как раз Рипейские, где первоначально и обнаружился Хоттабыч. Тот странный большой гроб, возле которого группа специалистов из Аненербе проводила свой Ритуал. Этот гроб недавно доставили в наш спецхран, где я воочию с ним ознакомился — это большущий каменный ящик, окованный металлическими полосами вдоль и поперек.
— А куда ударит Илья Муромец, тут становятся обручи железные… — Берия процитировал на память строчку из былины.
— Совершенно верно, Лаврентий Павлович! И еще такой момент: ни материал гроба, ни «обручи железные» ни в какую не поддаются воздействиям ни Силовых Конструктов, ни самому прочному алмазному инструменту. Артефакт налицо!
— Значит так, товарищ Петров… — Сталин попытался затянуться, но его трубка уже погасла. — Изложите подробно ваши предположения… Что же нам со всем «этим богатством» делать? Куда двигаться? А потом мы соберемся и детально обсудим. Может быть, к тому времени что-то и прояснится…
— Слушаюсь товарищ Сталин!
— Как себя чувствует товарищ Хоттабыч? — поинтересовался вождь.
— На данный момент он находится под пристальным наблюдением профессора Виноградова, — ответил Петр Петрович.
— Хорошо. Тогда свободны, товарищи…
— Иосиф Виссарионович, — произнес Берия, — еще один момент, если разрешите?
— Я вас внимательно слушаю, Лаврентий Павлович. Отпустим уже Петра Петровича?
— Я бы настаивал на его участии, Иосиф Виссарионович, — возразил Берия. — Это касается товарища оснаба непосредственным образом.
— Что ж, Лаврентий Павлович, если вы настаиваете… — Сталин развел руками.
— Вновь активизировался «Хамелеон»… — доложил Берия. — Нашим специалистам удалось перехватить несколько шифровок. Если раньше мы сомневались, о ком идет речь, то сейчас сомнений не осталось — речь идет о товарище Хоттабыче!
— Лаврентий Павлович, поясните, пожалуйста, Петру Петровичу, кем является этот самый «Хамелеон».
— «Хамелеон» — глубоко законспирированный агент врага, — пояснил оснабу Берия. Причем, окопавшийся, где-то совсем рядом… Едва ли не в высшем эшелоне власти! Поскольку сведения, которыми он снабжает свое командование, являются совершенно секретными. Так, например, ваша миссия по созданию группы «Ахиллес» едва не провалилась. Нам удалось вовремя среагировать… Но это была чистая случайность. Мы не можем вычислить этого сукиного сына вот уже больше года!
— Постойте, но круг посвященных в тайну Хоттабыча необычайно узок! — возразил оснаб. — Утечки попросту не могло произойти!
— Есть еще вариант, — предположил Берия, — уцелел кто-то из диверсионной группы после бойни в Рипеях, устроенной стариком. Уцелел и сумел добраться до Берлина. Шифровка предписывает «Хамелеону» найти подход к нашему старичку! А это огромный шанс вычислить неуловимого «крота»!
— Вы хотите использовать Гасана Хоттабыча вместо наживки? — догадался Петр Петрович.
— Да, — не стал темнить Лаврентий Павлович, — это наш единственный шанс!
— Но сделать это нужно с максимальной безопасностью для товарища Хоттабыча! — подытожил Иосиф Виссарионович. — За работу, товарищи, её у нас непочатый край…
lanpirot
Позывной «Хоттабыч» 2
Глава 1
1943-й год
Вековечный Рейх.
Берлин. Рейхстаг.
Вот уже битых три часа штурмбаннфюрер СС[84] Роберт Хартман, едва ли не самый именитый герой одиннадцатого горнострелкового полка «Рейнхард Гейдрих», входящего в состав не менее прославленной горнопехотной дивизии СС «Норд», с гордостью откликающийся на прозвище «Горный Лев», с унылым видом протирал штаны в огромной и богато обставленной приемной рейхсфюрера СС[85] и Величайшего Жреца Вековечного Рейха — Генриха Гиммлера.
После ошеломительного провала в Рипейских горах секретной экспедиции Аненербе, проходящей под кодовым названием «Колыбель Асуров», из состава которой не выжил никто, кроме самого штурмбаннфюрера Хартмана, никогда ранее не унывающий Горный Лев пребывал в состоянии черной меланхолии и глубокой затяжной депрессии.
И его, в принципе, несложно было понять — за всю его, довольно-таки, длительную и безупречную службу на благо Рейха, а начинал он еще при последнем германском императоре Вильгельме Втором, Судьба еще ни разу так жестоко не заставляла его «in die Scheiße stürzen»[86].
Несмотря на низкий Магический ранг в общей иерархической лестнице Адептов Рейха, слабый Источник и, в общем-то, совсем невеликий Резерв, Роберту удалось дослужиться до гордого звания штурмбаннфюрера СС! Что само по себе при его исходных данных, было равносильно настоящему чуду. Однако, он был хоть и мелким, но все-таки Магом! И именно это позволило ему подняться на первую ступеньку служебной лестницы. А дальше только тренировки, пот, напряжение всех сил до зубовного скрежета и прокушенных губ, кровь и смерть врага на полях сражений! Много сражений и много смертей! Ну, и еще чуточку, совсем немного Удачи… И Судьба до этого «судного дня» была вполне благосклонна к нему — в свои пятьдесят с небольшим Роберт Хартман, слабый Маг с зачатками Менталиста, ни разу не аристократ голубых кровей, а сын мелкого лавочника-бюргера с самой окраины Мюнхена, с внезапно пробудившимся, пусть и незначительным, но каким-никаким, а Даром, сумел выслужиться до целого штурмбаннфюрера СС! И не в какой-нибудь там «концлагерной комендатуре», а в элитной горнопехотной дивизии СС «Норд»!
К настоящему моменту Хартман удостоился «Железных крестов» обоих степеней, и был представлен к награждению Рыцарским крестом Железного креста! Эту награду он пока еще так и не получил из-за обычной в таких случаях волокиты в имперской канцелярии. Все эти выдающиеся награды в сочетании с солидной выслугой давали ему право на пожизненные и наследственные привилегии в Рейхе. Да что там «греха таить» — вот уже год, как он подал прошение в Комиссариат Оккупированных Территорий о выделение ему «маленького» кусочка земли на берегу теплого Черного моря, где он собирался осесть со всей семьей на старости лет, наслаждаясь неспешным течением жизни захолустного Имперского помещика, далекого от суетной Метрополии.
И вот сейчас, сидя в солидном кожаном кресле в личной приемной Самого «Великого и ужасного» рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера, с которым, не случись этой трагедии в Рипах, он, наверное, так бы никогда и не встретился, Хартман прокручивал в мозгу мельчайшие подобности своего провала. Ибо после встречи с Величайшим Жрецом Вековечного Рейха все его мечты о достойной старости неминуемо рассыплются в прах. Он не обращал внимания на заинтересованные лица присутствующих в приемной, и также ожидающих аудиенции рейхсфюрера СС высоких военных и государственных чинов. Среди которых он, обычный штурмбаннфюрер СС, кавалер высших боевых орденов, чувствовал себя мелким никчемным винтиком, которого колоссальная по своей мощи «машина Вековечного Рейха» перемелет в мелкую пыль, даже не заметив этого.
Он прикрыл глаза, старясь отстраниться от происходящего, и раз за разом прогонял в мозгу последовательность событий, приведших его группу к провалу. Что пошло не так? Нет, никаких ошибок в своих действиях Хартман не видел. Все, что касалось его миссии, он выполнил безупречно и безукоризненно!
