В кузове грузовика было холодно. Он забыл взять одеяла, чтобы укрыться, а снег все еще продолжал падать. Maк плотнее завернулся в пальто и утешал себя тем, что не было ветра. Но это слабо грело.
Минуты тянулись мучительно медленно в его напряженном ожидании. Наконец, рассвет начал проникать через покров облаков, темноту сменил сумрачный свет, хотя по-настоящему рассветет еще, по крайней мере, через час. Скоро начнется движение транспорта, которое помешает Дину отслеживать хвост. Люди начнут покидать мотель, еще больше усложняя движение на дороге. И при более ярком свете Марис будет сложнее скрыться в лесу.
– Давай, давай, – бормотал он. Неужели, он сделал след слишком сложным?
На этих словах щелкнула рация. Maк щелкнул в ответ, затем один раз ударил в стенку кабины, чтобы предупредить сидевшую за рулем Mарис.
Радио снова щелкнуло, на сей раз дважды. Мак быстро ударил по кабине два раза. Mарис завела грузовик и выехала со стоянки. Она поворачивала за угол позади мотеля, когда грузовик осветили фары автомобиля, – приманка была брошена. Через несколько секунд они узнают, была ли она поймана.
Maрис вела грузовик на постоянной скорости. Инстинкт самосохранения требовал поспешить, но она не хотела, чтобы преследователи догадались, что их вычислили. К тому времени, когда Марис вырулила на проселочную дорогу, автомобиль сзади них еще не повернул за угол. Если люди в нем следовали за ними, то, вероятно, отстали, не желая себя обнаруживать.
Она остановилась перед знаком «Стоп», затем повернула направо на шоссе. Посмотрев на повороте в зеркало заднего вида, увидела, что автомобиль притаился позади мотеля. Фары были выключены, и в слабом свете серый автомобиль было трудно разглядеть; она вообще не заметила бы его, если бы не искала.
Преследователи ехали на сером «кадиллаке» Рональда. Maрис видела машину всего несколько раз, потому что обычно имела дело с Джоан, которая водила белый БМВ. С конюшен дорога не просматривалась, и девушка редко обращала внимание на приезды и отъезды в большом доме. Весь ее интерес был сосредоточен внутри конюшен.
Ее сначала удивило, что они вообще использовали один из своих личных автомобилей, пока не поняла, что это не имеет значения. Фурор принадлежал им, ничего криминального не произошло. Если она вызовет полицию, то в ее слова о попытке преступления никто не поверит. Зачем Стоничерам убивать лошадь стоимостью более двадцати миллионов долларов?
«Олдсмобиля» Дина нигде не было видно. Mарис надеялась, что она дала ему достаточно времени, чтобы спрятать автомобиль поглубже в лесу и добраться пешком до нужной позиции.
Посмотрев в зеркало, она увидела, что «кадиллак» повернул на шоссе позади нее. Без включенных фар и сквозь кружащийся снег, затрудняющий видимость, автомобиль был едва заметен. Хотя преследователи могли видеть ее намного лучше, чем она их, потому что у ее грузовичка горели фары, они держались довольно далеко сзади, так как не могли знать, насколько хорошо просматривается их машина.
Такая осторожность работала на нее. Расстояние давало несколько дополнительных секунд: ей, чтобы выйти из грузовика и скрыться; Дину, чтобы приготовиться, а Маку – оказаться в безопасности. Она попыталась не думать о нем, лежащем на холодном железном ложе, незащищенном от шальных пуль ничем, кроме тонкого листа металла, который даже не замедлит свинцовую угрозу.
До места, где она должна свернуть с дороги к лесу, оставалось всего несколько миль. Пару раз снег становился настолько густым, что она не могла разглядеть «кадиллак» позади себя. Белые хлопья начали покрывать землю, но сухой, пушистый снег клубился и поднимался вверх с каждым дыханием ветра, и грузовик легко сметал его с шоссе.
Марис поддерживала постоянную скорость, предполагая, что преследователи видят ее, хотя «кадиллак» исчез из поля ее зрения. Главное, не разбудить их подозрений. Наконец, она проехала отметку, указывающую, что цель близка, и начала тормозить в поисках следов, которые остались с прошлого раза. Вот здесь! Она свернула с шоссе, грузовик подпрыгивал на ухабах сильнее, чем позволяла выдержать ее голова, но Марис не хотела сбавлять скорость. Теперь, когда они увидели, что ее машина свернула с шоссе, нужно ехать как можно быстрее, чтобы выиграть несколько драгоценных секунд.
Ее головная боль, немного стихнувшая, но не исчезнувшая полностью, усиливалась с каждым сильным ударом. Она проигнорировала ее, стиснув от боли зубы, концентрируясь на управлении грузовиком по узкой, петляющей тропе, которую проложил через деревья Maкнил. Она даже представить не могла, насколько трудно было делать это с трейлером на прицепе, но то, что он сумел, говорило о его упорстве и умении.
«Кадиллак» не мог преодолевать ухабы и канавы с той же скоростью, что и грузовик: у него была слишком низкая посадка. Выиграно еще несколько секунд.
Голые ветки царапнули по ветровому стеклу, затем фары грузовика выхватили темные очертания трейлера, почти скрытого среди деревьев. Сейчас! Она оставила грузовик точно в том положении, которое указал Maкнил, выключила фары, чтобы яркий свет не блокировал спрятанную под трейлером камеру, после чего вылезла и стремительно направилась к прицепу. Марис обошла его и резко срезала влево, стараясь наступать на неприкрытые снегом места. Девушка не оставила следов, удаляясь от места действия, чтобы Мак мог делать свою работу, не волнуясь о ней.
Боковым зрением она уловила движение: большая темная фигура бесшумно перебралась через борт грузовика и скрылась за колесом. По крайней мере, у него будет хоть какая-то защита, пытаясь утешить себя Марис. Возможно, ему теперь легче, но не ей. Жилет, который был на ней, нужен ему гораздо больше. Она никогда не простит себя, если с Макнилом что-то случится. Лучше бы ей вообще не вмешиваться, даже если это означает, что они не получат убедительные доказательства против Стоничеров. У ФБР еще будет возможность взять Рэнди Ю, но она никогда не встретит другого Maкнила.
Марис отошла довольно далеко и остановилась, опершись спиной на большой дуб. Снежинки тихо падали вниз, образуя кружевную шапку на ее непокрытой голове. Девушка откинула больную голову на дерево и закрыла глаза, слушая и ожидая, ее дыхание почти остановилось, сердце едва билось.
Maк ждал, его глаза не отрывались от изрытой колеи. Они могли доехать прямо до грузовика, но если руководит Ю, то, вероятно, выйдут из автомобиля и проделают остальную часть пути пешком. Он и Дин подготовились и к тому, и к другому. Подлесок был густым; если бы они попытались пробиться через него, то наделали бы много шума. Разумнее всего идти по колее, прижимаясь к краю. Mарис поставила грузовик так, что его можно было обойти только со стороны водителя; пассажирская дверь упиралась в кустарник. Любой, идущий по следу от колес, попадал прямо в объектив камеры.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
