Не ссы никого, если что, скажешь, что меня знаешь.
- Тебя кто покусал? Где академическая лаконичность и чёткость формулировок? А казался культурным молодым человеком. – покачал я головой.
- Бывает человек порядочен и скромен, но вот показать этого не может. – отмахнулся Андр. – куда тебя распределили?
Я показал сообщение от штаба, развернув голографический интерфейс с текстом и отметками на карте.
- М-м-м, поближе к штабу, тоже не плохо.
- А зачем вообще… Ну, офицеры даже в этом средневековье не лезут в гущу боя, а уж нам, цивилизованным, это и вовсе не к лицу.
- Вынужденная мера. Там связь работать не будет, все решения придётся принимать оперативно на ходу, и управлять в ручном режиме, как в старые добрые времена. И не надейся геройствовать, штаб всё равно будет за спиной. Красиво голову не сложишь. Да и штаб – не совсем правильное слово, часть руководства остаётся здесь, контролировать ситуацию по спутникам, оперативно реагировать, корректировать работу артиллерии и авиации. Ладно, мне бежать надо. Дел много, времени впритык.
- Постой, у меня просьба. Надо раздобыть снотворное, безопасное для беременной.
Андр смерил меня подозрительным взглядом.
- Пипец у вас ролевые игры. Что, собирается увязаться следом? У нее не выйдет, тут контроль и точность как в аптеке, план и так хромает на обе ноги, так что порядок на стадии организации – тот минимум, который мы можем и обязаны обеспечить.
- Да я понимаю, но лучше перебдеть чем недобдеть. С неё станется, проберётся с грузами, или выдаст себя за кого-нибудь в экзоскелете. Не хочу рисковать.
- Я посмотрю, что можно сделать. Но через часик напомни, а то забегаюсь, забуду.
Только вечером, получив заветный порошок, я успокоился. Конечно, подсыпать его тоже тот ещё квест, но это уже дело техники. Если медики не соврали, то вечером выпив, проснётся не раньше обеда. Плохо, что утром в щёчку не поцелует, и белым платочком на дорогу не помашет, но придётся так, сама вынудила.
Надо и мне немного хапнуть, а то и сам не засну. Вроде и план есть. И солдат тысячи. И поддержка техники. Да и рисковать жизнью не привыкать. Но впервые мой барометр оптимизма, уверяющий, что выйду сухим из передряги, заткнулся, и скромно помалкивает. Это ни о чём не говорит, хоронить себя рано, но и расслабляться не стоит…
Интерлюдия 25
Свист. Свист и гул.
Непривычные звуки в небе заполнили всё пространство. Ночью было плохо видно, но после восхода, появилась ясность.
Люди, успевшие привыкнуть за последние несколько недель, к чудесным возможностям Предков, вернувшихся, в час, когда беда, невиданная до селе, пришла в их дома, смотрели ввысь на пролетающих железных исполинов и что-то мелькающее так быстро, что глаз просто не успевал зафиксировать…
Бесконечная вереница беженцев, принесла страшные вести с королевств, граничащих с Демонским Кряжем. Нереальные, неправдоподобные истории о море тварей, конца которых не видно за горизонтом. И если бы не сотни тысяч двигающихся, с одинаковыми рассказами и пустыми глазами, то никто и не поверил бы, настолько дико звучат новости. Самые сообразительные уже собирают пожитки и присоединяются к человеческой реке.
Свист. Свист и гул заполнили всё пространство.
Арт-подготовка началась задолго до вылета авиации и продолжилась даже когда машины с пехотой уже подлетали к горам, в которых скрывался Аванпост.
Артиллерия расширяет плацдарм в точке высадки, максимально близко к аномальному району. Боевые вертолёты очищают небо от летающих пришельцев, защищая десантные боты.
Начало конца или конец начала. Люди готовились к последней битве, но ситуация вышла из-под контроля, и враг уже не тот, и цивилизация провалилась в дремучее невежество, и времени на полноценную подготовку не хватило.
Человечество технологически развитей, большинство прошло обучение и тренировки. Но демонов больше, они яростны, а нарушение законов физики в районе червоточин лишают людей козырей. Две симметричных силы. Чаши весов качаются, и даже самые прозорливые не смогут дать точный прогноз.
Глава… Последняя!
Утро начинается не с кофе…
Хотя мой и начался с чашечки этого, вроде бы бодрящего напитка, но эффекта нет – веки слипаются, в голове гул.
За ночь так и сомкнул глаза. Не рискнул пить снотворное, опасаясь проспать самую весёлую тусовку тысячелетия. И судя по лицам в вертолёте, не я один бодрствовал, эту, возможно последнюю в своей жизни, ночь. Сонные, но ни следа обречённости.
Вот Вимон тихо переговариваются с парой других «смельчаков». Сами подняли тему их недавнего плана по возвращению власти в Дармессе, сами посмеялись над бывшей наивностью. Ну да, в окопах мировоззрение меняется: наносное сносит ветром размышлений о главном и вечном, оставляя истинные ценности. В критической ситуации человек раскрывается, скидывает шелуху, обнажая всё самое сокровенное и потаённое. Хочешь проверить друга – тащи в горы, как завещал философ – Высоцкий, или на войну, как только что открылось мне. И хотя мы летим в горы, думаю, определяющим является смерть, маячащая за спиной, а не снежные пики и крутые утёсы.
Обычная ситуация, в любой другой ситуации осталась бы не замеченной, но сейчас откровенно
