Дакар громко рассмеялся, следуя за ней. Остальные пираты с удовольствием наблюдали, как он преследовал свою добычу, и Дакар явно не хотел, чтобы его помнили за то, что он проиграл бой человеческой женщине.
Он бросился в атаку, и она плавно шагнула в сторону, одной рукой ткнув вперед в его солнечное сплетение и соперник согнулся. Плавная сила удара поразила Роракса, и остальная часть толпы засмеялась, когда обратный удар дракона пропустил ее. Она уже была вне его досягаемости, кружила вокруг него. Роракс почувствовал, что его сердце колотится от страха за нее, но он не мог отрицать этого — для человека его пленница была великолепна в бою.
— Давай, Дакар, — крикнул кто-то в толпе. — Не говори мне, что ты позволишь человеческой женщине избить тебя.
Дакар злобно взревел на насмешку и набросился на своего врага. Она нырнула под его руки, делая ему подсечку, когда он пытался восстановить равновесие. С треском он приземлился в яму огня, посылая горящие пепелища в воздух.
Толпа разразилась смехом, когда Дакар вылез из огня. Драконьим перевертышамнелегко нанести урон от огня, но падение лицом в него, тем не менее, будет жалить. Дым поднялся из его тела, и крылья сердито изогнулись.
Теперь он принимал бой всерьез, и Роракс боялся того, что он может сделать, если он выиграет.
9. Лаура
Лаура даже не знала, из-за чего была ссора. В одну минуту ее похитители, Грорг и Тамак, смеялись и шутили со своими новыми спутниками. Следующий, кто-то ударил Грорга и кем бы ни был этот придурок схватил ее за руку. Она думала, что он может быть инопланетянином, которого она смутила перед полетом, но не была уверена, и не хотелось объясняться.
«Я пыталась избежать драки», — сказала она себе. Это было слабое утешение. Теперь, когда борьба началась, она была в центре внимания пиратов, и не была уверена, как они отреагируют, если она выиграет. С другой стороны, гнев в глазах ее противника ясно дал понять, что проигрыш может быть только хуже.
Поднимаясь из огня, как разъяренный демон, он выглядел намного страшнее, чем раньше. Дым поднялся из его крыльев, и она осторожно попятилась, оглядываясь вокруг в поисках отхода.
«Почему они должны быть придурками, а также пиратами? Одно или другое достаточно плохо, но и то, и другое слишком много!»
Он схватилее, и ее тренированные рефлексы позволили ей отбросить его руку в сторону почти без раздумий. Уклоняясь, она играла на время, пытаясь думать. Он последовал за ней, слегка прихрамывая, и она повернулась к его раненой ноге. Он был больше, сильнее и тяжелее. Ей нужны были все преимущества, которые она могла получить.
«Этот удар должен был оставить его неспособным ходить», — подумала она несчастливо. Он был не просто сильным, он был крепким. Человек уже не смог бы бороться.
Только не этот инопланетянин. Бросившись вперед, он нанес ей мощный удар, почти слишком быстрый, чтобы видеть. Лаура ухитрилась нырнуть под него, ударив его по раненому колену и снова повалив того на пол. Откатившись от него, она огляделась, пока он поднимался.
Пираты собрались в круг, чтобы посмотреть, как они сражаются, и ей некуда было бежать. Это было почти облегчение — уйти может быть разумно, но это было не то, чего она хотела. Ей надоело, что на нее давят, и теперь она хочет победить. Ее противник замедлился, отдавая предпочтение его поврежденному левому колену, и она знала, что у нее есть шанс.
Но у него были свои трюки. Его крылья подхватили воздух, когда он прыгнул к ней, неся его дальше и быстрее, чем она ожидала. Его рука задела ее, когда она нырнула в сторону, удар отправил ее в кувырок. Уклонение в падениизаставило ее врезаться в аудиторию. Руки схватили ее прежде, чем она успела прийти в себя, а затем нападавший был на ней. Лаура боролась, как дикая кошка, брыкаясь и извиваясь в попытке освободиться.
Это было невозможно. Два инопланетянина держалиее руки, и не было времени вырваться, прежде чем нападавший схватил ее за горло. Она ударила его ногой, попав в его раненое колено снова, но этого было недостаточно. Кряхтя от боли, он сильно сжал ее горло, его глаза горели яростью. Лаура почувствовала, что слабеет, когда она пыталась дышать сквозь его хватку.
«По крайней мере, Адель в безопасности», — думала она, когда ее зрение потемнело. — «Даже если я облажаюсь позже, это уже что-то».
Затем нападавший исчез. Роракс держал его за волосы, его лицо было темно от ярости, он что-то ревел на языке драконов. Его кулак врезался в лицо инопланетянину, который напал на нее, и тот упал на землю. Прежде чем мужчина успел прийти в себя, Роракс поднял его и бросил в толпу с достаточной силой, чтобы рассеять ее.
Мужчины, державшие ее, отступили от Роракса, отпустив ее, когда они немного дистанцировались от разъяренного воина. Позади него Лаура увидела Коргана, наблюдающего с задумчивым и удивленным выражением лица.
Она поднялась, и Роракс схватил ее. Лаура даже не пыталась увернуться — как-то она чувствовала себя в безопасности, несмотря на его ярость, и ее рефлексы не сработали. Он обнимал ее, и она знала, что он защитит ее от беды.
Прежде чем она узнала, что происходит, он поднялся в воздух, его могучие крылья бились и несли их ввысь, вдали от людей, которые угрожали ей. Пиратский лагерь исчез под ними, когда он отнес ее к одной из разбитых хрустальных башен, приземлился на нее и отпустил. Она сделала шаг назад, уставившись на него.
— Я могла бы победить его, ты знаешь, — слова были сказаны до того, как она поняла, что собирается сказать, и покраснела. Это был глупый способ поблагодарить его, но она все еще была полна адреналина, и желание сражаться было сильным.
Он засмеялся, и ее румянец усилился.
— Может быть, ты могла бы, если бы он дрался честно. Только не он и все его друзья.
— В этом нет «может быть», — сказала она, но знала, что он был прав насчет второй части. Как только другие пираты встали на сторону нападавшего, она была обречена. — Почему тебя это волнует? Я для тебя всего лишь разменная монета.
Роракс вздрогнул от этого обвинения, повернувшись и ступив на край башни. Оглядываясь на отдаленный огонь, он вздохнул. Глядя на него там, Лаура думала столкнуть его с края пропасти. Она отвергла эту идею так же быстро, как она пришла.
«Он умеет летать. И даже если он
