та заговорила только после того, как мы вошли в зал управления — большое круглое помещение, усыпанное многочисленными пультами, мониторами и креслами. Когда-то здесь располагались десятки постов, офицеры за которыми управляли этой стальной махиной. Теперь же было полностью пусто.
Алвин сделал несколько шагов по направлению к центру зала, а за нашей спиной лязгнула мощная, напитанная силой переборка, которая встала в пазы. Оболенский досадливо вздохнул и тронул рукоять сабли, а в глазах Эшмуна заплескалось опасение. Но задать вопрос он не успел — воздух наполнил сочный женский голос.
— Кто же у нас в гостях? Местные недобоги, смертная и чудной, жадный до знаний конструкт. Который прямо сейчас пытается проникнуть в мою структуру.
Мьёльнир смущённо и с некоторым негодованием фыркнул, сделав вид, что рассматривает пустующие места для членов экипажа. Я же собирался ответить, но сделать этого не успел — голос загремел вновь. И теперь он звучал с нотками агрессии и определённого довольства.
— А ещё здесь капитан скорлупки Матери Снов, который пришёл сюда собственными ножкам. Хорошая работа, Карающая Длань. Ты блестяще справился с задачей.
Эшмун сделал шаг в сторону, отдалившись от меня, а его энергетический доспех засверкал от влитой силы. Думаю, финикиец прекрасно понимал, что это не поможет. Но действие было отработано на уровне рефлексов. Да и инстинкт самосохранения никто не отменял.
— Объяснись, римлянин. Ты дал мне клятву.
Посмотрев на него, я вновь двинул плечами.
— Она не нарушена. Я ведь до сих пор жив.
Во взгляде бога появилось недоумение — он тоже не понимал, почему я всё ещё спокойно стою на ногах, хотя судя по происходящему, его тут ждали отнюдь не с самыми добрыми намерениями. А вот управляющая заговорила вновь.
— У меня вопрос. Как кто-то вроде тебя, слабосильный божок, мог заполучить корабль Матери Снов? Конечно, эта старая шлюха раздаёт должности направо и налево, не следя за теми, кто идёт по её пути. Но даже впавшая в старческий маразм кобыла, не доверила бы такой пост подобному тебе.
Финикиец сдавленно выдохнул. Окинул взором помещение, пытаясь отыскать предмет на котором можно будет зафиксировать взгляд. И судя по всему, явно собирался ответить. Не самый хороший расклад — я рассчитывал, что управляющая не станет медлить и попросту прикончит его. Тогда как она решили поболтать. А узнав о том, что капитанскую метку Эшмуну передали только недавно, наверняка начнёт задавать новые и куда более неприятные вопросы.
Мьёльнир, который отошёл на пару десятков метров вправо, вдруг запрыгнул на одно из пустующих кресел и то со скрипом крутнулось в сторону, притянув наши взгляды. Сам ёж, устроившись на занятом месте, неожиданно поинтересовался.
— А тебе тут не сс-с-скучно?
Алвин закашлялся, с некоторым замешательством смотря на моего спутника. Я же прекратил двигать рукой, которой уже собирался подать условный знака Василине. Раз Мьёльнир решил попробовать, пусть так и будет. Вдруг это не просто так и он что-то почувствовал.
— Скучно? О чём ты, божественный камешек? Я управляю громадным кораблём. Моя воля — последний оплот Агвира в этом безумном мире, что отсечён от Великого Древа. А моя задача — уничтожить всех его врагов.
Удобно устроившийся в кресле ёж насмешливо фыркнул.
— Откуда тут взятьсс-с-ся его врагам? Мы же десс-с-сятки тысс-с-сяч лет изолированы от Древа. Твой Агвир мог давно заключить мир. А те, кого отправили сс-с-сюда умирать во имя сс-с-своих госс-с-спод уже давно выполнили свою миссию — торжественно сс-с-сдохли. Как минимум, большая их часс-с-сть.
Вещи он говорил вполне здравые, но фокус этой беседы я пока улавливал с трудом. То ли спутник собирался убедить управляющую в полной бессмысленности продолжения вражды с Матерью Снов, то ли пытался намекнуть, что её настоящих врагов в нашем мире попросту нет.
Собеседница ответила в следующую же секунду после того, как замолк спутник.
— Нет никакой разницы, сколько прошло времени и что произошло с теми, кто отправлен сюда для участия в священной войне. Она началась задолго до моего создания и будет длиться до того момента, пока держится Древо. Вечность.
Ёж снова фыркнул. На этот раз с откровенной издёвкой.
— Вечная война? Которая начата не тобой и не имеет конечной цели. Но на которой погибли миллионы, а в будущем падет ещё больше. Ты сс-с-смеёшьсс-с-я надо мной? Пытаешьсс-с-ся притворитьсс-с-ся тупой?
Когда управляющая заговорила вновь, в её голосе гремел самый настоящий гнев, а зал управления залила давящая аура. Мощная и яростная. Сдавливающая энергетические доспехи, что заставляло вливать туда всё, что сейчас имелось в резерве силы.
Я сдвинулся к Василине, прикрывая её своим барьером. Глянул на растерянного Алвина, который пока толком не понимал происходящего. Сам я, в отличие от него, начинал догадываться. Мьёльнир специально выводил управляющую в состояние эмоционального раздрая. Заставлял злиться, что провоцировало появление ауры и неосознанные выплески силы. Через которые можно проникнуть за пределы её защитного артефакта, пользуясь тем, что он запросто пропускает мощь конструкта с искусственным разумом внутри. Это не защищённый узел контроля, с которым управляющая связана изолированным каналом связи. В данном случае, речь шла о чистой силе, к которой куда как проще подцепиться, при этом оставаясь незамеченным.
Совсем недавно, такой фокус не прошёл бы. Но сейчас, после подарка от Леры, Мьёльнир был способен и на такое.
— Во мне частица гнева самого Агвира! Вся моя жизнь, это служение ЕМУ! Моё единственное предназначение — уничтожение ЕГО врагов! Нет ничего слаще и приятнее, чем видеть смерть очередного служителя Матери Снов, что лобызал её старческую плоть, рассчитывая стать всесильным жрецом, а теперь корчится в предсмертных муках!
Лицо Эшмуна сейчас отражало целую гамму эмоций — гнев, ужас, изумление и самую каплю надежды. Похоже финикиец рассчитывал, что у него получится объясниться и в итоге покарают меня.
Мьёльнир же, который так и сидел в кресле, на момент прикрыл глаза. А через несколько секунд медленно поднял веки и протянул.
— Вот эта часс-с-стица гнева Агвира?
В первую секунду я не понял о чём он. Как и все остальные — на еже моментально скрестилось несколько вопросительных взглядов. Но в следующее мгновение помещение буквально осветилось вспышкой могучей силы.
Эшмуна впечатало в стену. Оболенского сбило с ног. Василина устояла только по той причине, что была под моей защитой. И даже Алвин не выдержал напора — упал на одно колено, полностью скрывшись под куполом защиты.
Не знаю, как именно ёж извлёк частицу божественной сути хозяина корабля, но если мы выживем, пожалуй стоит поговорить
