себя как старые друзья, оставив ее стоять в задней части пещеры, наблюдая. Она не могла следить за разговорами, которые все они вели, но она увидела несколько взглядов, брошенных на нее, и подумала, что услышала имя Адель Сент-Джордж.
Это казалось отчужденным, когда ее полностью исключили из разговора, но, посмотрев на лидера новых пришельцев, она решила, что это лучше, чем привлечь его внимание. Он был таким же большим и грозным, как Роракс, но в языке его тела было что-то не так. Там, где Роракс создавал впечатление воина, опасного бойца, который убьет, если ему придется, и возьмет то, что ему нужно, новый инопланетянин выглядел так, как будто он убьет ради удовольствия. Как будто он возьмет все, что ему приглянется, нужно ему это или нет.
Шрам на его лице не помог, но дело не только в этом. Было что-то в том, как он двигался, что заставило Лауру убедиться, что ему нужна причина не убивать кого-то. Она видела таких людей на Земле во время корпоративных войн, хладнокровных людей, которые убивали без всякой причины. Один из них с силой дракона был худшим лидером, которого она могла себе представить.
Он поймал ее взгляд, и прежде, чем она успела отвернуться, двинулся вперед. Его ухмылка расширилась, когда он подошел, как кошка подходит к своей добыче, и Лаура поняла, что готовится к бою, который, как она знала, будет бесполезен.
— Итак, ты женщина Сент-Джордж, — сказал он по-английски, глядя на нее сверху в вниз. — Мой брат действительно принес мне ценный приз. Я Корган, капитан мести императора Туриана, и теперь ты моя пленница.
Лаура пыталась сохранить выражение лица, но внутри это было шоком. Он брат Роракса? Ей было трудно представить, как они оба растут вместе. Было что-то совсем разное в них обоих, несмотря на их сходство.
Но сейчас не время останавливаться на этом.
— Я Адель Сент-Джордж, — сказала она, пытаясь сохранить ложь ясной и простой и надеясь, что у инопланетян не было хорошего изображения Адель, чтобы сравнить ее. — Мой отец заплатит много, чтобы вернуть меня невредимой.
Корган засмеялся пугающим звуком. Опять же, Лаура была поражена чувством, что это был человек, которому нужна была причина не причинять боль другим, и она надеялась, что обещания выкупа будет достаточно. И что семья Адель заплатит. Они были достаточно богаты, но что, если мистер Сент-Джордж просто списал ее и нанял другого телохранителя для своей дочери?
«Я ничего не могу с этим поделать, я просто надеюсь, что Адель сможет уговорить отца заплатить». При всем том, что эта женщина была занозой для телохранителя, она никогда не казалась тем типом, который бросал бы своих сотрудников. Лаура держалась за это и старалась не показывать своего беспокойства. Такого человека, как Корган, подстрекал только любой признак слабости, она знала из болезненного опыта.
Позади Коргана она видела, как Роракс наблюдает за обменом. Лаура чувствовала гнев, исходящий от него, и знала, что он не в восторге от этого, но она не посмела отвести взгляд от Коргана, чтобы попытаться увидеть выражение Роракса. Злился ли он на то, что у него отобрали заложника, или на то, что Корган угрожал ей?
«Не будь глупой, Лаура», — сказала она себе, пытаясь быть реалисткой. — «Он все еще пират, как и его брат. Даже если он заинтересован во мне вне этого, я все еще та, кого он похитил ради денег. Не начинай думать, что ему не все равно».
Она совершала эту ошибку раньше, и всегда было больно узнать, что она ошибалась. На этот раз это обещало быть хуже.
Роракс положил руку на плечо Коргана и заговорил тихо.
— ЛейкТек — мощная и богатая компания. Думаю, ты получишь за нее хорошую цену, если мы будем осторожны.
Корган еще мгновение смотрел на Лауру, а затем повернулся к брату. Шрам на лице дернулся, а улыбка расширилась.
— Уверен, что так и сделаю, Роракс. Ты молодец, что поймал ее. Как у тебя это получилось? Просто удача?
Лаура увидела, что Роракс посмотрел на нее, прежде чем ответить, и она удивилась, почему они все еще говорят по-английски. Это должно было быть так, чтобы она могла понять их, но какая им от этого польза?
— Стража драконов отслеживает человеческую активность вокруг Марса, — сказал Роракс после мгновенного колебания. — Они начали отслеживать людей различными способами, и я слышал, что Сент-Джордж будет вести операцию по «спасению».
Слово «спасение» прозвучало как рычание, и Лаура сглотнула. Раньше это казалось мерзким, но теперь, когда она была среди инопланетян, ей стало еще хуже из-за уборки их заброшенных трупов. «Никто из нас не чувствовал себя хорошо по этому поводу», — она пыталась сказать себе. — «Даже Адель так и сказала. Но, черт возьми, нам нужны их технологии, если мы не собираемся вечно быть беспомощными против инопланетян. Они собирались вторгнуться на Землю, помнишь? Как мы можем доверять им торговать технологиями, которые нам нужны?»
В любом случае, это не было ее проблемой. В конце концов это будет урегулировано между правительствами Земли и Марса, и это было выше ее уровня оплаты. Но напоминание об этом заставило ее сопереживать гневу пришельцев. Поэтому они говорили по-английски? Чтобы она все поняла?
Это могло бы объяснить Роракса, но она не думала, что Коргану будет все равно, если она узнает, почему она в беде. Но его внимания все равно не было на ней — он смотрел на Роракса и игнорировал Лауру. Она поняла, что он пытался причинить дискомфорт своему брату, а не ей.
Снова кивнув, Корган оглядел лагерь.
— У тебя не так много вещей, чтобы взять с собой, не так ли, брат? Это хорошо. Давайте поднимемся на борт «Мести» и вернемся домой. У меня есть место, которое позволит нам пообщаться с людьми из ЛейкТек.
Грорг и Тамак поспешили, чтобы захватить свои вещи, и Лаура увидела, как мало трио пиратов, которые захватили ее, на самом деле имели. Каждый из них взял мешок, который можно было легко унести, и шагнул к выходу. У Роракса было еще меньше, чем у двух других, и Лаура задалась вопросом, сколько они оставили, когда покинули свою Империю ради жизни пирата. Имели ли они еще что-то, прежде чем ушли, и оставили это? Или это все, что нужно воину-дракону в жизни?
Она предполагала, что прилетит на Марс без большего. Была определенная свобода в том, чтобы оставить свою старую жизнь позади и начать все сначала.
Толчок в спинувернул ее из размышлений, волоча
