то как потом тайно продать? Этого я пока не знала.
Я прошлась по оранжерее, задумчиво рассматривая засохшие стебли, поникшие веточки. Почему магия земли? У меня никогда не было тяги или таланта к этому, не то, что дачи, даже огородика никогда не водилось. Я родилась и выросла в городе. Не слишком большом, поэтому о природе знала не понаслышке. Чем меньше город, тем меньше он закатан в бетон и тем больше в нем места для настоящей жизни. На окраинах можно встретить коровок, гусей и уток, в дачных поселках и вовсе залюбуешься дикой природой. Тут тебе и лягушки, весело квакающие в болотцах, и черепашки. Дикая утка вспорхнет из зарослей камыша, только за сердце хватаешься — шумит, как тот вертолет. А если припозднишься и возвращаешься в город поздно, то на дороге можно увидеть и зайца и лисицу…
Я с детства любила природу, но этот дар… Не думаю, что его заслуживаю. Какая-нибудь умница-фермерша — да, но не я. И все же кто я такая, чтобы спорить с судьбой? Дано — значит так надо. Надо брать.
— Ми, как пользоваться своей магией? Я же понятия не имею… — попросила помощи у верного изумрудного дракоши.
— Маги управляют даром с помощью концентрации воли. Точнее не скажу, потому что я хоть и создан магией, но сам ею не владею.
— Ладно, это лучше, чем ничего, — вздохнула я и пошла дальше, разглядывая царившую вокруг атмосферу смерти и запустения. Казалось здесь не осталось ничего живого и произошло это очень давно. Некоторые растения рассыпались в прах и устлали останками землю и пол, словно тут застыла вечная поздняя осень или скорее зима.
Здесь могло бы быть очень красиво… В центре оранжереи задуман круглый пруд — сейчас он пуст, стены водоема покрыты зеленым мхом и грязными разводами. По кругу витые дорожки, выложенные камнем и огороженные коваными поручнями, будто это мостики. Эти дорожки кое-где уносятся ввысь, делая оранжерею многоярусной — там, в высоте, есть платформы, на которых раньше были растения. У пруда, в самом живописном уголке, я нашла старый диван, столик и два кресла напротив. Чудесное когда-то место для отдыха сейчас выглядело, как сцена из апокалипсического фильма.
Я присела на краешек дивана и покачала головой. Как жаль, что нужно скрывать от Клери — без ее магии здесь все не восстановить. И все же я начну, а там будь что будет. Для начала я расчистила одну грядку в дальнем конце оранжереи. Вспомнила, что делала в тот раз, когда расцвели деревья в прихожей. Да ничего особенного не делала, просто полила их и надеялась, что это поможет, что они оживут. Хотела этого, наверное. Свою грядку я полила, на всякий случай, не думаю, что в земле остались какие-то живые семена или корни. И занялась расчисткой окружающего пространства. Срезала переплетенные мертвые лианы, что заполонили все вокруг и мешали ходить. Подрезала веточки нескольким засохшим деревьям, благо в шкафчике в сторонке нашелся весь нужный садовый инвентарь. Долго выметала сор, собирала его в большие корзины и выносила в сад.
Уставшая, но умиротворенная, я покинула свой садовый уголок только после того, как стемнело. И нос к носу столкнулась с растрепанной разъяренной Ингрид. Замотанная в одно полотенце и мокрая после ванной, она комкала серое платье в руке и трясла им перед моим носом:
— Что это такое?! Что это такое, я тебя спрашиваю?!
— Это чистое платье, — спокойно ответила я, с трудом сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. — Благородного серого оттенка…
— Да что ты…? Да как ты…?! — бедняжка Ингрид подавилась своим возмущением. — Благородного, говоришь? Да эта позорная тряпка подойдет только самой черной служанке. А я! Я лучшая наложница императора.
— Легко быть лучшей, пока ты единственная, — не удержалась я от усмешки.
Клери прибежала по коридору и встала позади Ингрид, заламывая лапки. Бедняжка выглядела перепуганной. Ей, наверное, досталось первой. Тут я разозлилась. Если эта гадина обидела моего зверька…
— Я не буду это носить! — Ингрид бросила платье к моим ногам.
Спасибо хоть не в лицо.
— Хорошо, тогда ходи голой, — легко согласилась я, переступила через платье и прошла мимо наложницы.
— Да как вы смеете?! Я пожалуюсь императору, — возмущенно выдохнула мне в спину блондиночка.
— Валяй, — согласилась я и добавила. — Я тоже ему пожалуюсь на твое отвратительное поведение. Думаю, он захочет вернуть тебя и отругать посредника, который подсунул нам такую хабалку.
Ингрид позади затихла. То ли подавилась собственной яростью, то ли призадумалась. Я, конечно, блефовала на все сто, совсем не уверена, что Нектир встанет на мою сторону. Но и стелиться перед этой капризной девчонкой тряпочкой я тоже не собиралась. Я ходила в этом сером платье — не умерла от стыда и огорчения, и с ней ничего страшного не случится. К тому же, веди она себя вежливо, уже сегодня получила бы прекрасное платье.
— Наше платье готово? — спросила я у притихшей Клери, что бежала следом за мной.
— Да, хозяйка. Прикажете отдать его Ингрид? — в глазах вирки плескалось столько надежды на то, что конфликт уладится.
Мне было жаль ее разочаровывать:
— Ни в коем случае. Эта нахалка не получит ничего приличного пока не приедет император. Вот когда мы поведем ее показывать — тогда приоденем.
Я зашла в гардеробную, чтобы лично оценить результат наших трудов по кройке и шитью. И у меня захватило дух. В центре вымытой Клери комнаты красовалось платье на манекене — платье достойное принцессы. Синяя пышная юбка глубокого темного оттенка выгодно контрастировала с нежно-голубым корсетом. Прозрачный, словно крылья мотылька, материал, что мы пустили поверх юбки, делал наряд воистину сказочным. Ленты сбоку вились тугими спиральками, сверху складываясь в аккуратный бант.
— Клери, оно чудесное. Ты умничка.
— Да ну, я тут почти не причем. Все твоя задумка и выкройка, — смущенно улыбнулась лисичка.
— Поверь, без твоей магии, я так бы и ходила с этой задумкой. Не более.
После ужина Ми сообщил мне:
— Прогресс. Восстановление гарема — 19,5%.
— Не густо, завтра попробуем наверстать упущенное, — зевнула я и отправилась спать, по пути планируя, чем займусь завтра. Может, библиотекой? Или тронным залом? Или залами для досуга наложниц, а то раз у нас появилась девушка, не будет же она целыми днями сидеть в своей комнате? Как только появится император, бродить по дворцу ей
