Шоу продолжалось без сюрпризов. Мисс Уокер лаяла, как собака. Она стала вдовствующей королевой, с величественным выражением лица. Она не помнила собственного имени. Она дирижировала воображаемым оркестром. Она пела оперные арии.
Зрители бурно аплодировали. Пол кланялся. Он также заставил и свою подопытную изобразить деревянный поклон. Финал близился.
— Когда я щелкну пальцами, вы проснетесь, — произнес он. — Вы будете чувствовать себя освеженной, как после крепкого сна. Через десять секунд после пробуждения вы представите себя в переполненном трамвае, где никто не уступает вам места. Вы будете чрезвычайно уставшей. В конце концов вы попросите толстого мужчину напротив вас уступить место и сядете. Вам понятно?
Мисс Уокер кивнула.
— Все это вы забудете, когда проснетесь, — продолжал Пол.
Он поднял руку, чтобы щелкнуть пальцами…
В этот момент у Пола Маркуса и появилась потрясающая идея. Он держал руку поднятой, с пальцами, изготовленными для щелчка, обдумывая это, пока не услышал роптания зрителей за своей спиной. Тогда он встряхнул головой и щелкнул пальцами.
Мисс Уокер проснулась, огляделась вокруг, поднялась и точно через десять секунд представила себе трамвай. Она изобразила все в точности, как было ей приказано, снова проснулась и смущенно спустилась со сцены под новую волну аплодисментов и свиста.
Это должно было бы его удовлетворить. Но с того момента, как ему в голову пришла эта ИДЕЯ, Пол Маркус уже не мог уделить представлению должного внимания. Он машинально закончил рутину представления — короткие пояснения особенностей гипноза, вызовы на «бис». Потом он прошел обратно в гримерную, глубоко задумавшись, расстегивая на ходу запонки, как это проделывал всегда после последнего представления за вечер. Бетонированная полость под сценой эхом отзывалась на его шаги.
В гримерной он снял фрак и повесил его в гардероб. Потом он сел перед зеркалом и принялся наносить на лицо крем, прежде чем удалить грим. Он обнаружил, что ему трудно смотреть на собственное отражение.
— Это глупо, — угрюмо сказал он сам себе.
Раздался стук в дверь. Не оборачиваясь, он произнес:
— Входите.
Дверь нерешительно отворилась, и в комнату шагнула белокурая мисс Уокер.
— Простите, — сказала она. — Швейцар сказал, что вы здесь и…
Увидев ее в зеркале, Пол развернулся и встал.
— Что-нибудь не так? — спросил он.
Прежде чем ответить, мисс Уокер огляделась вокруг, словно желая удостовериться, что они одни.
— Не совсем, — сказала она.
Пол указал на диван рядом с туалетным столиком.
— Присаживайтесь, — предложил он.
Когда мисс Уокер уселась, он вернулся к зеркалу.
— Надеюсь, вы извините меня, если я продолжу свое занятие, — сказал он, удаляя салфеткой грим под подбородком.
— Вы напоминаете мне женщину за своим вечерним туалетом, — улыбнулась мисс Уокер.
«Еще одна помешанная на сцене мисс, а представление вроде бы дает ей право отнимать у меня время», — подумал Пол. Он покосился на девушку. Не плоха, хотя…
— Вы не сказали мне, чему я обязан удовольствием находиться в вашем обществе, — произнес он.
Лицо мисс Уокер затуманилось от размышления.
— Это на самом деле глупо, — сказала она.
«Возможно», — подумал Пол.
— Не имеет значения, — сказал он. — Выкладывайте, что там у вас.
— Ну, эта мысль пришла мне в голову, когда мои друзья рассказывали о том, что я вытворяла на сцене. — Она криво усмехнулась. — Мне было трудно поверить, что трамвая на самом деле не было. Я до сих пор до конца в это не верю. Может быть, вы поместили меня в макет трамвая с кучей актеров. Ох, я не знаю! — Она встряхнула головой и прижала руки к глазам.
То, как она произнесла: «Я не знаю!» — напомнило Полу его собственную идею: ТУ идею. Он решил побыстрее отделаться от мисс Уокер, чтобы довести свою мысль до логического завершения.
— Так что там насчет трамвая? — спросил он.
Девушка встревожилась.
— Мне показалось, что я в настоящем трамвае, — сказала она. — Не было ни зрителей, ни… гипнотизера. Ничего. Лишь реальность поездки в трамвае и усталость, как после тяжелой работы. Я видела людей в трамвае. Я обоняла их. Я чувствовала трамвай у себя под ногами. Я слышала, как звенят монеты в кассе и все, что можно услышать в трамвае: разговоры, мужчина разворачивает газету. Я видела толстого мужчину, сидящего передо мной. Я попросила его уступить мне место. Я даже смутилась. Я слышала ответ и села на его место, оно было теплым, и я чувствовала, как люди давят на меня с обеих сторон. Это было очень реально.
— И что же вас беспокоит? — спросил Пол.
Она подняла взгляд от своих рук, крепко зажатых между колен.
— Что меня беспокоит? — сказала она. — Этот трамвай. Он был настоящий. Такой же настоящий, как и все, что я когда-либо знала. Такой же реальный, как и разговор с вами. Я верила в это. Теперь мне говорят, что трамвая не было. — Она снова посмотрела на свои руки. — Чему мне верить?
«Это приближается к ТОЙ идее», — подумал Пол.
— Можете ли вы выразить то, что вас беспокоит как-нибудь по-другому? спросил он.
Она посмотрела ему прямо в глаза.
— Да, — ответила девушка. — Я думала, пока мои друзья смеялись. Я размышляла. Что, если все это, — она взмахнула рукой, — все наши жизни, наш мир, все, что мы видим, чувствуем, слышим, обоняем или осознаем каким-нибудь образом, является тем же самым. Гипнотическим обманом!
— Именно! — выдохнул Поя.
— Что вы сказали? — спросила она.
— Я сказал «именно»!
Ее брови подпрыгнули.
— Почему?
Пол повернулся к ней и оперся левым локтем на туалетный столик.
— Потому, — сказал он. — Что в тот самый момент, когда я рассказывал вам, что вы будете делать, когда проснетесь, в тот момент, когда я давал вам команду, приведшую к видению, мне в голову пришла та же самая идея.
— Боже мой! — вскрикнула она. Именно кротость ее восклицания заставила его казаться более страстным, чем если бы она богохульствовала.
Пол вернулся к зеркалу.
— Интересно, может быть, телепатия и существует?
Мисс Уокер смотрела на него в зеркале. Комната, казалось, вытягивалась сразу за ней.
— Это была такая идея, которую я не могла носить в себе, — сказала она. — Я рассказала своим друзьям, но они только посмеялись надо мной. Под горячую руку я решила вернуться сюда и поговорить с вами, пока я еще в состоянии управиться со своими нервами. В конце концов вы — гипнотизер. Вы должны в этом разбираться.
— Для этого потребуется заглянуть внутрь, — сказал Пол. — Я думаю… Он повернулся к мисс Уокер. — Что вы делаете сегодня вечером?
Выражение ее лица изменилось. Она смотрела на него так, словно ее мать нашептывала ей на ухо:
«Осторожно! Осторожно! Это же мужчина!»
— Ну, я не знаю, — ответила она.
Пол изобразил свою самую обаятельную улыбку.
— Я не закулисный волк, — сказал он. — Пожалуйста. Я чувствую себя так, словно кто-то попросил меня разрубить гордиев узел, и я уже почти сделал это, но мне нужна помощь.
— Что мы можем сделать? — спросила она.
Теперь уже Пол заколебался.
— Есть несколько путей решения проблемы, — сказал он. — Мы в Америке только начали изучать явление гипноза. — Он сжал кулак и осторожно стукнул им по туалетному столику. — Черт! На Гаити я видел знахарей, знающих об этом побольше меня. Но…
— С чего вы начнете?
— Я бы… я бы… — В течение мгновения Пол смотрел на нее, словно видел впервые. — Я сделаю вот что. Устраивайтесь поудобнее на диване. Откиньтесь назад. Вот так.
— Что вы собираетесь делать?
— Ну, — сказал Пол. — Довольно точно установлено, что эти сенсорные галлюцинации сосредоточены в одной из частей человеческого мозга, раскрепощаемой гипнозом. Использование гипноза дает возможность добраться до команд других гипнотизеров, заложенных туда. Я собираюсь погрузить вас в глубокий транс и поручить разыскивать эти команды самостоятельно. Если что-то приказывает нам жить иллюзиями, то команда должна быть именно там, вместе со всеми остальными.
