— Ты определенно не испытывал такого чувства ни к одной из своих пассий.
— Это было излишним. Но я никогда и не устанавливал таких правил со своими любовницами. Они всегда знали, что я не могу и не собираюсь вести никого под венец.
— Как и в нашем случае. Мы договариваемся, что будем избегать сердечных переживаний и не будем влюбляться. — Она погладила тыльной стороной ладони его щеку.
Николас покачал головой.
— Это не всегда бывает так просто, дорогая.
— Я это понимаю. Но мы заранее договоримся, что если один из нас почувствует, что его влечение превращается в нечто большее, тут же прекращаем наши отношения.
— Ну что ж, если ты хочешь установить такие правила, — он сделал небольшую паузу, словно у него имелись какие-то оговорки, — то я согласен.
— И что же дальше?
В его глазах заблестели золотистые искорки. Он взял ее за руку и молча повел в свою спальню.
Софи успела сделать глубокий вдох, пока его взгляд не испепелил ее окончательно. Его просторная комната была в точности такой, какой она себе ее и представляла. Огромная кровать занимала большую часть пространства, рядом с ней стоял ночной столик красного дерева. Возле камина располагались два кресла с подголовниками, обитые золотистым бархатом. Стены были оклеены синими обоями.
— Волнуешься? — спросил он.
Софи вскинула голову.
— С чего бы это?
— Я испытывал желание сорвать с тебя платье, едва ты вошла в мой кабинет.
Она нервно сглотнула, наблюдая за тем, как Николас подошел к зеркалу и повернул его в сторону кровати.
— Что ты делаешь?
От улыбки, которую он ей адресовал, у нее едва не подогнулись колени. От своей матери она слышала о многих удивительных штучках, которые мужчины любили проделывать в постели. Но Софи и предположить не могла, что ее тело так энергично отреагирует на мысль о том, что она будет наблюдать за тем, как Николас занимается с ней любовью. У нее мгновенно участился пульс и от вожделения, она увлажнилась.
— Иди сюда, — шепотом проговорил он, протягивая ей руку.
Она подошла к постели, где Николас поджидал ее. Он повернулся лицом к ней и снова поцеловал ее в шею.
По телу Софи пробежала дрожь, когда пальцы дотронулись до пуговиц ее платья на спине и стали их расстегивать. В зеркале под некоторым углом она могла наблюдать за этим как бы со стороны.
Он сбросил шелк с ее плеч, и его руки быстро расшнуровали корсет. В считанные мгновения Софи обнаружила, что стоит совершенно голой рядом с кроватью, а вся ее одежда валяется на полу.
Она еле держалась на ногах, пока он осыпал поцелуями ее спину. Затем медленно повернул Софи лицом к себе.
— Почему я совершенно нагая, а ты — нет? — спросила она и потянулась к его сюртуку.
— Это легко решаемая проблема, — отреагировал он и стал срывать с себя одежду, пока не оказался таким же обнаженным, как и она. — Ну, как, теперь лучше?
— Гораздо, — сказала Софи и потянулась к его члену. Она прошлась пальцами по всей немалой длине ствола, наблюдая за его реакцией в зеркале. Вспомнив рассказы матери о том, что мужчинам нравится больше всего, она прошлась языком по бархатной головке члена.
— Еще, — застонал он, потом поднял руки к ее голове и распустил волосы, которые водопадом упали ей на спину.
Она окончательно забрала член в рот. Подражая движениям, которые они проделывали в постели, она скользила ртом вверх и вниз по всей его длине.
— О, это свыше моих сил, — простонал Николас, глядя на ее старания в зеркале. — Софи, прошу тебя, больше не надо. — Он приподнял ее и прислонил к кровати. Его рот отыскал ее напрягшийся сосок и принялся его посасывать.
Она не могла оторвать глаз от зеркала, глядя на то, как он ласкал ее груди. Обняв его за спину, она застонала. Девушка жаждала, страстно хотела его.
— Николас, пожалуйста…
— Потерпи немного, — пробормотал он. И целовал ее всю, спускаясь к животу и лобку, пока не достиг самого сокровенного места. Он поместил одну из ее ног на кровать, чтобы иметь более удобный доступ к желаемому, а также для того, чтобы она могла в деталях видеть, что он делает.
Ей было видно все, что его язык проделывал с ней, и это едва не свело ее с ума от вожделения. Когда он ввел палец в нее, она застонала от сладострастия. Он водил пальцем взад и вперед, имитируя движения пениса. Сладостное чувство по спирали возрастало в ней до тех пор, пока она не почувствовала, что пришло время закрыть глаза и отдаться наступающему оргазму. Содрогаясь от ошеломительных ощущений, она со стоном произнесла его имя.
Николас, смеясь, снова повернул ее липом к столбику.
— Теперь понаблюдай за тем, как я буду входить в тебя, — шепотом проговорил он.
Софи заставила себя снова открыть глаза и стала свидетелем того, как его член медленно входил между складками. Она судорожно вцепилась в столбик, пока его член заполнял ее лоно. Приподняв бедра, она вздохнула, ощутив, как ею снова овладевает радостное чувство.
Она не спускала глаз с зеркала, наблюдая за тем, как член ритмично входит и выходит из нее и наконец застонала. Дрожь наслаждения завладела всеми частями ее тела, и она забилась в новом оргазме.
— Софи, милая, я должен выйти из тебя.
— Не надо, я обо всем позаботилась, — пробормотала она, толкаясь бедрами ему навстречу.
Он обхватил ее бедра и помогал ей в ее движениях, пока не достиг собственного пика.
— Софи, — простонал он, бессильно припадая к ней.
Софи проснулась от звука легкого сердцебиения где-то совсем рядом. Николас обнимал ее рукой, а она лежала у него на груди. После волшебной ночи изысканных любовных утех она не знала, существует ли возможность того, чтобы остаться верной своим заповедям. В нем было нечто такое, что заставляло ее сердце вздрагивать, когда она видела, его. Как она удержит себя от того, чтобы не влюбиться в этого мужчину?
Ей так нравилось, когда он обнимал ее своей крепкой рукой. С ним она чувствовала себя защищенной и отнюдь не одинокой.
— О чем ты думаешь?
Софи приподняла голову и затаила дыхание. Сердце у нее замерло, когда Николас ответил ей улыбкой.
— О тебе.
— Вот уж не стоит, право. Я страшно занудный человек.
— Я не заметила.
— Что можно найти во мне интересного?
Софи засмеялась и провела пальцем по его щеке.
— Помимо чисто физических качеств? — спросила она и тут же бросила взгляд в сторону его живота, где легкая простыня не могла скрыть эрекцию.
— Да, если отвлечься от некоторых деталей.
— Очень хорошо. — Она перевела взор на его красивое лицо. Я думаю, что ты очень заботливый отец. Твоя дочь здесь?
