будто обращалось в стекло или горный хрусталь, – однако же не исчезало; Рико с изумлением увидел, как по одному из коридоров над ними пробежал вполне зримый человек, вероятно, кто-то из замковой обслуги, не ведающий, что снизу его наблюдают десятки глаз.
Чуть вздрогнул пол под ногами – это Великая Машина, остатки ее, все еще укрытые в подземных залах, заработали по-иному, питая и направляя эту странную магию.
Линии стремительно расползались, и взору Рико открывалось почти все плато, отлично видимое, хотя снаружи царила ночь; магия делала куда более заметными уцелевшие машинные залы, достраивавшиеся в мастерских конструкты и конструкты работающие, тянущиеся от Твердыни ввысь. И золотую сеть, лежащую в аэре, окутывающую весь мир, она проявляла и приближала тоже.
– Ух ты, – пробормотал господин второй некромастер, задрав голову вверх. Теперь-то стало ясно, что линии-ростки придуманы не просто так – они соединили воедино два сложнейших элемента будущей волшбы: подземную магическую фигуру и золотую сеть заклятий, лежащую высоко над землей, погруженную в море разлитой в аэре силы.
Да, линии стремительно дотянулись туда, хоть пара их и угасла, поглощенная бушевавшим над Твердыней Древним.
И, едва они коснулись сети, в ночи над Араллором вспыхнули небеса.
– Protenus[26], – прошептал Кор Двейн.
Глава XXVII
Клара Хюммель, едва выведя своих за пределы аэра, потребовала отчетов. И выслушивала их, не отвлекаясь от изучения драгоценных своих кристаллов. Какого демона! Все равно обычные дружинники вряд ли смыслят в высшей магии, а без нее не понять того, что вложено в мерцание розовых, синих и прозрачно-золотых амулетов.
– Сия фортеция обширна, – сосредоточенно докладывал гном с перекинутым за плечо огнебросом самого устрашающего вида. – Почти во все плато раскинута, чуток до отрогов не добирает. Укрепления не везде, а лишь посередке, башни там, стены повыше, навроде цитадели, прочее лишь стеной в три роста моих ограждено. Врат входных, однако же, вовсе нет. В двух местах, правду сказать, стена обрушена – может, там и были врата али створка какая, сейчас не поймешь. Внутри затворились, кто – неведомо, силой швыряют крепко…
– Крепко – это как? – рассеянно уточнила Клара.
– А так, госпожа, что я таковой силищи отродясь не видал, – осклабился гном. – Заклятия камень плавят, ровно воск, воздух в огонь обращают, гадов всяческих творят и тут же изничтожают. И все вроде как играючи.
– То есть, по-твоему, крепость вполсилы оборонялась? Как ты это понял?..
Гном хотел что-то сказать, однако один из орков-варлоков исподтишка ткнул его окованным медью концом посоха.
– Д-дык… – замялся подгорный воитель. – Чуйка, значит, у меня, госпожа. Чуйка такая вот.
– Чуйка… – протянула Клара Хюммель. – Что ж, достойнейший, э-э…
– Дротмар, госпожа чародейка, Дротмар имечко мое.
– Да, достойнейший Дротмар, благодарю за труды. Чуйку твою вполне подтверждают мои кристаллы.
И прочие дружинники, кто докладывал о своих наблюдениях и измерениях, говорили о том же: мощь, накопленная крепостью, куда больше той, что она направляла против разъяренного Древнего бога, золотая сеть в небесах неведомым образом связана с крепостью и ее обитателями… хотя как же неведомым? Некромагические конструкты, при одном взгляде на которые у Клары к горлу подступала тошнота, очень даже явственно связывали аэр и «фортецию».
Но было и что-то еще. В заклятиях, которыми крепость отвечала на атаку, крылись те же колебания силы, что и в золотой сети, оплетающей мир. То есть чародеи, творившие эти заклятия, были с нею тесно связаны, настолько тесно, что казались чуть ли не ее составными частями.
Клара о подобном чародействе никогда не слыхивала, но сейчас недосуг было гадать, как именно это может быть устроено.
Главное – разрушив сеть, боевые маги нанесут урон и Безумным Богам.
– А ты не думаешь, Клархен, что эта паутинка должна быть серьезно защищена от таких, как мы? – спросил Мелвилл, которому она изложила свои выводы. – Если уж эти маги, с парочкой которых целый отряд Гильдии справиться не смог, вынесли часть себя в аэр – неужто бы они ее не защитили?
– Но мы же спустились сквозь нее, – возразила Клара. – Мы ушли и вернулись. И никаких последствий.
– Но ты так и не смогла ее повредить! И не трогала фокусные центры, амулеты. А мы собираемся ударить именно по ним!
– Не учи ученую, Мел, – усмехнулась Клара. – Мы ж не будем лупить со всей дури. Вначале аккуратно пощупаем, что там вложено, разберемся, а уж потом… Или у тебя другое предложение?
Мелвилл почесал в затылке.
– Да есть и у меня чуйка, Клархен, что не все так просто с этой сетью… Она и с крепостью связана, но она же и весь мир замыкает, как бы отделяет его от Межреальности. Пока просто лежит, никому не мешает, а как заработает – что тогда? Совсем Араллор от вселенной отрежет? А зачем, ты не думала?
– Не думала и не собираюсь, – отрезала Клара. – Они ж там безумцы, Безумные Боги, одно слово! Небось тешат себя мыслью, что вот сделают себе отдельный мирок и заведут в нем иную жизнь, не как во всем Упорядоченном. Сделаются богами, великими, могучими и справедливыми. Все они одинаковы, Мел, эти чародеи, – силы накопят и сразу принимаются мир под себя перекраивать, не считаясь с пролитой кровью… Прав мессир, сто раз прав, надо это безумство на корню выкорчевывать!
– Я-то хотел предложить не с амулетов начать, а с конструктов. – Мелвилл присел рядом. – Именно они снабжают силой все эти построения. Перережем приток силы – проще будет справиться с безумцами, мир опять же сохраним… Дракону Времени поможем, чем можем…
– Я думала об этом, – Клара покачала головой. – Это решение напрашивается, правда? Но теперь я вижу, как велик риск получить разливы силы – после того, что случилось внизу, когда мы уходили. Мы ведь не зря спускались в мир, измерили все, до чего смогли дотянуться… Через этих «пиявиц» ненасытных прокатываются гигантские сгустки, если такой выльется наружу – все вокруг сожжет. Вероятность этого крайне велика, Мел. Нет, так рисковать я не могу, простой путь здесь не годится.
– А разве атака на амулеты, не до конца понятные, – не риск?
– Риск, но меньший.
Мелвилл вздохнул, возражения кончились. Клара обдумывала, что сказать другим отрядам Гильдии, ждавшим приказа. Ударить требовалось одновременно, но – Мелвилл прав! – ударить с умом, так, чтобы поразить сеть без ущерба для себя.
И – как можно быстрее.
Над миром уже сгустилась ночь, здешнее солнце закатилось за круглый бок Араллора, в аэре угас последний его отблеск. Ярче засветилась разлитая в аэре сила, вспыхнула золотая сеть, особенно возле стянувших ее амулетов. Некроконструкты,
