблема. Мои глаза были полузакрыты, что придавало мне вид наркоманки, а волосы, казалось, выбились из тугого пучка, который я собрала сегодня утром. Кудряшки торчали во все стороны. Это выглядело не столько так, будто меня протащили сквозь живую изгородь задом наперёд, сколько так, будто я подражала стилю Альберта Эйнштейна, после чего пережила удар молнии, пролетела сквозь ураган, а затем пролезла сквозь живую изгородь. В довершение всего, моё имя под фотографией гласило Савлон. Я поморщилась и подняла глаза, но парень благоразумно исчез. Не похоже, что в ближайшее время я получу второе удостоверение личности.
Вздохнув, я вытащила заколки и выбросила их в ближайшую урну, затем встряхнула волосами. Если я выгляжу ужасно, то могу признаться в этом и полностью войти в образ карги. Краем глаза я заметила, что две другие крёстные феи усмехаются, глядя на меня. Я сделала единственное, что могла, и усмехнулась в ответ. И вот, наконец, я вошла в комнату Метафоры.
Она была небольшой, но идеальной формы. Не больше соседнего лифта, искрящиеся стены из белого мрамора, которые отражали свет, несмотря на отсутствие окон. Я осторожно шагнула вперёд, пока мои пальцы ног не коснулись крошечного крестика на полу. Я повозилась со своим плащом, в конце концов сумела накинуть его на плечи так, чтобы он хотя бы отдалённо напоминал плащ, и завязала ленту на шее. Я потянула за узел, чтобы он не слишком сильно врезался в голую кожу горла. Плащ ощущался невероятно громоздким и тяжёлым. Я сморщила нос. Наверное, рано или поздно я привыкну к этому. По крайней мере, я выглядела как крёстная фея, и то плюс. Я выпрямилась, расправила плечи и чётким голосом произнесла номер дела, прежде чем закрыть глаза. Раздался знакомый слабый свист. Мгновение спустя я обнаружила, что стою перед простой деревянной дверью.
Я огляделась по сторонам. Позади меня тянулись ряды полок, каждая из которых была забита книгами. Значит, это библиотека. Я кивнула сама себе. Пока что всё так, как и следовало ожидать. Люк Уэллс, без сомнения, сидел в кабинке напротив меня, изучая сложные тексты с ручкой во рту и перепачканными чернилами пальцами. Я улыбнулась про себя. Вот оно; то, о чём я мечтала все эти годы. Я исполню его желание и изменю его жизнь к лучшему.
Я резко постучала в дверь и вошла, не дожидаясь, пока мне ответят. Однако клиент, о котором шла речь, не хмурился над книгой и не делал какие-то подробные записи. Он лежал
