место, - чуть более миролюбиво прозвучал голос Ара Бея. – Сальвет, расскажи, что ты сделала в Зеркальном храме.
- Ничего, - сходу ляпнула Сальвет.
Попытка отмазаться провалилась на корню.
- Сальвет, это важно. Важнее, чем ты можешь себе вообразить. Поэтому я настоятельно рекомендую тебе рассказать все. Не заставляй хана Тур Зарея применять силу, - голос Ара Бея стал тверже.
- Расскажи, Сальвет, - кивнула задумчиво Альсанхана. – Все, что происходило внутри Зеркального храма. Мне тоже это крайне интересно. Не бойся, тебя никто не обидит.
Сальвет помедлила, прежде чем раскрывать рот. С недоверием косилась на Ведьму в грязной одежде. Ее вот успели переодеть, в то время как к Альсанхане просто побоялись прикоснуться.
- Сальвет, - напомнил Тур Зарей о теме разговора, когда молчание затянулось.
- Пытаюсь понять, что сказать, но ничего не поняла, что там происходило, так что слушайте и думайте сами. В вашем храме было серо, темно и очень тихо. Он словно бы спал. Я не сразу поняла, что там не всегда так было, позже. А еще были черные фигуры, которые меня долго и упорно пытались прикончить.
- Почему не убили? Они должны быть много сильнее тебя, - уточнил Тур Зарей.
- Убегала на верхушку храма, - легко призналась Сальвет. Взгляд непроизвольно поднимался к темной листве и звездам за ней, заглядывающим в редкие дыры при малейшем дыхании ветра. В Зеркальном храме небо было другим. – Потом спускалась, чтобы попытаться найти какую-нибудь зацепку, и снова убегала.
- Как?..
- Хана Ара Бей, - оборвал вопрос на корню Тур Зарей и обратился к притихшей девушке. – Продолжай, Сальвет.
- Да нечего рассказывать особо. Потом я спустилась вниз, когда мне все надоело, и тут выяснилось, что эти гады сами по себе не нападают, а только дают сдачи, если возле них применять магию, - возмущенно произнесла Сальвет. До сих пор злило, сколько времени на эту истину понадобилось! – Я погуляла там по округе, но меня неизменно возвращало к храму. А, забыла сказать, что к тому времени нашла хрустальные колокольчики. Но это так, к слову. Короче, в этом храме была разруха, тихо, эти черные тени и один большой и тоже черный кристалл ровно в центре храма.
Ее не торопили, так что Сальвет спокойно вспоминала детали. Не так давно это было, память все прекрасно сохранила.
- Я все обошла, но больше ничего не нашла, ни намека на выход. Только этот странный камушек. Тогда я попробовала его коснуться, а он взял и показал мне свое прошлое. Что раньше он был одним из вас, но неудачно влюбился в Альсанхану, после чего поехал крышей и…
- Сальвет, - глухой голос Альсанханы вынудил заткнуться.
Такое положение вещей не устроило Тур Зарея, который вновь попросил продолжить, но на этот раз постараться выбирать выражения.
- Постараюсь, но ничего не обещаю, - покосилась на поникшую Ведьму Сальвет. – Вы поправьте, если скажу что-то не так.
- Продолжай, Сальвет, - голос Тур Зарея не терпел возражений.
- Так вот. Я увидела часть его прошлого, как он стал таким, - косилась осторожно на Ведьму Сальвет. – А потом он стал разговаривать, когда я вернулась обратно в настоящее.
- Разговаривать? – удивленно уточнил Ара Бей, опередив своего старшего товарища.
- Ну, возможно, неточно выразилась, - Сальвет продолжала поглядывать на Ведьму, которая после этих слов выказала признаки интереса. – Скорее, подпихивал какие-то свои мысли мне в голову. Не знаю, что это, но после неудачных попыток общаться, а я к тому времени всерьез полагала, что сама еду крышей, он сказал «Свет».
- Ты уверена, Сальвет, что это действительно он говорил? А не в самом деле поехавшая крыша? – Ара Бей выглядел настолько сбитым с толку, что не заметил, как сам стал говорить в манере солнцерожденной девушки.
- Наверное, - Сальвет поймала осторожное покачивание головой. Альсанхана пыталась дать что-то понять, но слишком размыто, к сожалению. Пришлось изгаляться. – Может, в самом деле чудилось. Но мне показалось, что я услышала слово «Свет». А света в вашем храме не было к тому времени. Из-за этих черных теней все время было темно вокруг. И светлело чуть-чуть лишь на верхушке храма возле золотого его шпиля. Я и затащила туда этот камень.
- Затащила камень на верхушку храма? – Ара Бей выглядел растерянным. Маску даже снял, открыв свое лицо миру. Он повернулся к Тур Зарею, тот не спешил убирать часть своих доспех. – Не понимаю, хана Тур Зарей. К осколку Тьмы нельзя прикасаться никому живому. Как ей удалось выжить? Дважды.
- А я его больше не трогала, - на всякий случай открестилась Сальвет, заметив что-то такое в лице Альсанханы. К огромной радости миражам не было в данный момент дела до больной Ведьмы, их интересовали более важные вещи. – У меня было оружие, ветвь Да’ан. Подарок моего Охотника. Она приняла вид веревки и буквально сама, при небольшой моей помощи, затащила камень на макушку храма.
- Ветвь Да’ан, - словно пробуя слово на вкус, медленно произнес Тур Зарей, на которого были обращены взоры всех присутствующих. – Да, эта вещь могла помочь с осколком. Тебе очень повезло, Сальвет, что она оказалась в твоих руках. Очень своенравное существо. Продолжай. Что случилось после того, как камень оказался наверху?
- Существо? – Сальвет удивили слова, которыми мираж отозвался об ее оружии.
Палка, кстати, вернулась к исходному виду, словно не она ломалась в Зеркальном храме во время схватки. Правда, заставить себя обратиться с ней к Харозо Сальвет не смогла. Зефир ходил по своим вопросам, даже передал, что девчонка цела и передает слова благодарности за помощь. Принес обратно ворчливый ответ о том, что одной дуре надо больше мозгами пользоваться, а не лазить ночами по спальням малознакомых одноглазых пеньков. Но свое оружие менять вновь Сальвет не стала, оно помогло ей таким, пусть таким и остается.
- Любой отросток древа Да’ан живой, - пояснил некоторые особенности ее оружия Ара Бей. – Сури должны были рассказать тебе об этом, когда дарили столь ценную вещь.
То вещь, то существо. Сальвет очень хотелось съязвить по этому вопросу, но усилием воли сдержалась. Прилетит еще.
- Что произошло потом, Сальвет? – вновь вернул к теме их разговора Тур Зарей.
- Не знаю. Нет, то есть знаю, но не понимаю, - поправилась Сальвет, разглядев нечто ледяное во взоре Ара Бея.
