контролировать?! А если…
От внезапно пришедшей в голову мысли, что Максим Викторович, возможно, тоже проснулся и вот в этот самый момент смотрит по сторонам и видит то же самое, что и она, Катерина моментально покрылась холодным потом и замерла, напряженно прислушиваясь. Над ухом раздавалось тихое сопение. Чуть-чуть повернув голову, она независимо скосила глаза, опасаясь напороться на ехидно изогнутую бровь, и облегченно выдохнула.
Максим Викторович сладко спал. Глаза его были закрыты, короткие темные ресницы не подрагивали, лишь на губах играла едва заметная насмешливая улыбка. Видимо, даже во сне он не переставал иронизировать.
Аккуратно, стараясь дышать как можно тише, Катерина убрала с босса ногу. Затем руку. Отодвинулась. Рука Максима Викторовича, лежавшая поперек ее спины, скользнула вверх, немного задержалась на плече и упала на кровать. Ой…. Босс завозился, словно ища пропажу. Только бы не проснулся!
– Т-с-с, – тихонечко, как ребенку, сказала Катерина, тот повернулся на другой бок и затих.
Фух, чуть сердце из груди не выпрыгнуло. Но, кажется, операция прошла успешно. Максим Викторович не заметил побега из-под собственного бока. Шмыгнув на свой край кровати, Катерина торопливо сдвинула скомканные одеяла на середину, на цыпочках пробралась в ванную и включила воду. Все, одна ночь прошла почти без потерь. Уж в следующую она точно не потеряет бдительность!
Когда она вернулась в комнату, генеральный директор уже бодрствовал.
– Доброе утро, – сказала Катерина так деловито и отстраненно, словно и не спала всю ночь в объятиях этого мужчины.
– Да, Катерина… – протянул Максим Викторович, насмешливо сверкнув голубыми глазами. – Вынужден признать, вы меня поразили…
Сердце тут же тяжело грохнулось в пятки. Неужели он знает о том, что она ночью захватила его территорию, руками и ногами взяв в плен его сонное тело?
– Какой напор, самоотдача….
Волосы на затылке встали дыбом. Что, в момент пленения тело было не совсем сонным?
– …чувственность, огонь!..
Что, что она еще натворила этой ночью? Дурацкое пиво, больше никогда-никогда…
– … какая страсть!…
Так, утопиться в ванной или выйти в окно?!
– … А артистизм, а экспрессия!…
Стоп, а это еще откуда?
– …У вас уникальные хореографические способности!
Сердце и волосы тут же вернулись на место. Катерина чувствовала себя так, будто ее голову в последнюю секунду выдернули из-под падающей гильотины. Вот он про что! Ну, так это ладно, это не страшно. Пусть веселится. Она только пожала плечами, а Максим Викторович все не унимался:
– Как думаете, может организовать на работе смотр художественной самодеятельности? Вы бы могли претендовать на победу! А давайте сходим в караоке! Вдруг поете вы так же хорошо, как и танцуете?
Ну уж нет, возможности ознакомиться с ее вокальными данными Катерина точно не предоставит.
– Угу… Может, еще и в стрип-клуб? – фыркнула она, но увидев, как заинтересованно блеснули глаза босса, поспешно добавила: – Да что там – давайте сразу в цирк, вдруг из меня дрессировщица тигров получится…
– Увы, – вздохнул Максим Викторович. – Раздеваетесь вы скучно. А кормить тигров ценными специалистами – это расточительство.
Что-то настроение у него даже слишком хорошее. Катерина еще раз окинула босса подозрительным взглядом: он точно спал как убитый и не заметил ее непристойного поведения?
Все, с этого момента никаких праздников, танцев и пива. Трезвый ум ей сейчас нужен как никогда.
Глава 15
О том, что нужно смущаться и чувствовать себя неловко, Катерина забыла довольно скоро. Этот день закружил ее не хуже водоворота. Встречи, презентации. Графики, цифры, победы, достижения! И лица, лица, лица… Они так и норовили слиться в одно сплошное пятно. Людей кругом было много – улыбающиеся, серьезные, настороженные… И каким-то невероятным образом она умудрялась со всеми быть приветливой, отвечать что-то вполне соответствующее случаю и даже обмениваться визитками…
К вечеру Катерина едва держалась на ногах. А ведь еще и фуршет!
– И снова ваша перспективность – на грани возможного… – раздался сзади знакомый голос.
Катерина поморщилась. Ну как же, стоило отгреметь фанфарам и воцариться неофициальной обстановке, как господин Гольдшмит тут как тут.
– Надеюсь, сегодня мы еще станцуем, – Виктор схватил ее руку и церемонно приложился мокрым ртом. Фу… – Уверен, вы меня еще поразите!
Меньше всего ей сейчас хотелось его поражать. Воспоминания о вчерашнем веселье нахлынули жаркой волной. Это сколько же нужно было выпить, чтобы он казался милым и остроумным? Противный тип, фальшивый, липкий и самодовольный.
Катерина незаметно вытерла руку и, бормоча что-то вежливо-сдержанное, попыталась улизнуть. Но не тут-то было. Виктор как клещ вцепился в ее локоть и потащил к группе «очень, очень важных людей». Катерина растерянно оглядывалась, почему-то выискивая глазами Максима Викторовича. Должен же, в конце концов, генеральный директор явиться и спасти своего работника от настырного партнёра. Да только он почему-то ни капли не спешил на выручку – стоял себе в сторонке, мило беседовал с двумя чопорными фрау и даже не смотрел в сторону Катерины.
С другой стороны – чего бы ему туда смотреть. Они не влюбленная пара, а коллеги. К тому же она сама виновата – ухаживания Виктора вчера принимала вполне благосклонно. Так, пора прекратить это безобразие! И не рассчитывая на чью-то помощь, а самой.
– Я очень плохо себя чувствую! – четко выговорила Катерина, будто вколачивая каждый слог в голову гадкого господина Гольдшмита.
– О-о-о, – обеспокоенно посмотрел на нее Виктор и понимающе кивнул: – Да, пиво коварно…. Тогда, может, лучше будет сбежать отсюда? Я бы проводил вас до отеля. Вы ведь не очень хорошо знаете город?
– Это не так важно, до тех пор, пока его хорошо знают таксисты.
В этой фразе было столько льда, что любой бы понял: дальше разговаривать бесполезно. Любой. Только не Виктор.
– Но таксист не доведет вас до самого номера… – самодовольно усмехнулся он, мазнув по ней масляным взглядом.
Вот же непробиваемый тип!
– И правильно сделает, – отрезала Катерина, но видя упрямое выражение партнерской физиономии, добавила: – Максиму Викторовичу вряд ли понравится, что в нашем номере ошивается таксист.
– В вашем? – прищурился
