Силы небесные, просто не могло быть худшего скандала, чем побег, возможно, даже убийство, или даже… Внезапная мысль ворвалась в сознание, как порыв ветра в открытое окно.
– А почему Джилли поехала с ним? – спросила она. – Мистер Фитцпейн, чем больше я об этом думаю, тем больше это меня озадачивает. Почему она согласилась бежать с Карлтоном, когда они и так должны были вскоре стать мужем и женой? Возможно, она просто не понимает, как он собирается поступить с ней.
Фитцпейн покачал головой.
– Конечно, она не догадывается о его истинных намерениях. Дело в том, что она думает, будто уехала со мной.
– С вами? – воскликнула леди Редмир в крайнем изумлении.
– Да. Хотя я не уверен, что мне до конца понятен план Карлтона, вполне очевидно, что он солгал ей о том, кто он, и уговорил ее, как Эдвард Фитцпейн, бежать с ним в дом вашего мужа в Лондоне. Скажу больше: она бы никогда не согласилась на это, зная, что ее спутником будет сам Карлтон. Похоже, что в последние несколько недель у нее возникли опасения по поводу его репутации.
– Все это так странно. Джулиан никогда и словом не обмолвилась о своих опасениях. Что же побудило Карлтона так чудовищно обмануть ее?
– Боюсь, он пришел в бешенство. Он вознамерился отомстить тем, кто так основательно очернил его в глазах его невесты. Джулиан, по-видимому, приехала на постоялый двор узнать, хочет ли он в действительности жениться на ней. Я полагаю, именно там у него и возник этот преступный замысел.
Он сжал руку леди Редмир и продолжал:
– Я знаю Карлтона много лет. Я не припомню, чтобы он вел себя бесчестно по отношению к женщинам. Убежден, он вскоре одумается!
– Но так поступить с моей бедной Джулиан, будучи уже почти на ней женатым?
– Подумайте, как унизительно должно было быть для него положение самой желанной добычи, за которую уже много лет сражаются лондонские невесты.
– В настоящий момент мне трудно испытывать к нему глубокую симпатию!
– Но вы же не станете отрицать, что те сплетни, которые обрушились на вас и вашу дочь, были вызваны ревностью и завистью со стороны дам, которых Карлтон отверг? Согласитесь, это вполне обычное явление, когда женщина дискредитирует мужчину, если ей не удалось его заполучить!
– Пожалуй, – согласилась она. – Это неприятно, но думаю, вы имеете право так говорить. Значит, его оклеветала какая-то из отвергнутых им женщин?
– Я так думаю. Скажу также, что я здесь не только потому, что считаю его неправым, но и потому, что чрезвычайно ценю его. Жаль, что у вас и вашей дочери не было возможности лучше узнать его до заключения брака. Тогда бы вы не верили нелепым слухам о нем.
– Ваша преданность делает вам честь, мистер Фитцпейн.
– Карлтон всегда был мне прекрасным другом. Я должен попытаться помочь ему выбраться из этой авантюры, пока он не нанес себе и вашей дочери непоправимый вред.
– Тогда мы должны найти их! – заявила леди Редмир. Она нахмурилась и встряхнула головой. Губы ее задрожали, когда она сказала: – Теперь я вспоминаю, Джулиан пыталась рассказать мне о том, что угнетало ее, что она была несчастлива, но я не слушала. Я была слишком занята приготовлениями к свадьбе. Как бы теперь мне хотелось выслушать ее! Бедная моя, милая девочка! – Слезы снова побежали по ее щекам.
– Не сокрушайтесь так, миледи, – принялся утешать ее Фитцпейн. – Не стоит укорять себя за то, чего вы не сделали вчера, ведь это уже не поможет. Нам необходимо подумать о будущем, и если мы хотим исправить положение, нужно действовать немедленно.
Леди Редмир еще раз высморкалась и поблагодарила Фитцпейна за участие.
Она вдруг вспомнила о капитане и обернулась к нему:
– Джеймс, прошу вас, позовите мою горничную и… Господи, куда он делся? – Бека нигде не было видно. Она поднялась и, пожав плечами, сказала: – Я сама не знаю, зачем держу его при себе.
– Я подозреваю, что его привлекает щедрость благодетельницы, каковую он приобрел в вашем лице, – предположил Фитцпейн, также поднимаясь с кресла.
– Вы думаете, что я даю ему деньги? – спросила она, взглянув на него. Она совершенно не была оскорблена его предположением, поскольку он был не первым, кто предлагал ей подобное объяснение. Но Фитцпейн промолчал, и она, улыбнувшись, сказала:
– Ничего подобного. Хоть он и обойден судьбой, однако же не лишен средств, и обычно именно он оплачивает счета, когда мы путешествуем.
– В самом деле? – спросил Фитцпейн, очень удивленный. – Я думал, во всяком случае, помню, слышал однажды, что у него нет средств к существованию. Простите, если я обидел вас.
– Вовсе нет, – сказала она, направляясь к дверям.
– Полагаю, что и о вас тоже ходят подобные недоброжелательные слухи. Он не так состоятелен, чтобы жениться, но уж точно может позволить себе купить достаточно макассарового масла, чтобы чувствовать себя вполне довольным.
Фитцпейн рассмеялся. Леди Редмир взглянула на него и сказала:
– Благодарю вас, мистер Фитцпейн, вы поступили благородно. Я знаю, какими взаимными обязательствами чести вы, мужчины, обычно связаны, поэтому я не предлагаю вам просто свою благодарность. Что бы вы сказали, если бы я пригласила вас поехать с капитаном Беком и со мной искать их? Моя карета довольно вместительна и с хорошими рессорами.
– Принимаю ваше любезное приглашение, – он слегка поклонился и, помедлив, добавил: – Мне не хотелось бы огорчать вас еще больше, но решили ли вы, что делать с вашими гостями и что им сказать?
Леди Редмир похолодела. Она уже было взялась за ручку двери, но, услышав вопрос, Фитцпейна резко отдернула руку, точно ручка двери была раскаленной.
– О, Боже! – простонала она. – Я не подумала об этом! Что же делать?
В этот момент дворецкий принес известие, которое лишь подтвердило слова Фитцпейна: – кобыла, принадлежавшая ее дочери, исчезла.
– Не мучайтесь понапрасну, Бертон. Мистер Фитцпейн приехал с вестями о Джулиан, и мы обсуждаем, что нам следует предпринять. Пожалуйста, скажите слугам, что… о, Господи! – Она с мольбой посмотрела на Фитцпейна, не зная, как продолжить.
Он пришел ей на помощь.
– Может быть, вам стоит рассказать все Бертону, – ответил он, увлекая ее обратно в кабинет и жестом приглашая дворецкого последовать за ними. Когда дверь закрылась, он прибавил: – Не сомневаюсь, он сообразит, что лучше всего сказать вашей прислуге.
Дворецкий спокойно выслушал все и вежливо ответил, что, по его мнению, слугам и гостям следует сообщить, что мисс Редмир решила не венчаться и заперлась в спальне, куда допущена лишь горничная. Разумеется, через день или два станет известно, что Джулиан вовсе не была в своей спальне, но эта отсрочка давала леди Редмир и мистеру Фитцпейну некоторое время, чтобы попытаться разыскать беглецов в Лондоне и придумать достаточно убедительное объяснение для многочисленных знакомых, пока это невероятное происшествие не стало всеобщим достоянием.
