проведения переговоров и не намерен вести сражение. Я могу провести сканирование гибридного корабля при помощи дронов?
Я кивнул Озу, краем глаза наблюдая, как Аура пожирает инопланетянина и его корабль взглядом. Чернов встал ко мне вполоборота, оказавшись вне кадра и смотря одновременно на меня и собеседника. Передача на открытом канале запущена.
— Говорит корабль Небосвод, командир Эрик Шард. Вы можете запустить одного дрона и он не должен подлетать ближе чем на тридцать метров. Кроме того, его будут сопровождать орудия. И если он проявит подозрительную активность, его собьют. В случае ошибки с нашей стороны, прошу не считать это актом агрессии. Как я могу обращаться к вам?
Ксенос вроде почти не двинулся, но явно сместил взгляд, несколько секунд осматривая меня, стоящего в кадре так, что я виден примерно по пояс.
И то ли у меня разыгралось воображение. То ли нейросетка, сросшаяся с мозгом помогала читать их эмоции. Но мне почудилась усмешка формата «обезьяна напялила наш костюм». Учитывая сложность перевода их эмоций, несмотря на все исследования, они могли как угодно играть лицом. Впрочем, может быть я видел то, что ожидал увидеть.
— Хорошо. С помощью вашего примитивного языка можете именовать меня Унши.
Я подавил в себе желание сократить имя до «Уши». Не время для шуток. Теперь проявим немного вежливости.
— Хорошо, Унши, можете приступать. Также должен сказать, что мы вполне можем перейти на использование вашего языка через переводчик.
— Это контрпродуктивно. Ваши переводчики ужасны по сравнению с нашими.
Как грубо! Или не так. Скорее он не видит никаких проблем в лицо сказать мнение или правду. Во всяком случае ксенос считает именно так.
— Нам точно после такого должны выдать второе уникальное отличие ксенодипломатии, — хмыкнула Аура. — В дополнении к твоей способности договориться с Анбидденами.
Несколько человек с усмешкой кивнули. Лишняя болтовня не была проблемой: мы включили речевые фильтры, пропускающие исключительно мой голос. Могут хоть песни петь — собеседник услышит максимум немного посторонних шорохов. Думаю, у Унши сейчас активирован аналогичный режим.
Иштар остановился на почтительном расстоянии и выпустил роевика инженерной модели, который бесцеремонно облетел Небосвод по кругу, фиксируя все внешние модули, и после медленно залетел под щит и применил активные сканеры. В роевика целилось столько орудий, что сделай он что-то подозрительное, через мгновение от беспилотника не осталось бы целого куска крупнее кулака.
— И почему же вы хотели видеть именно меня? — продолжил я разговор.
— Тому есть множество причин. Ты смог использовать наши технологии и корабли, а значит есть шанс, что лучше поймёшь нас. Странник Бездны говорил с тобой, и ты склонил его действовать. Ты приобрёл этот корабль. У меня есть банк памяти, который я желаю передать тебе.
А теперь Унши со мной на «ты». Хотя это может быть ошибка переводчика или особенности языка. Что там Чернов говорил? Вроде, не цепляться за формулировки и обороты. А вот предложение…
— Передайте в небольшом контейнере, оставив его дрейфовать около корпуса.
Стало ещё интереснее… Дрону понадобилась всего минута, после чего он плавно отлетел.
— Ясно. Значит, они прятались в изолированном пространстве. Или, как порой называют, пузырьковой вселенной.
У меня по спине пробежали мурашки. Они знают об этих штуках! Им точно не сообщали, где прячутся Анбиддены.
Глава 14
Погребенное в веках
Потребовалось несколько секунд, чтобы вернуть утраченное самообладание. Ксентари знают многое и хотелось бы узнать источник информации.
Я смотрел на морду ксеноса, которая может уже и не вызывала физического отторжения, но, слава неуправляемым изменениям мозга, не стала эстетически приятной. Он, кажется, ждал и наблюдал с некоторой усмешкой.
— Неожиданное… заключение. Почему вы так считаете?
— Остаточные следы энергии, пропитавшие структуру материала. Те, кого вы называете Старшими, перешли точку невозврата, если столь долго пробыли в изолированном пространстве.
— Почему? — спросил я. — Если они могут угрожать всем нам, то мы бы хотели обменяться данными. В конце концов, в крайнем случае придётся объединиться против них.
Ксенос чуть наклонил голову вперёд и шире открыл глаза.
— Нашего понимания психологии людей достаточно, чтобы не сомневаться, что союз с вами невозможен.
Я подавил в себе желание напомнить, что вначале, да и несколько раз позже, люди пытались решить конфликт дипломатическими методами. В бескрайней галактике места хватило бы всем на обозримые десятки тысяч лет.
Так, продолжим говорить прямо.
— Нет, вы ошибаетесь в этом суждении: перед общим врагом люди склонны объединяться. И также нам свойственен страх неизвестности. Вы — известная угроза, понятная нам. Если Анбиддены поведут себя агрессивно, то мы будет склонны договориться. Ведь в крайнем случае перебьют сначала одних, а потом и вторых. Людям трудно будет принять союз. Вероятно, мы даже продолжим сражаться после устранения неизвестной угрозы. С другой стороны, пока Анбиддены вели себя дружелюбно по отношению к людям и помогли собрать этот корабль. А вот вы являетесь их старым врагом, которого они когда-то не добили. И всё же, в чём опасность пузырьковых вселенных? Анбиддены, а я предлагаю отделять их от Старших, рассказали нам о том, где поселились.
Я постарался вернуть разговор с Унши к обмену информацией, прежде чем переходить к более важным разговорам. Чернов одобрительно кивнул.
Унши, кажется, теперь смотрел с интересом, и некоторое время размышлял. От Иштара как раз отделился ещё один роевик, на этот раз иной модели — мини-буксир для переноски грузов. На сделанной фотографии в его манипуляторе виднелся небольшой квадратный ящик со стороной меньше полуметра.
— Мы обычно не делимся информацией. Но в этот раз ситуация иная. Люди хорошо знают элементарную физику материального мира, но плохо понимают подпространство и никогда не спускались в глубинные слои. Это мир, где правит энергия. И вы никогда не встречали аномалии пространства, вызывающие появление пузырьковых вселенных. Дело в том, что в них могут искажаться физические законы. В большинстве случаев, длительное выживание в подобных невозможно. В иных ситуациях могут наблюдаться аномалии. Судя по нашему анализу, в их убежище искажено подпространство, и оно частично слилось с материальным миром.
Вот так речь… и мне это нравится всё меньше.
— Вы хотите сказать… что? — не понял я, глянув на столь же озадаченного Чернова.
— Мы не имеем достаточно информации. Но велика вероятность, что Анбидденам, адаптировавшимся к жизни в окружении энергий подпространства, проблематично долго существовать в нашей вселенной. Вероятность этого утверждения около шестидесяти процентов.
Ох… ого, до чего интересные новости.
