вычислений — время входа и время выхода посчитать.
Конечно, весь этот праздник жизни работает только в том случае, когда ты уверен, что сгущений ГР-частиц на пути нет. Но Боба мог себе такое допущение позволить — на него работал Тренч. С точки зрения остальных — он рисковал и выигрывал.
Конечно, корабли Партизан тоже прыгали довольно быстро. Они-то местность знали, им даже лёгкие суда на разведку посылать не надо было. Но зато им надо было попадать точно на прямую линию, соединяющую Сферу и Камино — с точностью до тридцати мегаметров, чтобы правильно поставить мину. А для целей Бобы гигаметр туда-сюда ничего не значил.
А пока Партизаны лихорадочно пытались за ним угнаться (ну или делали вид, что лихорадочно пытаются), он дал навигатору новую задачку. Прыгнуть непосредственно на орбиту Камино… только не по петле и не по прямой, а по дуге. Отклониться от прямой линии гигаметров на десять, чтобы наверняка миновать минное поле, затем вернуться на курс и выйти на другом конце того же отрезка.
Навигатор долго мялся, что-то прикидывал на компьютере, советовался с коллегами на других кораблях, затем покачал головой:
— Не получится. У нас радиус разворота вне течения слишком велик.
— Насколько велик?
— Зависит от гиперскорости. Минимальная крейсерская, без дополнительного торможения в гипере у Сферы около двухсот световых. За секунду мы поворачиваем примерно на один градус. Значит полный круг — 72000 световых секунд, а радиус — 11460.
Боба незаметно запустил баллистический калькулятор в своём шлеме. Со стороны это выглядело, как будто он просто очень быстро считал.
— Значит, если мы прыгнем к планете с четырёх астроединиц, то сможем обогнуть минное поле на указанном расстоянии и даже с некоторым запасом?
— Ну… да. При условии, конечно, что мины окажутся точно в середине отрезка между нами и планетой.
Боба неслышно для окружающих фыркнул под шлемом.
— А для чего, по-вашему, я взял высоту дуги с таким запасом? Если он разобьёт отрезок на шесть равных частей, мы всё равно пройдём «над» ближайшей миной в четырёх с лишним гигаметрах. Это слишком много даже для самодвижущейся мины-перехватчика. Приступайте к расчёту обоих прыжков, и подготовьте флот сопровождения к синхронизации.
— А корабли-разведчики тоже по дуге посылать, или по прямой? — несмело спросил кто-то.
— Тоже. Вероятность, что на дуге окажется сгусток, которого нет на хорде, ничтожна… но незачем рисковать, когда мы в одном шаге от победы. Они, конечно, выйдут из прыжка под углом примерно в пять градусов к прямой, и Тренч может по их курсу догадаться, что мы задумали… Но мы начнём прыжок через пару секунд после их выхода. Даже если поймёт — не успеет отреагировать.
Спустя один час планетарный щит Камино был сбит. Спустя два часа — все орудия ПВО и ПКО были подавлены и «Аккламаторы» понесли к немногочисленным островкам легионы пехоты.
Через трое суток после своего неожиданного повышения Боба Фетт послал две победных реляции — Императору и своему анонимному заказчику. В одной говорилось о полном и безоговорочном подавлении всего сопротивления на планете и почти полном разрушении Типока-Сити, с полным прекращением производства клонов. Во второй же он указал, что население надводных городов на 75% успешно эвакуировано в подводные центры временного базирования для беженцев, и строительство постоянных подводных городов уже начато. 9% остались наверху и взяты в плен, 14% погибли при штурме, 2% пропали без вести. Также был успешно освобождён гранд-мофф Трачта, который сейчас получал первую медицинскую помощь и дожидался эвакуации на Корускант.
Это что касалось чистокровных каминоанцев. Клонов же по данным первой реляции было в момент штурма около двухсот тысяч анти-штурмовиков (все уничтожены) и около восьмисот тысяч клонов прочего назначения (триста тысяч уничтожено, пятьсот тысяч взято в плен и возможно, будет передано заказчикам, если специальная комиссия решит, что они не представляют угрозы для Империи).
Во второй реляции сообщалось, что около миллиона анти-штурмовиков пополнило ряды Партизан Со Герреры, и ещё несколько миллионов ожидает эвакуации с планеты при первой возможности.
АСОКА ТАНО
Она настаивала на контрразведывательной миссии против Трауна и его помощницы — непонятно откуда вынырнувшей тёмной форсъюзерши. Но её куратор, сенатор Бейл Органа, решительно отказал ей. Он сам не доверяет этому имперскому перебежчику, признался Бейл. Но именно поэтому Асоке ни в коем случае нельзя показываться перед чиссом или Арден. Она официально мертва, Приказ 66 в отношении неё выполнен, и гораздо лучше, если Империя будет продолжать так думать. Сокрытием Силы Асока не владела, по крайней мере на нужном уровне, чтобы избежать Великой Чистки. Зато она компенсировала это крайне высокой форс-чувствительностью — проще говоря, тогрута всегда засекала Инквизиторов раньше, чем те засекали её, и вовремя смывалась. Но если она сама приблизится к императорскому агенту, этот навык её не спасёт.
Зная характер Асоки, Бейл понимал, что предостережения её удержат ненадолго. Тано всегда делала то, что считала правильным сама, даже когда была джедаем. А уж сейчас, когда она не является ничьей подчинённой, а просто «лицом, сочувствующим Восстанию», никто не имеет ни права, ни возможности ей приказывать. Поэтому Органа решил занять тогруту делом и заодно убрать её подальше от «Великой пятёрки» гиперпространственных супермагистралей, возле которых в основном бесчинствовал Траун.
Он попросил её посетить Пространство хаттов и провести там глубинное расследование. Оно же расследование с плавающей задачей, оно же total recall.
Суть в чём. Обычное расследование имеет конкретную цель. Например: найти виновных в резне на Мандалоре. Или — определить, был ли убитый на Набу ситх учителем или учеником. Ну и так далее. Цель ясна, задача определена.
ГР проводится, когда цель не вполне понятна. То есть прояснение цели расследования входит в задачу самого расследования. Например: «Найдите всё, относящееся к этому делу, вообще всё — и заодно определите, что это за дело вообще и про что оно». Или: «выясните, как такое вообще могло произойти». Или, скажем: «вот была такая история, в ней что-то не так, найдите — что». Или даже: «дана предметная область, найдите всё подозрительное».
Понятно, что эти «не так», «подозрительное», «относящееся к делу» и т.п. никак не формализуемы. Это всё интуиции, расплывчатые оценки и тому подобное — то есть область, в которую неизбежно вляпывается любой, работающий с Великой Силой, будь он тёмный или светлый. Тем не менее, такие задачи регулярно возникают на практике, а когда у вас главной спецслужбой является Орден, состоящий из просветлённых мистиков —
