остаётся опасной.
Я внутренне поморщился. Департамент использовал всё, что только можно было извлечь из результатов раскопок на Марсе. Но это не гарантировало, что следующий корабль ксеносов будет таким же, как погибший при столкновении. Они могут прийти к выводу, что нужно использовать другую технику, более мощную. Всё может оказаться другим, когда начнётся вторжение.
Как шутил Царь, надевая маску клоуна-алкоголика: «За неимением горничной дворнику снова не везёт».
— Боевые единицы делятся на особи-дроны и управляющие ими альфы, — продолжал я. — Разработчики учли, что устранение альфы выводит из строя весь управляемый ими рой, альфы хорошо защищены и прячутся. Кассиан и Феликс с их высоким индивидуальным мастерством перемалывали мелочь, набирая очки. Снежана, Люциус и сёстры Салем использовали тактику и стратегию, чтобы выманить альф под массовые удары. Я полагаю, если объединить оба этих подхода, мы сможем добиться наилучшего результата.
— У меня вопрос, — Лакшми подняла руку. — Кто будет командовать в миссии?
Взгляды скрестились на Кассиане, тот поморщился.
— Я просто пилот. Даже не топ.
Он взглянул на меня.
Я отмахнулся от него:
— Я тоже простой пилот меха.
Взгляды и иронические усмешки ясно дали понять, что мне не поверили. Пришлось кивнуть на Медведеву:
— У нас есть лидер стратегического класса. Ей и командовать.
У Снежки округлились глаза. Складывалась совершенно анекдотическая ситуация: вместо того, чтобы стремиться захватить командование, все перекладывали его на соседа.
— Я же не справлюсь со всей этой толпой! — почти взмолилась Снежана. — И вообще, это ты нас тут всех собрал, у тебя как у лидера топа больше авторитета…
— Может, и так, — отозвался я, — вот только командовать из кабины «Палача» неудобно…
Да и учили меня несколько другому…
Группа лидеров глубоко задумалась. Можно было даже не надеяться, что кто-то из них скажет: «Ладно, я командую». Пришлось брать паузу.
— Ладно, — я поднялся со стула, — с этим я как-нибудь разберусь, а на сегодня достаточно. На этом пока закончим.
Дружный облегчённый вздох дал мне понять, что моё «разберусь» приняли за согласие командовать. И кафе тут же опустело. Я только успел услышать, как Лиза и Кассиан кого-то снова вызывают. Ладно Лиза, но кто и когда подменил этого вечно сонного лодыря на неугомонный электровеник?
Меня ожидала непродолжительная прогулка до хорошо знакомого места. Назрел серьёзный разговор.
Никто не отвлёк меня по дороге, и вскоре я вежливо постучал в дверь.
— Входите, — дверь открылась, и я вошёл. Расположился в гостевом кресле. С улыбкой посмотрел на хозяина кабинета.
— Чем обязан? — несколько озадаченно спросил он у меня.
— Поговорим, Профессор?
Глава 10
Два взгляда скрестились. Высокий смуглый блондин с длинными волосами, собранными в хвост, смотрел на меня пристально и немного удивлённо. В моём взгляде читались уверенность и лёгкая ирония. Короткий поединок взглядов не мог не закончиться моей победой.
Я знал, что не ошибаюсь. Передо мной был неуловимый и вездесущий Профессор Мориарти, который знал всё обо всех, мог добыть и продать любую информацию, и оставался неуловимым, несмотря на все усилия раскрыть его инкогнито.
Люциус Магнус. Глава студенческого совета Академии, формальный лидер Академии, первый среди равных. Преподавательский состав отвечал лишь за свои предметы и успеваемость, позволяя детишкам развлекаться в специально обустроенной для них песочнице. С отношениями между студентами детишки разбирались сами, как могли.
Пытаться воспитывать или ещё как-то влиять на отпрысков крупнейших корпоратов? Пытаться внушать им принципы поведения, отличные от тех, что диктуют им семьи? Очень заманчиво, но Академия не зря играла роль нейтральной территории. От нарушителя сперва откусывал внушительный кусок Дмитрий Медведев в качестве наказания за возможную угрозу дочери, а потом стервятниками налетали остальные.
Так что преподавательский состав сформировался по принципу естественного отбора. Самые несообразительные или настойчивые отсеялись, остались те, кто занимался своим делом и не лез туда, куда его не просили, предоставив одному из Магнусов заправлять всеми делами самых способных наследников корпоратов.
Проект Тысячи Сынов Магнуса представлял собой программу поддержки для талантливых сирот и генетически спроектированных детей представителей клана. Лучшие из воспитанников получали фамилию Магнус, в честь основателя программы, и продолжали дело, расширяя долю Магнусов во всех сферах деятельности в Солнечной системе. Найти хоть одно направление, в котором не оказалось бы хотя бы одного из Сынов, было невозможно.
Академия не стала исключением. Один из Тысячи возглавил студсовет, второй — топ тяжёлой штурмовой пехоты.
Братом Феликса Магнуса Люциус был лишь номинально. Один общий предок и много работы для генных инженеров обеспечили им некоторое внешнее сходство, но не более того. Феликс по всем параметрам не дотягивал до уровня своего брата. И то, что он лидировал в топе «элементалей», отнюдь не было преимуществом перед Люциусом.
Первое место факультета мобильных доспехов Люциус добровольно уступил гипотетическому жениху Снежаны Медведевой. Без этого Винсент Гарсия мог бы даже не пытаться примерить мундир лидера. Первое место стратегического факультета он тоже добровольно отдал Снежке, сославшись на занятость, и с головой ушёл в дела студенческого самоуправления.
Желающих победить его на этом поприще не нашлось: это ведь не топ факультета, обеспечивающий положение в Академии, красивую форму лидера и внимание девушек, а много бумажной и деловой возни, уговоров, внутренней политики… Сплошная головная боль и никаких почестей.
Но я уже знал, что по факту Люциус давно сдал все экзамены и оставался в Академии лишь по собственному желанию. И вот где-то тут начинал закрадываться червячок сомнения. Умён, красив, богат. Несомненный лидер этого поколения. Что он тут забыл? Для чего тратил своё время на разборки между студентами, когда уже давно мог покинуть станцию и получить отличную работу, которая обеспечит ему и положение в обществе, и куда более весомый доход?
Что-то удерживало его здесь, и у меня оставалось только одно предположение, что именно.
Я бы мог быть на его месте. Он мог быть на моём.
Он мог быть моим величайшим соперником. Увы, мы разошлись во времени и сложившейся судьбе. Пусть мы и оказались вдвоём в корпоративной песочнице, сейчас было совсем не до детских игр.
Смогу ли я сделать теперь своим другом серого кардинала Академии, который развлекается, тыкая палочкой в интересных ему людей, и таинственного сетевого информатора, обладающего доступом к системам наблюдения Академии?
Не один раз свидетели видели, как они общались друг с другом. И я знал, как этот трюк можно провернуть.
А в игру «я знаю, что ты знаешь, что
