были передать его тебе. Но потеряли твой след возле накрытого плотоядным туманом осколка Света.
Человек молчал, нахмурив брови, а Шепчущий его не торопил. Пусть думает. Как-то еще получить информацию о том, где они с Мистрой были, наг не мог, если б не пытался их спасти в тот момент. Другое дело, что это не отменяет самого главного — все предпринятое не помогло. Но за тем он сейчас и здесь, чтобы сгладить острые углы. Слишком дорого ему обошелся рейд, чтобы позволить себе терять что-то еще.
— Вы могли не задерживать меня около Врат. Тогда бы, возможно, нам удалось уйти всем вместе, — Рэн ненадолго прикрыл глаза, явно возвращаясь мыслями в тот тяжелый момент, но его голос, хоть и был полон горечи, уже не звенел твердостью стали.
Шепчущий виновато развел руками:
— В бою всего не предусмотришь. У меня были хорошие шансы уничтожить защитника Врат, облегчив твою задачу.
Убедившись, что повисшая тишина перестала быть такой тягостной, наг вкрадчиво спросил, потянувшись за чашкой с молоком и медом:
— Как вы оттуда выбрались?
— Старые пути, — чуть подумав, ответил Рэн.
— Они еще сохранились? — удивление было столь сильным, что заставило дыхание сбиться с успокаивающего ритма. Впрочем, более яркое проявление эмоций, похоже, уже не помешает. — А где ты сумел найти обол, чтоб заплатить Лодочнику за себя и Мистру?
— У каждого из нас свои секреты, владыка. Позвольте мне сохранить свои, — голос стал суше, а сам собеседник чуть отклонился назад.
Похоже, передавил. Переход к доверительному тону стоило чуть отложить.
— Что ж, ты на это имеешь полное право, — утвердительный кивок и легкое пожатие плечами. Чуть сместить корпус, частично копируя позу человека, но сделав ее более открытой. — Я хотел бы еще кое-что уточнить: на руинах Акш’дхара с вами встретился один из моих слуг, передав на хранение весьма ценную для меня вещь, меч Тахалота, Стража внешних границ. Я хотел бы узнать, где сейчас он.
— Меча, переданного нам Саравати, больше нет, — уверенный, спокойный ответ.
Пришлось избавиться, догадался наг, понятливо кивнув. В принципе, ожидаемо. Защита не могла вечно сдерживать мощь оружия и метку Исшахара, наложенную на него. День, максимум два, а дальше… Таскать с собой нечто, способное привлечь внимание Владыки Дома Боли, находясь в Бездне, просто глупо.
— Демоны смогут до него добраться? — уточнил Шепчущий, прикидывая варианты. Меч Тахалота — грозное и крайне опасное оружие, не хотелось бы, чтобы оно вновь оказалось в руках его врагов.
— Вряд ли, — качнул головой Рэн. — Во всяком случае, со своей стороны я сделал все, чтобы этого не произошло.
Ага, оставил в том храме… Разумный выбор. Что ж, жаль, что этим оружием не удалось завладеть, но главное, оно не досталось и его врагам. Такой результат, в принципе, тоже неплох. То, что Рэн с Нией вообще оттуда выбрались, само по себе настоящее чудо, и с мечом или без, уже дело десятое. Человек ему по-прежнему нужен. Девчонка же однозначно чем-то важна Владыке Игры, а переходить дорогу богу, чьим слугой являешься, явно не самая лучшая мысль.
Правда… он рассчитывал, что все закончится несколько иначе. Без Книги снов Ния стать полноценной фатой не могла, а значит — и получить завершенную защиту разума. Нахождение в Бездне, среди бесконечных эманаций боли, отчаянья и ярости, должно было сильно ослабить восприимчивую к ним менталистку. И тогда, стоило б им выбраться, девчонка с радостью приняла его помощь в снятии легших на нее обетов. А проще всего это сделать, если переложить их на другого. Ну а разделаться с новой фатой ему бы уже ничто не помешало, как и вернуть себе регалии до того, как змеиные боги узнали бы о его проступке.
Но жизнь снова внесла коррективы в его планы. Ния не только справилась с выпавшими на ее долю испытаниями, но и крайне быстро раздобыла Книгу, судя по развязанной ею войне снов. Неужели все-таки добралась до Книги Тота? Он и упомянул-то ее лишь для того, чтобы показать, насколько безнадежной будет попытка самостоятельно вернуть себе завершающий символ власти. Как бы узнать?..
— Есть ли еще что-либо важное, что ты должен мне сообщить о нашем рейде? Возможно, способное повлиять на нас обоих уже здесь, в Радуге миров? Или полезное, касающееся враждебных нам демонов?
Рэн задумался, крутя в руках чашку с зеленым чаем. Ему наверняка найдется, что вспомнить, дорога сквозь ад в принципе не может быть простой. Но вот о чем он согласится рассказать…
— Про демонов не могу сказать ничего особенного, кроме того, что они за нами там гонялись. А про Радугу миров… если только тот факт, что в нее рано или поздно вернется Дворец Коллекционера. Кстати, Саравати нам там здорово помог. Я бы хотел попросить, чтобы вы передали ему мою благодарность. Жаль, я не смог донести проклятый меч до вас, как он просил. Хотя и так он, на мой взгляд, заслуживает награды: ваш трофейщик сделал все, что мог, и даже больше, — полководец уважительно склонил голову, признавая заслуги чужого офицера.
Наг, задумавшись, провел рукой по подбородку. В принципе, мальчишка прав: даже такой результат уже немало. Наградить? Несомненно. Можно подарить ему если не свободу, то хотя бы бытие. Сейчас оно — короткая награда за самые сложные задания. Теперь же у него будет право все свободное время, пока он мне не нужен, жить за пределами карты, наслаждаться курортами или развлечениями по своему выбору. Такое решение будет вполне оправданным и повысит мотивацию для всех остальных.
Или можно даже приблизить его освобождение. Так-то трофейщик давно уже заслужил право на еще одну жизнь, но пусть сначала найдет и подготовит себе преемника. Это будет справедливо, ведь он не смог выполнить его приказ до конца, а значит и награду получит чуть позже. При этом работать будет еще старательнее. Да, не стоит торопиться, надо все хорошенько обдумать.
— Благодарность передам, — кивнул с одобрением Шепчущий. — Саравати обязательно получит от меня подобающую награду, ему понравится. А что с его снаряжением, которое он вам дал? — небрежно поинтересовался, наливая себе еще теплого молока. — Среди предметов, оставленных вам, были и весьма ценные.
Рэн пододвинул вазочку с цветочным медом.
— Оно или использовано, или осталось у Мистры, она его подобрала, так как лучше во всем этом разбиралась. А потом исчезла в тот же миг, как мы
