21. ЧАС МЕЛАНХОЛИИ
Меня ничто не веселит,Я счастья под луной не знаю —Средь игр лишь горести встречаю,Покой всегда меня бежит.Увы! в мечтаниях однихЗарю дней ясных представляю,Но где она, того не знаю.С собою сам, в слезах моих,Себе отраду обретаю.Ничто мне в мире сем не льстит,Средь юности тоской убит.Увы! не знаю наслаждений,Любви опасных обольщений.Для красоты и дев младых —Угас мой взор, огнь чувств моих,И время медленной рукоюДлит жизнь. Под тучей громовоюУдел мой горесть испытать.Стремлюсь я к вечному покою,Хочу под гробовой доскою,Что есть бессмертие, узнать.Почто мне в цвете дней моихСтрадать назначено судьбою?Надежда, я забыт тобою,Не вижу радостей твоих.О друг, товарищ огорченный,Почто не вместе я с тобой?Почто час грозный, роковой,Час гибельных моих мученийДелить не можешь ты со мной?Сей ад в душе, тоска сердечна,Предчувства глас — быть может, вечноЯ не увижуся с тобой.Мой гроб открыт, и червь голодныйСпешит мой синий труп глодать,Скелет останется лежатьВ могиле мрачной и холодной;Не буду я тогда роптатьНа рок бесчувственный, жестокий —Я буду мертвый, одинокий…Но буду ль я тогда страдать?Никто винить меня не будет,Враги забудут осуждатьИ — следственно — могу ль роптать,Что недруг мой меня забудет?Я зла не сделал никому,И зло казалось мне загадкой,Я часто слезы лил украдкой —И сердцу верил одному;В душе моей явились страсти,И счастья свет, как миг, протек,Со тьмой явилися напасти,—Неумолим жестокий рок!Злой яд кипит в душе моейИ дух унынием томится.Ах! Долго ль казнь моя продлится,Дождуся ль в жизни ясных дней?..
1810-е годы
22. «Так ложною мечтой доселе ослепленный…»
Так ложною мечтой доселе ослепленный,Напрасно мыслил я о счастливых часах.Тебе ль знать радости? Твой разум заблужденныйНе мог предузнавать о будущих бедах,Давно назначенных губительной судьбою;Лишь смерть желанная спасительной рукоюТебя освободит от горестей твоих!Тебе ль переломить судьбы определеньеИ силой Сильного избегнуть назначенье?Исчезнули мечты, я счастлив был лишь миг,И счастлив только заблужденьем,Которое, как вихрь, исчезло мановеньем.Ни ласки нежные, ни кротость, ни любовь,Ни одинакая текущая в нас кровь —Ничто не умягчит дух злобный и враждебный!А я, не опытом, безумный, увлеченный,Предвидеть будущих несчастий не возмог.Кто ж этому виной? Я сам иль сильный бог.
1810-е годы
23. МЕНАЛК
Эклога
Один, уединясь под дубом наклоненным,Где тихий ручеек струи свои катилИ тихим ропотом к забвенью приводил,Меналк задумчивый со взором потупленным,Оставя посох свой, овечек и свирель, Так тайну скорби пел:
«Жестокая судьба, где дней моих отрада?Где радость юных лет, о коей я мечтал?Как в тучах солнца луч, мне счастья свет пропал.В замену радостей мне слезы лить — награда,Напрасно юная Корина милый взорКо мне наедине с улыбкой устремляет:Ее старания и нежный разговорВ груди еще сильней тяжелый вздох стесняет.Бесчувственный! Вчера, томимая тоской,Печальным голосом она еще сказала:„Меналк! Мой милый друг, что сделалось с тобой?Ты плачешь? — И слеза из глаз ее упала.—Ужель не видишь ты забавы пастухов,Их радость общую, шум песней, хороводы,Мое томление, мою к тебе любовь?Чего недостает тебе, скажи?..“ — Свободы! Как пленник, средь оков,От братий, от друзей в край дальний увлеченный,В пустынной Таврии, средь грубых пастухов,Жестокою судьбой нежданно занесенный, Я должен слезы проливать.Ни милой родины сияние денницы,Ни голос утренний приветливой певицыСюда умерить грусть мою не долетят.Жестокий корифей устав моих страданийБесчувственной рукой до гроба начерталИ отческим полям колючий терн устлалМой путь, лишив меня и самых ожиданий.Почто не скрылся я под дружеский покров,Когда гремел вдали гром бурный предо мною?Почто я тешился обманчивой мечтоюИ тихо ожидал дней ясных средь громов?Стада несчетные среди лугов шелковых,Сады, где сочный плод деревья бременит,Поля, что жатвою Церера золотит,Пруды зеркальные, для рыб златых оковы,Несут годичный дар тому, кто бед виной.Но в доле бедственной сравнюсь ли я с тобою?Рука богов хранит страдальца под грозою,Ты в счастьи, но страшись их мщенья над тобой!»
1810-е годы.
24. ПЕСНЬ ПРИРОДЕ
О музы кроткие, простите дерзновеньюПевца безвестного, летящего на ПиндНе лавры пожинать в награду песнопенью,Но видеть ваш привет, улыбку пиерид!Природе всеблагой слагаю песнь хвалебну.В благоговении, с поникшей головой,Объемлю таинство и стройность совершенну!И духом возношусь — превыше тьмы земной!
1810-е годы
25. СЕТОВАНИЕ
В младенчестве моем я радости не знал.Когда лишь с чувствами, с невинностью знакомый,К родителям моим я руки простирал, Врожденной добротой влекомый, Я нежной ласки ожидал.Увы! Тогда мой взор суровый взгляд встречал.Я плакал, но еще несчастия не знал!В те дни, как чувствами природой оживленный,Я помнить стал себя, предметы различать,Стал чувствовать добро, — незнаньем увлеченный,Я мнил любезных мне с восторгом обнимать!Но, ах! несчастного удел определенный Лишь горести встречать.Я плакал, но еще мог слезы забывать!..
1810-е годы
26. РОПОТ
Где вы, о призраки счастливых обольщений,Куда сокрылися восторги и любовь?Я вижу тень одну прошедших наслаждений!..Светильник гаснет мой, и леденеет кровь!..
На то ли Прометей рукою дерзновеннойПохитил у богов дар жизни, огнь святой,—Чтоб житель сей земли, кругом несовершенной,Терял сей самый дар с рассветшею зарей?
Давно ли, девами на играх окруженный,Я им, краснеяся, безмолвствуя, внимал!И, Терпсихорою в круг шумный увлеченный,С прикосновением взор робкий опускал.
Сколь юность сладостна беспечностью златою!Души исполнена восторгов и собой, —Ласкала прихотям, невинностью самою,Являя всюду рай, блаженство и покой!
О сладострастие, восторг неизъяснимый!Могу ль изобразить сей тихий, сладкий жар,Стремленье робкое души нетерпеливой…И упоение — богов чистейший дар!
Я помню первое свиданье, дерзновенье…Коснулся… мертвый хлад по членам пробежал.И огнь его сменил, и бурных чувств гореньеСлабело, гаснуло… и дух мой исчезал!
Но к жаждущим устам коварный сын Киприды,Как нектар, страшный яд улыбкой подавал,И цепи грозные, под блеском роз сокрыты,Со взором радостным на чувства налагал!
И чувства гаснул и в пучине заблуждений…Неопытный, я тек легчайшею стезейК причине гибельной минутных упоенийИ жертвой сделался безмерности страстей…
О Геба юная, услышь мое моленьеИ в чувствах воскреси почти погасший жар!Дай силу прежнюю и право наслажденья,—Умеренность — тебе мой будет первый дар!..
1810-е годы.
27. К СЕЛЬСКОМУ УБЕЖИЩУ
Смиренных душ приют, безбедная обитель, Меня мой гений-покровительПод сень твою сокрыл от сильных бурных бед.Я рано жизнию ненастной утомился,Встречая пред собой гонений мрачный след,И посох путничий в руках моих сломился.
Оставя для других блеск пагубных честей, Под кровлею твоейУжель я не найду желанного покою?Ужели, брошенный на жертву бурных волн Бесчувственной судьбою,О скалу бедствий злых мой раздробится челн?
Нет, нет! Здесь счастие прямое обитает,Здесь сон предчувствами меня не устрашает,Здесь голос петела и трели соловья, При блеске утреннем природы,Приятный, легкий сон уносят от меняИ с каждым днем мой дух живит огонь свободы.
Фортуна в жизни сейВ удел мне не дала ни злата, ни честейИ путь мой иглами терновыми покрыла,Зато природа в дар мне тайну стройно петь На лире Фебовой открыла, Чтоб в ней усладу зреть, Чтоб ей хвалы греметь.Природе-матери мое благодаренье,Фортуне, и чинам, и золоту презренье.Пускай мечтатели спешат надежд к концуИ прихотливый рок о благе умоляют,Пусть курят фимиам неверному слепцуИ с трепетом его веленья исполняют, —
В уединении моем Мне чужд тот гибельный ярем,Который тяготит безумцев ослепленных.Я видел бурный свет. Я видел в нем людей,У коих на сердцах, от злобы закаленных,Таится страшный яд для ближних, для друзей.
Под небом неродным назначено судьбою Мне примирение с собоюИ след поросший зреть к обители отца.Но будь благословен стократ приют смиренный,Где нежат радости свободного певца — Среди природы оживленной!
1810-е годы
28. ОСЕНЬ
