меч с камнем остался лежать в пыли.
— Это было… мощно, — выдохнул один из солдат.
— Это только начало, — хрипло ответил Алекс. — Артефакт всё ещё впереди.
Ещё один переход, заваленный плитами, и вот они — в последнем зале. Там, на алтаре, лежал артефакт: металлическая корона, переплетённый золотыми нитями, из которого исходил неестественный холод.
Алекс шагнул к ней — и в воздухе что-то поменялось. Лия схватила его за руку.
— Не спеши. В прошлый раз это тоже была ловушка
— Я готов. Это корона наша.
Он взял артефакт. В тот же миг из алтаря вырвался вихрь тьмы — всё вокруг завибрировало. Метка в груди Алекса вспыхнула, и он закричал. Боль пронзила его, как клинок, но он не отпустил корону.
— Алекс! — закричала Лия.
Но он не слышал. Он видел только огонь. Битву. Кровь. Лицо Игоря, которого он убил. Вспышки боли. Громкий хохот…
Он очнулся — стоя на коленях. Лия держала его за плечи, её лицо в тревоге. Воины отступили на шаг. Молчун стоял рядом, не шелохнувшись.
— Я в порядке, — выдохнул Алекс.
— Ты не в порядке! — сказала Лия. — Но ты жив и это сейчас самое главное.
Он сжал артефакт в руке.
Внутри него — буря. Сила. И что-то тёмное.
— Возвращаемся. Эта штука… она будет полезна.
Они вышли из храма.
Возвращаясь из храма, они не спешили — слишком многое произошло, слишком тяжёлым оказался путь. Но всё ещё сильнее тяготило чувство тревоги, как будто на них кто-то смотрел из леса. Небо затянуло тяжёлыми облаками, воздух стал сырой и плотный, как перед грозой.
И тогда они вышли на поляну.
— Что-то не так, — тихо сказал Алекс, останавливая отряд. — Очень не так. Моя метка даёт знак.
— Мы одни, — произнёс один из солдат. — Тут даже птицы молчат.
Из тумана, как из тюремной стены, начали выходить фигуры. Облачённые в броню инквизиторы, с крестами на нагрудниках, и в черных, как ночь, плащах. Их было много, около дюжины. Во главе стоял тот самый магистр, что приходил к ним в крепость. Его лицо теперь было без улыбки. Холодное. Ледяное.
— Ну здравствуй, барон, — сказал он. — А я ведь предупреждал тебя про использование твоей силы. Но ты решил, что знаешь лучше.
— Ты выманил нас, — спокойно сказал Алекс, сжимая рукоять меча. — Храм был просто ловушкой.
— Конечно. Артефакт, древний храм, слухи — всё придумано. Мы знали, что твоя метка тебя приведёт туда. Осталось только дождаться.
— Ты не первый, кто хотел нас убить, — бросила Лия. — И, поверь, не последний, кто умрёт ри нашего клинка.
— Тогда начнём, — сказал магистр Инарт.
Инквизиторы вытащили оружие. Заклинания вспыхнули в их руках. Алекс шагнул вперёд и, не раздумывая, надел артефакт — корону, что нашёл в храме. Она слилась с его черепом, будто была создана для него. И тогда всё изменилось.
Огонь.
Он не просто чувствовал его — он управлял им. Слова всплывали в сознании, жесты — сами ложились в ладони. Алекс взмахнул рукой, и в сторону врагов полетела дуга пламени, обжигающая, живая. Несколько инквизиторов тут же превратились в факелы.
— За Алекса! — крикнула Лия, вырываясь вперёд.
Молчун молнией врезался в строй врага, как скала, разбивая кости, прорубая плоть. Но врагов было слишком много. Солдаты, которых они взяли из крепости, один за другим падали намертво. Один был сражён копьём, другого разрубили пополам. Алекс метался между ними, отсекая удары, покрывая их огненным щитом, но не мог спасти всех и каждого в отдельности.
С каждым погибшим в груди нарастала ярость. Он чувствовал, как корона усиливает его магию. Как метка пульсирует в такт его гневу.
— Сжечь всё! — закричал он, и пламя вырвалось по земле, охватывая врагов кольцом.
Когда пепел осел, их осталось трое: Алекс, Лия и Молчун. Против троих инквизиторов: магистра и его двух элитных телохранителей. Те шагнули вперёд, не выказывая страха. Один — с молотом, второй — с цепом, сам магистр держал копьё, льду подобное.
Бой был коротким, но яростным.
Молчун принял на себя удар молота, отбросив врага и разорвав его грудь. Лия изловчилась, ударила второму инквизитору в горло. Оба пали. Остался магистр.
— Ты недооценил нас, — сказал Алекс, поднимая меч.
— А ты недооценил жертвы, которые приносит сила, — ответил тот. Его глаза сверкнули, и он метнул в Алекса копьё льда.
Алекс отреагировал в последний миг — ушёл в сторону, развернулся, и одним взмахом меча отсёк магистру голову. Та покатилась по траве, а тело рухнуло, расплескав кровь вокруг себя.
Но когда он обернулся — время в его голове застыло.
Молчун стоял, пошатнувшись, а из его живота торчало то самое копьё, от которого Алекс увернулся. Ледяной осколок прошёл насквозь, пробив доспех, плоть, и теперь растворялся, как иней на солнце…
— Молчун… — выдохнул Алекс.
Тот посмотрел на него, ничего не говоря, и упал на колени.
— Нет… — Лия бросилась к нему, упав рядом.
Алекс подбежал, схватил друга за плечи. Губы Молчуна дрогнули, он будто
пытался что-то сказать…
Глава 7
Кровь стекала в землю, будто сама природа скорбела. Молчун лежал, прижав руку к ране, но сил больше не было. Губы его были бледны, дыхание — прерывисто. Лия не могла сдержать слёз, но знала: сейчас не время для паники. Алекс, сжав зубы, держал Молчуна за плечо, как будто мог передать ему часть своей жизни.
— Алекс… — вдруг прохрипел Молчун. — Руку…
— Что? — наклонился Алекс.
— Порежь… руку… свою.
— Чего ты несёшь?
— Сделай… — выдохнул он.
Алекс не понимал, но меч всё ещё был в его руке. Он сделал небольшой надрез на ладони, кровь заструилась. Молчун с усилием приподнялся, стиснул своей окровавленной рукой руку Алекса, сцепив пальцы.
— Теперь ты… мой брат… по крови, — выдохнул он, и глаза его на миг прояснились.
— Зачем… зачем ты это сделал? — прошептал Алекс.
— Потому что ты… должен знать… Я не просто наёмник… не просто твой друг.
Он закашлялся,
