и не растекался по обшивке корабля. Там можно будет принять подкрепление и без помощи «Дрочей». При этом компенсирующее поле распространяется до внешнего края дюз — так что генераторы с обшивки не сорвёт.
— Ну вы даёте, молодые, — прохрипел клон-техник, с трудом приподнимаясь на локте. — Это почти уровень Нулей или ЭРКов… Но судя по маркировке — рядовая пехота. Какой же у вас тогда спецназ?
— Технология не стоит на месте, дедуля, — усмехнулся анти-штурмовик из конвоиров. — Нас специально делали так, чтобы мы были быстрее вас.
— Оно и видно… Вы там проверьтесь насчёт лекарства от старения. Ускоренная реакция имеет определённую связку с ускоренным метаболизмом, хотя и не прямую. Не исключено, что штатное лекарство на вас не подействует, а разрабатывать специализированную версию каминоанцы могут и отказаться…
— Тебе-то это откуда знать⁈ Вас Империя вообще и не думала лечить…
— Я не совсем обычный механик. Особая версия в некотором роде… Клон-шпион.
— Это ещё что за модификация? Как ты можешь шпионить, если тебя в лицо вся Галактика знает⁈
— Внутренняя… ох, ситх, вы мне все рёбра отшибли, поаккуратнее не могли? Внутренняя безопасность. Контрразведка. Внедрённые агенты в саму армию клонов. Спящие агенты, вроде ваших чипов-ингибиторов, только в человеческом облике. Пока подразделение действует нормально, мы считаем себя обычными клонами, работаем не лучше соратников, можем состариться и сдохнуть, как все, ничего не подозревая. Но если группа попадёт в… особые, скажем так, обстоятельства — например, попытается перейти на сторону КНС — активируются некоторые скрытые слои памяти и физиологические механизмы. В крайнем случае я мог бы вас всех тут положить, но мне самому это меньше всего надо — я на постоянный форсаж, в отличие от вас, не рассчитан, он все резервы сожрёт, после шести часов форсированного боя я прожил бы от силы шесть месяцев. Да и тренировка у меня ни разу не мандалорская — всё заточено под «бить в спину, отравленным ножом и желательно спящих», очень грязно и очень некрасиво. Так что не будем меряться боевыми режимами, мальчики, сразу признаю, что против вас я ноль, а не Ноль. Но поговорить не помешает.
— Неплохо бы хоть какие-то доказательства предъявить, что ты не обычная помешавшаяся с горя старая модель. Ну хорошо, допустим мы тебе поверили…
— Клоны клонам не врут. Доказательства будут, не переживайте. Сейчас отдышусь только, крепко вы меня приложили.
— И о чём нам с тобой говорить тогда, если ты контрразведка? Будешь убеждать сдаться Империи?
— Буду. Но не так, как вы думаете. У меня послание. Руководству Камино. От некого Бобы Фетта, если знаете такого.
БОБА ФЕТТ
Смерти Инквизитора он не желал.
То есть, желал, конечно, но пассивно. Специально её убить Фетт не пытался. То есть пытался, но не так, чтобы получилось…
Тьфу, ерунда какая-то выходит. В общем, если вдруг придётся кому-то объяснять, то проще сказать прямо — «Да, я её убил». Хотя обычно Фетт убивал совсем не так. А вот для самого себя…
Его целью было устранение Питты. Нет, наёмнику никто за это не заплатил. Простой инстинкт самосохранения. Со своим набором фобий вице-адмирал неизбежно угробил бы их всех. Ни Камино, ни Тренч подобных ошибок не прощают. А уж когда на Тренча работают каминоанские клоны…
Убрать было проще всего руками Инквизитора — она единственная во всём флоте, кто имеет не только достаточно силы для ликвидации командующего, но и достаточно власти, чтобы выйти после этого сухой из воды. Но если бы Боба начал убеждать Девятую словами, что это в их общих интересах, она бы не поверила. Могла и выдать. Нужно было её мотивировать, чтобы она пришла к необходимости устранения Питты сама.
Сам Фетт не очень разбирался в диверсиях. Как и его отец, он предпочитал честный бой лицом к лицу. Но когда на флоте сотни тысяч клонов, найти среди них подходящего специалиста по этому вопросу не так уж трудно. Разговорить его — ну типа чисто теоретически, как бы он организовал подобное покушение, чтобы его не заподозрили — ещё легче. Боба среди клонов рос, он их знал, как облупленных. Нашёлся даже клон-убийца, специализированный охотник на джедаев. Фетт и сам имел некоторый опыт стычек с форсъюзерами, но консультацией профессионала никогда не брезговал. Этому стареющему штурмовику уж точно не светило поработать по специальности, и он охотно поделился соображениями, как лучше застать мордатую врасплох — но так, чтобы она, немного напрягшись, всё же смогла выбраться из ловушки с вероятностью в девяносто процентов.
Эти двое попытались бы друг друга убить в любом случае. Просто это могло случиться слишком поздно. Они бы долго ходили кругами и выбирали наилучший способ, чтобы самим не попасть под раздачу сверху. А за это время Питта загнал бы весь флот в ловушку. Так что Боба лишь слегка обоим «помог».
Использовать термальный детонатор Питте подсказал тоже он. Дескать, это лучший способ застать врасплох тёмного джедая. Что в общем было правдой.
Но совсем не ожидал охотник за головами, что Питта так эффективно его подсказкой воспользуется. Он ставил перед собой совсем другую цель. На случай, если Девятая всё-таки совладает с гневом и начнёт допрашивать вице-адмирала, вместо того, чтобы убить его на месте. Для тёмных такое не характерно, но лучше перестраховаться. Есть один старый трюк… способ спровоцировать взрыв барадия на расстоянии. Этот вид гипертоплива довольно нестабилен, так что Бобе было бы достаточно нажать одну кнопочку на одном маленьком устройстве — и Питта замолчал бы навсегда. Девятая могла оказаться в радиусе взрыва, могла не оказаться — это уже её проблемы.
Но никакую кнопочку нажимать не пришлось. Питта прекрасно подорвался сам. Предварительно подманив Инквизитора вплотную.
В итоге получилось с одной стороны — даже лучше, чем Фетт рассчитывал. Оба конкурента мертвы, на нём никаких подозрений, красота. А с другой — вопреки его планам. Как всякий профессиональный наёмный убийца, Боба ненавидел сопутствующий ущерб. Даже тогда, когда он способствовал его целям, как сейчас. Для него это был признак недостаточной квалификации.
Однако терзаться угрызениями совести тоже было не в его характере, так что Фетт немного подумал, пообещал себе в следующий раз скорректировать методы работы и перешёл к проблемам более насущным. Ему следовало выполнить настоящее задание, ради которого он сюда и прибыл.
Клоноделы Камино не любили заниматься политикой. Собственно, как раз за это их и выбрал в своё время Палпатин
