стойку.
— Большинство? То есть ты делал это не раз.
Его губы изогнулись. Не в улыбке. Почти. Но не совсем.
— Хороший бизнесмен всегда проверяет глубину, прежде чем нырнуть.
Я фыркнула, закидывая ногу на ногу.
— Очень гламурный способ сказать: ты взломал мою компанию.
— Взломал? — Он склонил голову набок, в глазах — явное развлечение. — Я бы скорее назвал это… проверкой на пригодность. Ты бы удивилась, как много так называемых «неприступных» систем рассыпаются под нужным нажимом.
Пальцы на моём колене едва заметно напряглись.
— А моя не рассыпалась?
— Нет, — признал он, наконец опускаясь на стул рядом. Поставил бокал. — Но мне нужно было быть уверенным, что мои бизнес-интересы не пострадают, если я решу с тобой сотрудничать.
Бизнес-интересы. Слишком размыто. Слишком… преднамеренно неясно. Я не собиралась отпускать это.
— И в чём конкретно заключаются твои интересы?
Он не ответил сразу. Смотрел. С той хищной терпеливостью, которая делает хищников страшнее любых угроз.
— Зависит от обстоятельств, — проговорил он, мягко, как шёлк. — Ты ищешь клиента, Адела? Или просто… любопытствуешь?
Я замялась. И не должна была. Этот крошечный момент дал ему то, что он хотел. Преимущество. Но то, как он произнёс моё имя… То, как его взгляд не дрогнул ни на секунду… Это скручивало живот тугим узлом.
— Я не веду дела с теми, кто торгует в тени, — проговорила я осторожно.
Он усмехнулся.
— Ты работаешь в кибербезопасности. Вся твоя карьера — в тени. Твой отец ещё тогда это понял, когда стал прикрывать незаконную деятельность нескольких компаний. Он сделал паузу. Улыбнулся уголком рта. — Ты защищаешь много плохих людей. Я некоторых из них знаю.
Чёрт.
— Что теперь? Если я откажусь с тобой работать — ты собираешься рассказать всему миру, что Sinclair Solutions защищает преступников и кровожадных ублюдков?
Он поднял руку. И до того, как я успела решить — отстраниться или остаться на месте — его пальцы коснулись моих волос, отводя прядь за ухо. Прикосновение — такое крошечное, почти обманчиво интимное, что по спине прошёл холодок.
Не позволив себе задержаться в этом мгновении, я резко встала, оставив бокал на стойке, и направилась к лифту. Я не могла продолжать это. Но не успела пройти и нескольких шагов, как в полутёмном коридоре он молниеносно преградил мне путь рукой.
— Давай поговорим о другом, — его голос стал мягче, опаснее. — О чём-то более… личном.
Живот скрутило в тугой узел.
— О чём? Что тебе, блядь, ещё нужно?
— Есть одна… тема, которая тебя гложет, — протянул он, и в голосе проскользнуло откровенное веселье. — Ты пытаешься её вытеснить. Но она ближе, чем ты думаешь.
Кровь внутри застыла. Я открыла рот, но слова застряли в горле.
Он усмехнулся — медленно, зная, что творится у меня в голове. Будто слышал этот хаос.
Он шагнул ближе. Моя спина упёрлась в холодное стекло. Город внизу всё ещё сверкал огнями. Но мир сузился до него. Он поднял руку. Пальцы скользнули по моей челюсти. Подняли лицо чуть выше.
— Сегодня ты вошла в змеиное логово, Адела, — прошептал он.
Большой палец провёлся по нижней губе. Медленно. Жгуче. Смертельно намеренно. — Ты должна меня бояться. Я знаю всё о тебе.
Дыхание стало рваным, неровным.
— Должна? — выдохнула я. — Ты толком ничего не сказал. Я уходила, потому что это — трата моего времени. Мне стало скучно.
В его взгляде мелькнуло что-то тёмное. Не злость. И не игра. Безумие. И вместо того, чтобы отступить, он остался. Пальцы на моей челюсти сомкнулись чуть крепче. Вторая рука легла мне на талию — твёрдо, властно. Он возвышался надо мной, и это голодное что-то, что не мог разбудить ни один мужчина — расцвело внутри. С моими 5 футами 4 дюймами2, он казался огромным. Едва ли не 6 футов 5 дюймов3.
Без раздумий я выдохнула вопрос, что разрывал изнутри:
— Что бы ты сделал со мной, если бы я открыла ту дверь тогда?
Губы Рэйфа приблизились к моим. Он позволил тишине растянуться — так долго, что я была уверена: он слышит, как бешено колотится моё сердце. А потом, наконец, он заговорил:
— Я бы трахнул тебя.
Я изо всех сил старалась сохранить твёрдый взгляд, хотя невольно сжала бёдра, сдерживая огонь, что внезапно вспыхнул между ними. Он заметил. Его взгляд скользнул по моему телу, жадный, внимающий.
— Но я позвал тебя сюда не ради удовольствия, — тихо произнёс он, хоть взгляд говорил обратное. — Я вызвал тебя по делу.
Я сжала кулаки. Он был слишком близко. Его слова касались моих губ, как угроза. Как обещание, которого я жаждала.
— По делу? — мой голос звучал увереннее, чем я себя чувствовала.
Он кивнул медленно, губы тронула хищная усмешка.
— Ты сделаешь то, что я скажу, Адела.
Я напряглась. Всё тело откликнулось на приказ в его голосе — остро, резко.
— И что именно ты требуешь?
Рейф наклонился, тёплое дыхание коснулось моего уха:
— Я знаю, чего ты хочешь больше всего. Больше, чем денег. Больше, чем власти или чего бы то ни было материального.
По спине пробежал озноб. Он не может…
— Ты меня не знаешь, — выдохнула я.
Он тихо рассмеялся. Низко, лениво, как будто играл со мной.
— Неужели?
Прежде чем я успела отстраниться, его рука резко метнулась вперёд — и вжала меня в стену рядом с огромным стеклянным окном. Из груди вырвался острый вздох. Пальцы сжались вокруг горла. Он не душил — но это был знак. Вкус власти. Контроля.
— Ты сопротивляешься, — произнёс он, склонив голову набок. — Но я чувствую. Этот конфликт внутри тебя. Тебе это нравится.
Живот сжался. Каждое нервное окончание предало меня — замерло где-то между страхом и… Его большой палец скользнул по моей шее, по пульсу — чувствовал, как бешено колотится моё сердце. Он прикрыл глаза, будто наслаждался.
— Знаешь, откуда такая уверенность?
Я сжала челюсть, не ответив.
Он улыбнулся. Медленно. Хищно.
— Из твоих грязных маленьких книжечек. Которые ты читаешь по ночам.
Моё тело застыло. В животе закипела тошнотворная волна. Нет. Моя реакция только больше его развлекла. Его пальцы сомкнулись сильнее — не до боли, но достаточно, чтобы голова слегка закружилась.
— Я знаю точно, чего тебе не хватает, Адела. Знаю, чего ты жаждешь. И могу поспорить, тот блондинистый болван не дал тебе и половины.
Я вцепилась ногтями в его запястье, сердце бешено стучало. Он… он взломал мои личные аккаунты. Мою закрытую библиотеку. Этот ублюдок узнал всё. Ярость вспыхнула, прожигая страх, но, прежде чем я успела вырваться или выругаться, его хватка чуть усилилась.
— Ты
