ее служанку, допросили, узнали, что за этим коварным планом стоит четвертый принц и Сюэ Сюэ. Скорее всего, их тоже схватили. И Сюэ Сюэ испытывал сейчас те же страдания, что мои мама и папа в прошлой жизни.
Теперь я была уверена, что убийц подослал Сюэ Сюэ. Наверное, услышал, что я испортила ему замыслы и в последний момент из-за невыносимой злобы подослал в наше поместье убийц. Я почти слышала, как он прошипел:
— Если мне суждено умереть, тогда умрем вместе!
Но он ошибся! Умрет он один. А я… я буду жить счастливой жизнью в мире, где нет Сюэ Сюэ!
Вскоре Кан Цзеси прислал отчет о текущем состоянии переданных мне заведений, личные замечания и предложения, а также краткие выжимки из учетных книг. Он знал, что я любила проверять расчеты. Император, а вернее, его советники, подошли к выбору даров весьма продуманно и основательно. Благовония и вышивка считались достойными занятиями для благородных девиц, так что управление этими лавками не бросало тень на мою репутацию. К тому же, оба заведения находились недалеко от Павильона и приносили немалую прибыль.
Мама недовольно хмурилась, когда видела, что я сижу на кровати, обложившись бумагами, но не запрещала, лишь грустно вздыхала.
Рана понемногу затягивалась. Я старалась поменьше двигать правой рукой, но уже могла надевать что-то помимо легких домашних халатов. Вот только стоило выйти в сад и увидеть террасу, как я вновь тонула в том же кошмаре. Мне казалось, что сейчас в меня полетят стрелы, слышался их свист, повсюду на узорчатых крышах виделись смутные тени. И ведь это происходило в поместье моего отца, где я родилась и выросла.
Я попросила позволения перейти в другой двор, а лучше — на другой конец поместья, чтобы ничто не напоминало мне о пережитом. Вместе с мамой мы обошли все уголки на женской половине. За долгие годы без жильцов многие дворы изрядно заросли и обветшали. Отец не держал столько слуг, сколько заслуживало это поместье, да наша семья после отъезда братьев и сестер и не нуждалась в этом.
Мама беспрестанно качала головой от досады и повторяла, что слишком запустила поместье.
— Если приедут твои братья и сестры, где им жить, если всё в таком состоянии. Нет, с этого дня я возьмусь за поместье Ли. Если бы мать мужа могла ходить, она бранила бы меня с утра до вечера.
Я выбрала небольшой уютный дворик под названием Белая сосна. Ми-Ми очень понравилось взлетать по гладким стволам сосен, и я не могла отказать ей. Мама созвала слуг, велела вычистить черепицы от мха, убрать заросли травы и отмыть весь дом начисто. Скорее всего, здесь потребуется заменить некоторые столбы, обновить окна, полностью убрать старую мебель и покрыть лаком полы. Я захотела одну комнату украсить узорами из нашей глазури, а мебель взять из даров императора. Словом, работы здесь было по меньшей мере на неделю.
Грядущий переезд внезапно вдохнул в меня смелость. Я каждый день ходила во двор Белой Сосны, чтобы наблюдать, как старый запущенный уголок постепенно оживал и обретал свое тихое очарование. Правда, по той террасе я больше не ходила, предпочитая сделать большой крюк, чем ступить под ту крышу и увидеть на столбах шрамы от стрел.
Когда я в очередной раз собиралась проведать свой будущий дворик, а Ми-Ми подпрыгивала на полу перед дверью, в покои влетела Ши Хэ и с порога выкрикнула:
— Юная госпожа, девятый принц хочет прийти с визитом в ваше поместье!
— Де-девятый принц? Он уже здесь?
Я метнулась к зеркалу. О небеса, ну что за вид? Этот наряд никуда не годится.
— Нет! Но он прислал визитную карточку и написал, что придет вечером, когда господин Ли вернется со службы.
И то правда! Он же не Сюэ Сюэ, чтобы врываться в поместье в отсутствие господина. Хотя сейчас в доме был мужчина, пусть и такой негодящий, как Ли Жуй, так что приличия всё равно были бы соблюдены.
— Подготовь мне другой наряд. Тот, что пошили из облачной парчи. Нет, это будет слишком вычурно для домашнего визита. Лучше темно-сливовый с журавлями. И подготовь украшения, хотя бы одно должно быть из даров императора. И Ми-Ми! Посмотри, ее шерстка совсем перепачкалась в смоле. Еще вели согреть воду для омовения.
— Да, госпожа Ли!
Интересно, что он мне скажет? Извинится ли за свои резкие слова? Он ведь не верил, что в том масле был яд. Как я тогда терзалась, посчитав себя глупой и легкомысленной! Но ведь права была я, а не он. Просто Муюнь всегда подсовывала дознавателям неотравленное масло, а служанка Ченси выкрала нужный флакончик. Может, теперь мне дозволено носить одежды дознавателя?
Я вымылась, Ши Хэ натерла мою кожу маслами, помогла просушить и уложить волосы. И когда я переодевалась в темно-сливовый наряд с журавлями, вошла мама. Ее лицо было бледным, в изгибе бровей и губ чувствовалась отчаянная решимость.
Что случилось?
— Лань-Лань, я должна тебе кое-что рассказать, — твердо сказала она.
— Про девятого принца? Я знаю, Ши Хэ уже всё разболтала, — улыбнулась я, расправляя ткань на талии.
— Мы с отцом не хотели тебе говорить, ведь ты была ранена и напугана. Лекарь Е не единожды повторил, что тебе нужен покой. Но раз уж к нам собирается прийти девятый принц, ты должна знать. Надеюсь, Вэй-Вэй простит меня.
Улыбка сошла с моего лица. Я забыла про наряд, подошла к маме и заглянула в ее глаза.
— Что такое, мама?
— То расследование во дворце наследного принца… Он прошло не так, как ты думаешь.
Я опустилась на диванчик и несколько раз моргнула. Где-то за висками медленно начала пульсировать боль.
— Но почетное прозвание? Дары? Лавки?
— Это всё правда, — поспешила успокоить меня мама. — И прозвание, и лавки — всё это на самом деле даровано тебе императором. Наследный принц скоро выведет яд из своего тела и излечится.
— Тогда что же не так?
— Наложница Муюнь ничего не знала о яде, как и ее служанка. Они всего лишь угождали наследному принцу и исполняли его прихоти. Отравитель — тот, кто делал масло. Он давал его по одному флакону перед каждым визитом наследного принца и то добавлял яд в масло, то не добавлял.
— Очень умно, — кивнула я. — Убийство чужими руками. Потому служанка и не боялась отравиться сама, она попросту не знала о яде. И кто
