– Да, так оно и есть, – согласился лорд Кинкейд. – У меня возникла важная проблема. Я должен был выбрать такой костюм, цвет которого удачно сочетался бы с фиолетовым цветом моего глаза.
Роуз, не выдержав, рассмеялась:
– Но ваш глаз сейчас гораздо лучше, чем когда я увидела его в первый раз.
– И уж совсем не так, как он выглядел бы, если бы к вам на помощь не пришла чемпионка по сражению на зонтах, избавившая вас от еще более жестокого избиения, – насмешливо улыбаясь, сказал барон.
– О, разумеется, – согласился лорд Кинкейд. – Тогда мои хлопоты по подбору цвета были бы совсем ни к чему, так как у меня просто не было бы возможности присутствовать на этом балу, да и на других тоже, еще в течение нескольких недель.
На это лорд Пауэрс с неодобрением произнес:
– Просто отвратительно, что в наши дни никто не может чувствовать себя в безопасности не только на пустынной дороге, но и в сравнительно респектабельной гостинице.
– Прошу меня извинить, – лорд Кинкейд вежливо поклонился, – но, кажется, пришло время пригласить мою первую партнершу.
– Что ж, желаю вам повеселиться от души. – Барон дружелюбно кивнул. – Будем надеяться, что ни один из многочисленных пуделей Гэсси Риплингер не заскочит в зал хотя бы в течение ближайшего получаса, как это не раз бывало, и не испортит нам праздник, верно, Кинкейд?
Виконт от души рассмеялся, а вслед за ним и остальные.
* * *
Роуз наслаждалась балом, даже несмотря на то что еще несколько дней назад не имела никакого желания ехать в Лондон, чтобы найти богатого претендента и сделать блестящую партию.
Она была счастлива прежде всего оттого, что ей довелось танцевать в первом туре с преподобным Артуром Фэрхейвеном. Хотя перед танцем Роуз нервничала и чувствовала себя неуверенно, все страхи как рукой сняло от общения с таким обаятельным джентльменом, чье поведение и добрая улыбка приносили облегчение любому человеку. Роуз не сомневалась, что это совершенно естественно для него – ведь обязанности священнослужителя в том и состоят, чтобы облегчать жизнь людям.
И все-таки брат Джайлза не был самым симпатичным джентльменом в зале. О разумеется, у него прекрасные вьющиеся волосы, и он очень высок… но еще и немного сухощав. Возможно, от этого преподобный Артур Фэрхейвен слегка сутулился, словно нес громадную тяжесть или хотел сравняться в росте с простыми смертными.
Как ни странно, особенно привлекательным его свойством в этих обстоятельствах было то, что он совсем не умел танцевать и все время пытался двигаться в направлении, противоположном движению всех остальных пар.
– Теперь вы понимаете, почему я избрал карьеру священнослужителя? – произнес Артур с добродушной улыбкой, провожая свою даму к тому месту, где стояла леди Хетти. – Просто никто не дал бы мне место учителя танцев.
Юная леди Джудит Фэрхейвен с готовностью приняла Роуз в число своих подруг и между танцами знакомила ее с другими девушками ее возраста. Разговор все время вертелся вокруг того, кто из присутствующих джентльменов более симпатичен, кто лучше танцует и, наконец, кто одет по самой последней моде, а кто нет.
– Полковник Эпплби определенно неравнодушен ко мне, – призналась Джудит. – Хотя он прямо пока ничего не сказал, но я и так все знаю. Он очень симпатичный, но ему уже за тридцать. Как вы считаете, он очень стар?
– Если вам будет хорошо с ним, – ответила Роуз, – то не думаю, что возраст имеет такое уж большое значение.
Джудит наклонилась поближе к ней.
– Зато мой главный поклонник, лорд Пауэрс, очень красив, просто душка и сын маркиза. Он любит меня и твердо намерен на мне жениться.
– Так вы уже обручены?
Лицо Джудит омрачилось.
– Вовсе нет. Дорогой Джайлз вбил себе в голову, что лорд Пауэрс куда больше интересуется моими деньгами, чем мной, и все только потому, что он проиграл свое состояние, и еще потому, что пытался сбежать с мисс Гамильтон в прошлом году, а она, как известно, очень богатая наследница. Но Бэзил объяснил мне, что просто эта леди была очень назойлива, а он не нашел в себе смелости отказать ей. И наоборот, он почувствовал большое облегчение, когда ее отец открыл их планы и положил им конец.
– Так он готов был жениться на ней только затем, чтобы не ранить ее чувства? – удивилась Роуз, однако Джудит оставила этот вопрос без ответа.
– Мы любим друг друга, – драматическим голосом произнесла она, широко раскрыв глаза, – а Джайлз жестоко и по-варварски обходится со мной. Он не позволяет мне оставаться с ним наедине, но мне это так нужно, мисс Моррисон… Могу я называть вас просто Роуз? Мы с ним хотим сбежать в библиотеку в то время, когда все будут думать, что мы танцуем. Вы поможете мне? Скажите Джайлзу, что у меня распоролся шов и мне пришлось удалиться в дамскую комнату.
– Но это было бы ложью, – возразила Роуз. – И потом, девушке неприлично оставаться наедине с джентльменом, не так ли?
– Поймите, нас хотят разлучить силой! – Джудит трагически закатила глаза. – Джайлз целую неделю держал меня дома взаперти!
– О Боже! – воскликнула Роуз и взглянула на виконта, с которым она так мило протанцевала второй тур. Он был хорош собой, вежлив и совсем не прочь поговорить с ней после окончания танца, чтобы развлечь. Еще он был так добр к ней и к Дейзи и даже проявил большую выдержку, не позволив себе разорвать Дейзи в клочья там, на Бонд-стрит, когда она, сама того не желая, поставила его в ужасно неловкое положение.
– Вы сделаете это для меня? – снова спросила Джудит. – Вы согласитесь, я знаю. Вы очень милая, Роуз, я тоже когда-нибудь сделаю для вас то, что будет вам очень нужно.
– Я на самом деле считаю, что вам не следует… – начала было Роуз, но в этот момент ее увел очередной партнер. Во время танца она издали внимательно наблюдала за лордом Пауэрсом, и он показался ей очень красивым. Так обещала она все же или нет? Определенно Джудит думает, что обещала, потому что промолчать – это все равно что согласиться.
Как раз следующий танец Роуз был отдан лорду Пауэрсу. Что ж, она сумеет найти подход к этому красавцу.
Как только начался танец, лорд Пауэрс, улыбаясь, спросил:
– Вы действительно дочь лорда Бригема, как здесь говорят?
– Значит, вам известно это имя? – Роуз с неподдельным интересом взглянула на своего партнера.
– Я не имел удовольствия быть знакомым лично, но много о нем слышал. Войдя в зал и увидев вас, я. сразу понял, как вы очаровательны, и теперь больше не могу смотреть ни на кого другого. Вы просто сразили меня, мисс Моррисон.
Это был единственный танец за весь вечер, который не доставил Роуз удовольствия. Как только он закончился, она отыскала Дейзи и без обиняков сообщила ей о возникшей проблеме.
