для меня это несколько больная тема.
- Я тоже, - понимающе кивнул Киров. - Когда отец пропал без вести, а мать умерла, моих сестер взяла на воспитание бабушка, а меня отдали в дом призрения.
- А я о своих родителях ничего не знаю, - поделился Максим. - От меня мать отказалась еще в роддоме…
- И вы не пытались узнать, кто она и почему она так поступила? - поинтересовался Киров.
- Нет, зачем? - пожал плечами Максим. - То есть, пока я жил в детском доме, я мечтал о том, что мама меня найдет и заберет к себе, а сейчас… Ну, допустим, встретились бы мы с ней, и о чем нам говорить? Тем более, что в двенадцать лет я, как один из кандидатов на отправку в прошлое, оказался в центре подготовки, где получил довольно специфическое образование.
- Понимаю вас, Максим, - кивнул Киров. - Просто ваши слова как-то не очень вяжутся с твоим советом забрать Женю из детского дома…
- Пока я был в детском доме - у нас с матерью еще была возможность наладить отношения. А сейчас уже поздно, - пояснил Белов. - У вас же еще есть шанс восстановить отношения с дочерью. Вообще, я считаю, что так не должно быть, и наша задача - построить такое общество, в котором родители не будут отказываться от своих детей!
- Понимаю вас, Максим, и подумаю на вашими словами, - помолчав, произнес Киров. - А сейчас давайте определим вас на ночлег. Идемте!
Для проживания Сергей Миронович определил Максиму комнату для отдыха, вход в которую находился в прихожей, возле входной двери. Всю обстановку узкой, как пенал, комнаты составляли несколько шкафов с какими-то бумагами, шкаф для одежды, узкая койка, пара стульев, небольшой рабочий столик с парой кресел и небольшой верстак в углу. Никакой роскоши, но вполне комфортно и, при этом, довольно уютно.
Показав комнату, Сергей Миронович удалился. Оставшись в одиночестве, Максим хотел было что-нибудь почитать, но вскоре почувствовал, как его отпускает напряжение последних часов, отчего его стремительно начало клонить в сон. Подумав, что завтра утром ему предстоит встреча со Сталиным, и лучше бы ему быть бодрым, Максим спрятал свой рюкзак под кровать, пистолет - под подушку, разделся, лег в кровать и тут же уснул.
Часть первая, глава четвертая. НА КВАРТИРЕ У КИРОВА.
«Отбросьте все невозможное, и то, что останется, будет ответом,
каким бы невероятным он ни казался».
Шерлок Холмс, частный сыщик.
2 декабря 1934 года. 08:27.
Квартира С. М. Кирова. Ленинград, улица Красных Зорь, дом 26-28.
Открыв глаза, Максим несколько секунд пялился в незнакомый потолок, не вполне понимая, где он. Помещение, в котором он проснулся, не было похоже ни на его комнату в учебном центре, ни на карантинный бокс, в котором он провел последние две недели. Когда же он сообразил, что находится в гостевой комнате в квартире Сергея Мироновича Кирова в тысяча девятьсот тридцать четвертом году, на него разом обрушились все события бурного вчерашнего дня.
Переход через врата, предотвращение убийства Кирова, убеждение его в том, что он из будущего, затем ответы на вопросы уже здесь, в квартире… Вчера Максим действовал практически на автомате, выполняя поставленную перед ним задачу и не задумываясь над реальностью происходящего, и только сейчас осознал, что все это взаправду. И встреча с Кировым, и предстоящая встреча со Сталиным - это реальность и в этой реальности ему теперь предстоит жить.
Осознав все с ним произошедшее, Максим выбрался из-под теплого ватного одеяла и, как был, в трусах и майке, принялся выполнять армейский комплекс вольных упражнений. Размявшись, Максим опустился на ковровую дорожку и принялся отжиматься. Выполнив обязательные для себя семьдесят пять отжиманий, Белов встал с ковра и быстро оделся.
Отперев дверь ключом, Максим достал из-под кровати свой рюкзак, собрал принадлежности для умывания, вышел в коридор и по дороге в ванную комнату встретил в коридоре Сергея Мироновича, уже гладко выбритого, причесанного и одетого в выглаженный серый френч.
- Доброе утро, Максим! - поздоровался Киров.
- Доброе утро, товарищ Киров! - кивнул в ответ Белов.
- Завтрак будет через полчаса, - сообщил Сергей Миронович, которого еще никто не мог упрекнуть в отсутствии гостеприимства. - Как умоетесь, присоединяйтесь ко мне в столовой!
- Обязательно, - улыбнулся Максим.
Ванная комната впечатлила Максима древним дровяным водонагревателем. Еще в будущем, во время посещения музея-квартиры Кирова этот агрегат заинтересовал Максима, а сейчас он получил возможность увидеть его в действии. Несмотря на древность, водонагреватель исправно поставлял горячую воду как в душ, так в кран умывальника.
Полчаса спустя Максим, умывшийся и пригладивший свои короткие светлые волосы, сидел в столовой напротив Сергея Мироновича. На завтрак у Кирова была аппетитно шкворчавшая яичница на сале, свежий белый хлеб с маслом и чай. По меркам тридцать четвертого года - почти роскошь.
- Послушайте,
