Альфстанну на лжи. — По лицу королевы мелькнула лишь тень торжествующего злорадства, но Брайс понял, что именно этого она и жаждала. — Все ведь знают, как именно карается ложь короне? — Хеледд искоса оглянулась на отца. Брайс был задумчив и сосредоточен.
— Хорошо, — сказал он. — Думаю, этим ты вполне можешь заняться сама. Мне, как ты понимаешь, надо придумать, что делать с их победой.
— Думаешь, он всерьез? — засомневалась Хеледд.
— Почему-то уверен. Но, конечно, сначала дождусь подтверждений. А потом в самом деле придется думать, как вывернуть это нам на благо, Хеледд. Победа врага даже над другим врагом — это повод для скорби. А мы вроде как должны радоваться, хотя бы публично.
— А непублично, — Хеледд поднялась на ноги, — необходимо убрать оставшихся смотрителей. — Голос королевы стал жестче. — Разве ты не должен был устранить их еще раньше? — оглянулась она на отца с таким требованием, что тот даже встал. — Вы же говорили, что наняли лучших убийц!
— И они сделают свое дело, Хеледд. Возьми себя в руки. Валисса и Девирн закончат начатое. Займись новоявленными голубками, а я, — Молдвинн прохрустел шеей, — возьму на себя Берег. Таламрин хочет быть героем? Таламрин хочет награду для героя? — оскалился он, глядя на дочь. — Сначала стоит спросить разрешения у папочки.
— Как вы оказались здесь? — спросила Альфстанна, открывая дверь покоя. На этот раз фрейлины немного отстали и замешкались у входа, и стражи Айонаса, которым тот велел оставаться снаружи, практически загородили проход, не давая пройти. — Впрочем, Толгримм, — ответила девушка сама.
— Именно так, — кивнул Айонас, проходя внутрь. Комната показалась ему приемлемой. В отличие от остального, что он увидел и о чем Толгримм сообщил в донесении.
— Он что-то рассказывал?
— Разумеется. Что если я не потороплюсь, то одними плетьми дело не кончится.
Альфстанна отвернулась, потянув на себя один из рукавов. Айонас без труда распознал смущение, и в душе у него дрогнуло: она горделива, но довольно скромна.
— Спасибо, — шепнула Альфстанна.
Диенар присел на кровать, облокотился на колени широко расставленных ног. Чуть качнул головой, наблюдая, как девушка подходит к туалетному столу и опирается в него ладонями так, что задираются плечи. Она больше ничего не добавляла, и Айонас спросил сам:
— Я все же жду твоего «но»?
— «Но»?
— Ты не скажешь, что мне не следовало приезжать, и ты бы справилась сама?
Стабальт быстро оглянулась на Айонаса, и в её взгляде мелькнуло неопределимое для Айонаса чувство. Что-то, похожее на злость и презрение одновременно: мол, вы настолько низкого мнения обо всех вокруг, милорд? Но наверняка Айонас бы не сказал. Девушка отвернулась, уставившись в небольшое зеркало на столе, и ответила:
— По-моему очевидно, что я бы не справилась.
Айонас кивнул, колеблясь, продолжать допрос или нет.
— И даже не возьмешься извиняться за поцелуй? Не потребуешь извинений с меня?
На этот раз Альфстанна обернулась рывком:
— Вам нравится все портить? Или пытаетесь уколоть меня тем, что я сказала вам в прошлый раз, будто и женщины на что-то годны, а теперь выясняется, что нет?
Айонас выгнул брови и рот одинаковыми перевернутыми подковами:
— Нет, и в мыслях не…
— Думайте, что хотите. — Альфстанна взяла себя в руки и подошла к окну, обхватив себя за плечи. Айонас тоже встал. Он понял, что перегнул палку, и поторопился вернуть их настрой взаимного расположения.
— Я думаю, что ты самая удивительная женщина, которую я знал.
Альфстанна словно не слышала и, закрыв глаза, рассуждала тоном гораздо более спокойным, чем сама от себя ожидала.
— Нам всем вовсе не нужно нравиться друг другу.
«Ошибаешься», — подумал мужчина, приближаясь.
— Достаточно того, чтобы наше содружество принесло успех, и эта курица слезла с трона, который для неё слишком велик. Вы уже посылали за Вектимаром? — спросила Альфстанна. И все-таки нервы у неё от напряжения звенели так, что, казалось, весь дворец слышит. Ей надо поспать.
— Да. Но он отказался даже принять гонца. Мы ничего не добились.
— И не добьетесь, — сообщила Стабальт. — Его сын здесь.
Айонас остановился сбоку от девушки и замер.
— Аберт? — переспросил он.
— Да, — кивнула Альфстанна. — В одной из камер самого правого коридора в темницах.
— Как ты уз… — Диенар замолчал, ответив себе сам. — Альфстанна, — позвал мужчина. — Они сделали еще что-нибудь, там, в темницах? Что угодно, о чем ты не сказала даже Толгримму?
Девушка качнула головой, ответив: «Нет» таким тоном, что Айонас так и не смог определить, говорит она правду или лжет.
— Раз уж вы здесь, надо придумать, как вывезти отсюда Аберта Вектимара. И сразу, сразу мчитесь к его отцу! — Августа вскинула на Диенара пронзительно-голубые глаза. — Благодарность его будет велика, как и лютая ненависть к Молдвиннам. Обе его неудачи связаны с ними, дадим ему шанс смыть кровью все пятна, какие захочет. Тогда он, вы и я точно будем на передовой. Ллейд, если даже попадет под опалу отца, найдет способ прислать хотя бы Гессима. В этом случае единственной спорной задачей является прежде Хеледд объяснить происходящее моему отцу, — говорила Стабальт, — потому что иначе он может разозлиться настолько сильно, что примчится сюда лично, задать мне трепку.
— И с тобой будет то же, как с Вектимаром? — понял Айонас.
— Именно. Отца захватят в плен, чтобы с легкостью шантажировать меня. Надо лишить её контроля над отдельными членами совета.
— А Лаудан? Он может встать на сторону Хеледд?
Альфстанна повела плечом:
— Может, но вряд ли. Он, как и Эйнсел, выбирает сторону победителя. Хотя, кто б его знал. — Она отвела взгляд. Тяжелая продольная черта промеж бровей перечеркнула девичий лоб. Альфстанна потерла его кулаком — со стороны соединения большого и указательного пальцев. Потом приложила руку к губам.
Айонас, наблюдая, осторожно коснулся женского плеча, ближе к локтю. Стабальт одернулась, едва не потеряв равновесие. Диенар приблизился еще, и девушка предупреждающе мотнула головой: не смей.
— Закрой глаза, — попросил Айонас.
— Август, — неопределенно попросила девушка, глотая привкус собственного сердцебиения.
— Закрой глаза, — попросил он еще мягче.
— Зачем это?
— Не доверяешь мне? Мы ведь союзники, разве у нас не одна цель?
— То есть вас сейчас… в том, что вы затеяли, вас ведет цель? Стремление свергнуть Молдвиннов?
Айонас засмеялся. Потом облизнулся и сказал:
— Альфстанна, я примчался сюда по первому донесению Толгримма. Что еще тебе нужно, чтобы самой ответить на свой вопрос? — Он смотрел в глаза Стабальт прямо, не позволяя
